Сказать «нет»

Поцелуи под струями воды были очень мягкими, вкусными и прохладными.

Когда они кое-как вытерлись и снова легли на кровать, Гейб потянул к себе Сэма снова.

— Не передумал? — уточнил Сэм.

— Нет.

Больше они ничего не говорили, только поклонялись телам друг друга, стараясь ощутить все, что можно было, за один раз. Губы, лицо, шея, грудь, ребра, живот — они не пропускали ни одной части тела, до которой могли дотянутся, лежа друг напротив друга. Габриэль, кажется, вообще вознамерился прощупать все мышцы Сэма по отдельности, надавливая или кусая, и это растянулось надолго. Но Сэм с удовольствием принимал это, запутываясь руками в мокрых растрепанных волосах Габриэля, утопая в волнительном удовольствии.

Наконец Сэм, последний раз проведя по груди Гейба, перевернул его на живот. Габриэль с готовностью выгнулся, открываясь, подставляясь, возбуждая одним своим видом. У Сэма, который уже привык к темноте, перехватило дыхание. Он понял, что ему снесло крышу, в момент, когда он начал покусывать эти аппетитные ягодицы, посасывая и облизывая, с каким-то грязным удовольствием надеясь, что на этих местах останутся следы. Он оторвался только спустя минуты, нащупывая в тумбочке смазку и презерватив. Сэм понимал, что рано или поздно это произойдет, так что заранее подготовился, и радовался теперь своей предусмотрительности.

Это был его первый такой секс с мужчиной, и он знал только самое главное — что нельзя спешить. Но он и не собирался. Одной рукой он медленно растягивал, другой — так же медленно водил по члену Гейба, отвлекая от довольно монотонного процесса. Но когда Гейб, до этого просто тяжело дышащий, начал постанывать, Сэм был уже сильно возбужден этим раскрытым телом под собой и еле сдерживался. Нагнувшись, он провел языком по спине Гейба, пересчитывая позвонки, прикусил кожу рядом. И провернул пальцы внутри, до этого просто мягко скользящие туда и обратно.

Гейб выдохнул, сначала инстинктивно отпрянув, но потом прогнулся еще сильнее, хотя, казалось бы, было уже некуда, чуть сместил бедра, приняв, видимо, лучшее положение и сам глубже насадился на пальцы Сэма, застонав одновременно с ним. Они оба не могли больше ждать.

Сэм привычным движением натянул презерватив и смазал член смазкой. Он не знал, была ли необходимой защита в сексе с архангелом, но ему не хотелось сейчас отвлекаться на мелочи, слишком плавно и гладко все шло, и он поступил, как было привычнее. Сэму просто нужно было войти наконец в Гейба, которого он хотел с тех пор, как увидел в первый раз.

Он сдерживался все время, пока проникал все глубже и глубже. Сдерживался, дожидаясь, пока Гейб начнет дышать свободнее, снова заводя руку ему под живот и лаская. Теперь он радовался, что воспользовался презервативом, ибо ему и так было слишком хорошо. Но когда Гейб приподнялся на руках, становясь на четвереньки, и стал двигаться ему навстречу, он забыл, что значит сдержанность. Потом он помнил только, как удерживал Гейба за бедра и вбивался, вбивался, вбивался в него, как будто это был последний секс в его жизни.

Он кончил бурно, волны оргазма накрывали его несколько раз, пока он не вернулся в реальность. Сэм обхватил рукой член Гейба и не поверил, когда ощутил, насколько тот твердый. Хватило нескольких дополнительных движений внутри и снаружи, чтобы тот последовал за ним.

Они лежали в темноте, успокаиваясь и держась за руки.

— Гейб… Ты как?

— Хорошо, — ответил Габриэль тихо. — Теперь хорошо.

С утра они так долго спали, что Дин, сам еле-еле выспавшийся, все-таки зашел к ним. Когда он вышел обратно, крепко прикрыв за собой дверь, так и не осмелившись их разбудить, то пробормотал вслух:

— Господи, помоги нам, мы, Винчестеры, абсолютно сумасшедшие. Не убьем, так сожрем, — и громко рассмеялся. Если Сэм думал, что его страсть к пятой точке Гейба останется известна только им двоим, то серьезно просчитался.

На некоторое время все в бункере взбодрились, греясь в лучах замысловатого юмора Дина Винчестера на тему булочек Габриэля. Это подогревалось тем, что Гейб и вправду не мог прямо сидеть, отказываясь залечивать… все, что сделал с ним Сэм. Но он тоже не давал Дину спуску. Сэм же был просто рад, что они сделали то, что сделали.

Но Сэм все равно не мог забыть, что этому предшествовало. Гейб был на грани фола. Не только из-за страха смерти, нет. Он не хотел оставлять их одних в битве. И плакал из-за этого. От отчаяния. Днем это стало казаться бредом, но Сэм помнил.

Поэтому втихаря от Дина и Гейба он забросил поиски дланей, решив проверить свою теорию, которая давно зудела на краю сознания. Он тайно связался с Кали и, встретившись с ней на нейтральной территории, узнал, что схема, которая пришла ему в голову, отнюдь не была дурацкой и вполне бы сработала.

Все бы ничего, да только в план входило чуть ли не самоубийство Сэма. Нет, он должен был выжить. Он верил, что выжил бы. Но даже его пробирал холодок от того, на что нужно было пойти. Дин и Гейб никогда не согласятся на такой план. А без их участия почти самоубийство превращалось в полноценное самоубийство.