Сицилианская защита, или Игра на своём поле

В холл я вышел за пятнадцать минут до условленного срока, но Джейн уже была там. Она сидела в кресле и что-то читала.

— Я заставил вас ждать, мисс Легран?

Она вздрогнула — я подошёл совсем неслышно — но сразу же улыбнулась.

— Нет-нет, это я освободилась раньше, — она захлопнула книжку и встала. — Я готова.

Глава седьмая

Вопреки моим опасениям, на открытой террасе было тепло и безветренно — ощущался слабый магический фон установленного климатического купола.

Я подвёл Джейн к парапету. Она опёрлась на него руками и медленно обвела взглядом открывшуюся панораму.

— Какая красота, — прошептала она.

— Вам нравится?

Она кивнула в ответ.

— А вы бывали в Бристоле раньше? — спросил я.

— К сожалению, нет, — ответила она.

Я вкратце рассказал ей историю города, показал подвесной мост, руины церкви тамплиеров, Бристольский собор.

— Я читала, что фасад этого собора с двумя башнями похож на французский Нотр Дам.

— Вы из Парижа? — уточнил я, словно невзначай.

— Да. У меня там небольшая квартирка на Монмартре. Досталась в наследство от бабушки, она не была волшебницей. А вы откуда?

— Я приехал из Лондона.

Пригласив Джейн к заказанному мной столику, я придержал стул, помогая ей сесть и, обойдя стол, сел напротив.

«Всё, Северус, церемониальная часть закончена, — поторопил меня мой внутренний голос. — Не тяни, вспоминай уроки Малфоя».

Что ж, начнём.

Эффектным взмахом руки я зажёг свечи — беспалочковая магия мне всегда отлично удавалась. Следующим движением заправского фокусника я извлёк из воздуха малфоевскую бутылку вина.

Всё это произвело на Джейн нужное мне впечатление. Ее широко открытые глаза засветились почти детским восторгом. Взглянув на этикетку, она перевела на меня удивлённый взгляд.

— Эльфийское?

— Жизнь слишком коротка, чтобы пить плохие вина. Это сказал Гёте, — с нарочитой серьёзностью ответил я.

— Вы знакомы с творчеством этого магловского поэта?

— Так получилось, — ответил я и добавил, заговорщически понизив голос: — Открою вам тайну: я люблю читать не только научную литературу.

Джейн рассмеялась.

— Я тоже. И, признаюсь честно, предпочла бы хорошую книгу самому хорошему вину.

— А знаете ли вы, что великий лекарь и алхимик Луи Пастер, живший более ста лет назад, сказал, что в бутылке вина больше философии, чем во всех книгах?

— Я могла бы с ним поспорить, — Джейн покачала головой.

— Хорошо, — я постарался изобразить на лице Джеймса легкомысленную улыбку. — А как же радости жизни?

— Радости? Вы считаете вино радостью? — скептически спросила Джейн. — Вино — это иллюзия. А иллюзия не может сделать нас счастливыми. Кстати, это тоже слова Гёте.

— Но тот же Гёте сказал, что вино наполняет сердце человека радостью, а радость — прародительница всех добродетелей. Что вы возразите на это?

— И добродетель стать пороком может, когда её неправильно приложат, — она посмотрела на меня с хитрой улыбкой.

— Наоборот, деянием иным порок мы в добродетель обратим! — закончил я цитату.

Джейн зааплодировала.

— Браво! Пастер, Гёте, Шекспир. Джеймс, вы не перестаёте меня удивлять.

Я разлил вино по бокалам.

— Что ж, теперь, быть может, вы согласитесь хотя бы попробовать это прекрасное творение виноделов?

Джейн отпила вино и на мгновение прикрыла глаза.

— Признаюсь, никогда не пила ничего подобного.

«Ещё бы, — тут же откликнулся мой внутренний голос. — Эта бутылка стоит больше, чем всё спиртное в этом ресторане вместе взятое».

— Я рад, что вам понравилось.

Щёки Джейн порозовели — то ли от смущения, то ли от выпитого. Вино эльфов при всей своей лёгкости очень коварно, только мало кто об этом знает.

— Вы странный человек, Джеймс. Мы с вами практически не знакомы, но вы угощаете меня дорогим вином.

— Так давайте познакомимся поближе.

— Что вы имеете в виду? — Джейн нахмурилась.

— Ничего непристойного, поверьте, — успокоил её я. — Мне просто приятно разговаривать с вами. Мне кажется, что мы можем найти ещё много тем для приятной беседы.

Она заметно расслабилась. Завязалась непринуждённая беседа.

«Нет, Северус, нет! — в голосе моего Мозгоклюя послышались нотки нетерпения. — За отвлечёнными разговорами тебе точно не видать приятной ночи у себя в номере».

Я сделал вид, что не услышал его.

Мне нравилось наблюдать за Джейн. Поначалу она очень волновалась, но старалась скрыть это, постоянно что-то рассказывая или задавая мне вопросы. Постепенно её волнение улеглось, и сейчас она уже была почти спокойна. При этом ни жеманства, ни кокетства, никакой мишуры.

Странное дело. Эта девушка чем-то привлекала меня, и я пока никак не мог понять чем. Вместе с тем я был уверен, что, если бы не разлитая вода и не пари с моим внутренним голосом, я бы точно не разговорился бы с ней. Может, старина Лейбниц всё же прав и всё, что ни делается…

«Вот-вот. А я что говорил! — тот час же откликнулся Мозгоклюй и, не дав мне возможности возразить, поспешно добавил: — Давай свои коронные фокусы с легилименцией».

Я мысленно усмехнулся.

— Джейн, а у вас сейчас есть какое-нибудь желание?