Фандом: Гарри Поттер. Законы привлекательности через призму зельеварения, и не только…
76 мин, 11 сек 13439
По опыту я знал: для того, чтобы усыпить бдительность собеседника, надо больше говорить самому. И тема разговора здесь не важна. Важно балансировать на грани её блока, чтобы не пропустить случайные мыслеобразы. И я понёс всякую чущь: о погоде, живописи, литературе, путешествиях… Как бы между прочим, я интересовался её работой, планами на будущее, её друзьями.
За несколько часов общения мне удалось узнать слишком мало. Она любила зельеварение и была настроена заниматься этим очень серьёзно. Она жила во Франции, у неё есть кот, и почти нет друзей. А ещё я подсмотрел, что она приехала, чтобы встретиться здесь не с подругой, а с кем-то противоположного пола, и этот кто-то ей глубоко небезразличен. Это неприятно задело меня, хотя, похоже, её чувство безответно, потому что она воспринимает объект своих чувств, как нечто недосягаемое.
Моё настроение начало катастрофически портиться. А чего я, собственно, хотел? С самого начала всё было не так. Чужой облик хорош на одно легкомысленное свидание и сводит вероятность дальнейшего общения практически к нулю.
«Ну что тебе сказать, друг мой? Этот безнадёжный вечер уже ничто не спасёт, — с сожалением констатировал мой внутренний голос. — Давай, сворачивай разговор».
Я смотрел на Джейн и обречённо понимал, что Мозгоклюй прав — вечер для меня закончен.
Возникла неловкая пауза.
Джейн какое-то время молча смотрела на меня, а потом тихо произнесла:
— Поздно уже. Думаю, что мне пора…
— Я могу попробовать вас переубедить? — ответил я дежурной фразой, уже ни на что не надеясь.
— Не стоит, — она покачала головой, натянуто улыбнулась и поднялась из-за стола.
В несвойственной мне растерянности, я встал, пытаясь мысленно сформулировать вопрос, сможем ли мы встретиться когда-нибудь ещё раз. А в это время Джейн подошла ко мне и протянула руку на прощание.
Я коснулся кончиков её пальцев, галантно склонился и едва прикоснулся губами тыльной стороны её ладони. Всё согласно этикету.
И вдруг…
Я уловил еле слышный запах златоглазок и двурога.
Оборотное зелье?
Выпрямившись, я посмотрел на неё, с трудом скрывая удивление. Кто же ты, незнакомка?
Но Джейн, или как там её, уже не смотрела на меня.
— Спасибо за приятный вечер, — произнесла она и направилась к выходу, а я так и остался стоять столбом у столика.
Когда за ней закрылась дверь, я, как во сне, взял стакан, из которого она пила воду и поднёс к носу. Так и есть, я не мог ошибиться. Только запах шкурки бумсланга не настолько резкий, как обычно. И есть что-то ещё…
Трансфигурировав из салфетки небольшой фиальчик, я слил в него остатки жидкости из стакана. Всего несколько капель, но хоть что-то.
Голос в моей голове вздохнул с сожалением.
«Опять виски и холодная кровать».
«Да когда же ты отстанешь от меня!» — от досады я чуть не выкрикнул это вслух.
«Никогда, траляляляля-ляля-ляля-ля», − издевательски напел голос.
«Ну ничего, в прошлый раз ты заткнулся после двух третей бутылки».
«Тебе же хуже будет, − съязвил Мозгоклюй. − Завтра с утра».
«Да пошёл ты!» — я одним глотком допил вино, швырнул на стол несколько монет и быстрым шагом покинул ресторан.
Я был зол! Я злился на себя, на неё и, опять же, естественно, на весь мир.
Спустившись в вестибюль, я направился к стойке регистрации, на ходу понимая,, что не могу даже сформулировать интересующий меня вопрос. Я был практически уверен, что Джейн Легран — это вымышленное имя, а под чужим именем на конференции зарегистрироваться нельзя. Только если при этом и палочка чужая. Но это уже слишком сложно и маловероятно.
Оставалась слабая надежда на то, что кто-то вспомнит девушку по внешнему виду. Я постарался описать Джейн, но дежурная ведьма утверждала, что никого похожего она не видела.
В отчаянии я аккуратно заглянул в её мысли и увидел рваные края заклинания стирания памяти.
Полное фиаско.
Руки чесались сразу начать исследовать драгоценные капли, но в таком взвинченном состоянии входить в лабораторию нельзя. Усевшись в кресло, я начал глушить мысли о псевдо-Джейн большими глотками виски.
Я, мнящий себя самым-самым-самым и прочая-прочая-прочая, ни-че-го не по-ни-мал!
Внутри ёрзал мой Мозгоклюй.
«Северус, а может, ну её? Мало тебе в жизни проблем? А вдруг она агент Отдела тайн и была на секретном задании?»
«Допустим. Но зачем ей оборотное? У неё что, было задание провести вечер в компании неизвестно с кем, а потом сбежать, как только я начал задавать неудобные для неё вопросы?»
«Хорошо. Давай назовём её Золушкой и забудем, как страшный сон».
«Нет! Я найду её».
«Как? Разве она потеряла туфельку?» — проиронизировал мой внутренний голос.
«Она оставила зелье, — ответил я и в сердцах воскликнул: — Неизвестное мне зелье, понимаешь?!».
«А может, это вообще не её зелье. Купила в Лютном, и всё», — предположил Мозгоклюй.
Мерлин свидетель, каких усилий мне стоило не разнести вдребезги всё вокруг. Я стиснул зубы так, что свело скулы.
За несколько часов общения мне удалось узнать слишком мало. Она любила зельеварение и была настроена заниматься этим очень серьёзно. Она жила во Франции, у неё есть кот, и почти нет друзей. А ещё я подсмотрел, что она приехала, чтобы встретиться здесь не с подругой, а с кем-то противоположного пола, и этот кто-то ей глубоко небезразличен. Это неприятно задело меня, хотя, похоже, её чувство безответно, потому что она воспринимает объект своих чувств, как нечто недосягаемое.
Моё настроение начало катастрофически портиться. А чего я, собственно, хотел? С самого начала всё было не так. Чужой облик хорош на одно легкомысленное свидание и сводит вероятность дальнейшего общения практически к нулю.
«Ну что тебе сказать, друг мой? Этот безнадёжный вечер уже ничто не спасёт, — с сожалением констатировал мой внутренний голос. — Давай, сворачивай разговор».
Я смотрел на Джейн и обречённо понимал, что Мозгоклюй прав — вечер для меня закончен.
Возникла неловкая пауза.
Джейн какое-то время молча смотрела на меня, а потом тихо произнесла:
— Поздно уже. Думаю, что мне пора…
— Я могу попробовать вас переубедить? — ответил я дежурной фразой, уже ни на что не надеясь.
— Не стоит, — она покачала головой, натянуто улыбнулась и поднялась из-за стола.
В несвойственной мне растерянности, я встал, пытаясь мысленно сформулировать вопрос, сможем ли мы встретиться когда-нибудь ещё раз. А в это время Джейн подошла ко мне и протянула руку на прощание.
Я коснулся кончиков её пальцев, галантно склонился и едва прикоснулся губами тыльной стороны её ладони. Всё согласно этикету.
И вдруг…
Я уловил еле слышный запах златоглазок и двурога.
Оборотное зелье?
Выпрямившись, я посмотрел на неё, с трудом скрывая удивление. Кто же ты, незнакомка?
Но Джейн, или как там её, уже не смотрела на меня.
— Спасибо за приятный вечер, — произнесла она и направилась к выходу, а я так и остался стоять столбом у столика.
Когда за ней закрылась дверь, я, как во сне, взял стакан, из которого она пила воду и поднёс к носу. Так и есть, я не мог ошибиться. Только запах шкурки бумсланга не настолько резкий, как обычно. И есть что-то ещё…
Трансфигурировав из салфетки небольшой фиальчик, я слил в него остатки жидкости из стакана. Всего несколько капель, но хоть что-то.
Голос в моей голове вздохнул с сожалением.
«Опять виски и холодная кровать».
«Да когда же ты отстанешь от меня!» — от досады я чуть не выкрикнул это вслух.
«Никогда, траляляляля-ляля-ляля-ля», − издевательски напел голос.
«Ну ничего, в прошлый раз ты заткнулся после двух третей бутылки».
«Тебе же хуже будет, − съязвил Мозгоклюй. − Завтра с утра».
«Да пошёл ты!» — я одним глотком допил вино, швырнул на стол несколько монет и быстрым шагом покинул ресторан.
Я был зол! Я злился на себя, на неё и, опять же, естественно, на весь мир.
Спустившись в вестибюль, я направился к стойке регистрации, на ходу понимая,, что не могу даже сформулировать интересующий меня вопрос. Я был практически уверен, что Джейн Легран — это вымышленное имя, а под чужим именем на конференции зарегистрироваться нельзя. Только если при этом и палочка чужая. Но это уже слишком сложно и маловероятно.
Оставалась слабая надежда на то, что кто-то вспомнит девушку по внешнему виду. Я постарался описать Джейн, но дежурная ведьма утверждала, что никого похожего она не видела.
В отчаянии я аккуратно заглянул в её мысли и увидел рваные края заклинания стирания памяти.
Полное фиаско.
Глава восьмая
Аппарировав домой, я сбросил чужую личину и с ходу откупорил бутылку Огденского.Руки чесались сразу начать исследовать драгоценные капли, но в таком взвинченном состоянии входить в лабораторию нельзя. Усевшись в кресло, я начал глушить мысли о псевдо-Джейн большими глотками виски.
Я, мнящий себя самым-самым-самым и прочая-прочая-прочая, ни-че-го не по-ни-мал!
Внутри ёрзал мой Мозгоклюй.
«Северус, а может, ну её? Мало тебе в жизни проблем? А вдруг она агент Отдела тайн и была на секретном задании?»
«Допустим. Но зачем ей оборотное? У неё что, было задание провести вечер в компании неизвестно с кем, а потом сбежать, как только я начал задавать неудобные для неё вопросы?»
«Хорошо. Давай назовём её Золушкой и забудем, как страшный сон».
«Нет! Я найду её».
«Как? Разве она потеряла туфельку?» — проиронизировал мой внутренний голос.
«Она оставила зелье, — ответил я и в сердцах воскликнул: — Неизвестное мне зелье, понимаешь?!».
«А может, это вообще не её зелье. Купила в Лютном, и всё», — предположил Мозгоклюй.
Мерлин свидетель, каких усилий мне стоило не разнести вдребезги всё вокруг. Я стиснул зубы так, что свело скулы.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 13 из 21
