СИЗО-1

Мужчины, женщины и даже один младенец — он родился у матери-заключенной и по закону должен находится с ней. Так вот, в главном — трехэтажном корпусе содержатся мужчины, их здесь, естественно, большинство. Недавно, в январе, в СИЗО произошел бунт заключенных, жестоко подавленный спецназом. Жертв, к счастью, не было. Зэки требовали улучшения условий и чтобы новый глава службы исполнения наказаний генерал-майор Шейшенбек Байзаков не мочил «общак» — блатных, проще говоря. Новый глава ГСИН начал«закручивать гайки» указывая криминалу его место. Устраивал обыски, переводил в другие колонии криминальных авторитетов, закрыл общаковские камеры. Вы, наверное, удивитесь, но у нас в стране камеры блатных в тюрьмах до прихода Байзакова реально не закрывались. Надсмотрщики, получая откаты от заключенных, разрешали им гулять по всему СИЗО и вымогать бабки у неблатных и вновь прибывших. У нас даже проституток для зэков проводили! Ну так вот, Байзаков всю эту лавочку прикрыл — зэкам не понравилось. Начался бунт. Более 700 человек взломали двери и вырвались на продолы — тюремные коридоры, чуть было не вырвались из корпуса. Тогда был задействован спецназ. Бойцы «Омеги» орудуя дубинками и светошумовыми гранатами, быстро разогнали спецконтингент по камерам. Отступая, зэки резали себе животы, шеи и руки (чтобы привлечь внимание общественности), смешивали кровь с водой и разбрызгивали по потолку и стенам. На журналистов и правозащитников реки крови производят незабываемое впечатление… Между тем, делали они порезы аккуратно и профессионально — оттягивали кожу, чтобы не задеть вены и органы, поэтому все живы и остались. Я был в СИЗО на следующий день после бунта — впечатления, мягко говоря, яркие. Везде кровь, зэки орут про беспредел и стучат чашками по дверям — мягко говоря, страшно, но ничего сверхъестественного. Пока…

Недавно появилась информация: в СИЗО очередное убийство (раньше там постоянно кого-то убивали, не захотел деньги платить, или живет «не по понятиям» или сделал что-то не то — убирают быстро). Причем раньше убивали аккуратно — пытаясь выдать за самоубийство или передозировку наркотиков, а теперь — чуть ли не разорвали человека. Кровь по всей камере, у трупа — ни одной целой кости. Позвонил Байзакову — говорит, зэки что-то не поделили, вот и покончили с сокамерником. Как всегда — все в отказ, не мы, мол. Чепуху какую-то мелют.«На конвоиров сваливают?» — спрашиваю?

— В том то и дело, что нет…

— Шейшенбек Калькибекович как будто что-то скрывает.

— Да не берите в голову… Совсем они умом тронулись из-за наркоты.

Так мне и не удалось тогда выпытать у генерала, что же зэки говорят. Не проходит и двух дней — информация об еще одном убийстве. Таком же зверском: все кости сломаны, голова оторвана чуть ли не наполовину. ГСИН сразу закрывается — никакой информации. Звоню Байзакову, говорит: «Сокамерник убитого озверел, растерзал его, потом ещё себе глаза выколол, буйный, мы его пока в лечебке держим, вроде успокоился». Просит подождать с публикацией — дескать, из-за его реформ на него много кто ополчился, в том числе и чиновники, повязанные с криминалом. Только и ищут повод его снять… Мы, журналисты, с большим уважением относимся к генералу, так что об убийствах особо не распространялись. Погиб… и всё. Убит сокамерниками из-за разногласий.

Публиковать подробности, как и обещали генералу, не стали. Но вопрос, что же там случилось, постоянно подогревал журналистское любопытство. После того, как я по нескольку раз день в течении недели названивал генералу, он мне предложил самому приехать в СИЗО — пусть зэки и персонал расскажут про случившееся. Сам он там не был…

Приезжаю, сразу — к начальнику СИЗО Марсу, фамилию не помню, мы почти ровесники и я его по имени называю. Он дает провожатого, говорит, идите, посмотрите, с людьми поговорите. Обе камеры, где были убийства, в подвале (1 этаж — подвальный, здесь находятся пожизненно лишенные свободы, заключенные «закрывашки» — те, кто попросил защиту от«общака» и был переведен в отдельный блок, и простые заключенные тоже. Закрывашка отделена от остальных блоков.«Ни один общаковский сюда никогда не заходил» — хвастался начальник СИЗО). Провожатый явно не горит желанием меня водить по СИЗО.

— Чего нахмурился? — спрашивает его начальник.

— Тоже в эти сказки веришь?

В ответ — лишь молчание. Мы идем в подвал.

— Какие сказки? — пытаюсь разговорить попутчика.

— Там все услышите… — он взволнован и немногословен.

— Я сам ничего не видел, мало что знаю…

— Там эти зэки всякую ерунду понапридумывали, — говорит Марс, он, оказывается, тоже решил пройтись со мной.