Фандом: Life Is Strange. Они откапывают её до тех пор, пока воздух не тяжелеет от запаха трупного разложения. Свежая земля до боли забивается под ногти.
17 мин, 53 сек 9169
Макс выбегает в раздевалку. Секунды тают. Она, поглядывая на дверь, в отчаянии мечется из угла в угол так, что кеды поскрипывают по линолеуму. Если бы она только могла… скамейка вдруг подворачивается под ноги, и Макс врезается в металлические шкафчики. Они грохочут, словно поезд по рельсам.
— Кто здесь?
Рэйчел выглядывает из-за угла, глаза у неё расширены от страха. Она осматривается и добавляет:
— Выходи! Или я закричу!
Макс встаёт, плечо болит от удара.
— Рэйчел!
Ничего. Она слышит только её шаги и то, как Макс оскальзывается на плитке в душевой, и поворачивается следом. Кажется, вот-вот упадёт в обморок. Тинэйджер подвергся нападению полтергейста. Шторка кабинки отдёргивается без посторонней помощи, вентиль сам собой развинчивается до упора. Горячая вода хлещет на пол.
Рэйчел вытягивает руку и отматывает время, но… один за другим смесители продолжают вылетать под напором горячей воды.
— Прекрати! — вскрикивает она и кашляет от пара.
Макс тоже вскрикивает и отскакивает. Кожа на ладонях краснеет, кое-где покрывается пузырями.
Она, задыхаясь, выводит на запотевшем зеркале:
БЕГИ
Рэйчел пятится…
… а они наваливаются на неё сзади. Виктория тут же заламывает ей руки за спину, изо всех сил сжимает запястья. Тэйлор набрасывает на голову пакет. Вместе они валят её на пол.
— Держи её, держи! — вопит Тара.
Только Рэйчел начинает кричать и вырываться, как на неё сыплются удары. Тара пинает её куда угодно, лишь бы попасть посильнее: по ногам, по груди, по лицу.
— Господи! Хватит!
Это Дана появляется из-за шкафчиков и замирает, когда видит такое насилие над беззащитной и всхлипывающей Рэйчел. В руках у неё шприц с морфием.
— Заткнись ты! — выкрикивает Тара. — Дай сюда!
Виктория, похоже, уже жалеет, что ввязалась в это.
— Полегче.
Тара отбирает у Даны шприц и с размаху вонзает его Рэйчел повыше локтя. Морфин впрыскивается в мышцу, когда Макс наконец-то выходит из ступора.
В старшей школе в Сиэттле она старалась обходить любые конфликты стороной и никогда не была такой сильной, решительной или озлобленной, как сейчас. Наверное, дело в ней.
Поэтому Макс подходит к Таре и дёргает её за косу. Остальные с ужасом смотрят, как Тара пронзительно визжит и извивается, пока кто-то оттаскивает её в дальний конец раздевалки и бьёт головой о край скамейки. Тара обмякает. От вида крови Дана валится в обморок. Макс возвращается, хлопая дверцами металлических шкафчиков. Тэйлор с воплями выбегает из раздевалки, куда на мгновение врываются басы клубной музыки. Виктория тоже пытается сбежать, но запинается, падает и охает от боли.
Макс срывает с Рэйчел пакет.
Она ещё в сознании. Губа у неё разбита, тушь растеклась по щекам от слёз, и морфин разливается по телу. Знакомая лёгкость подступает к Макс.
Рэйчел умрёт. Вновь.
— Не вздумай! — кричит Макс и даёт ей хлёсткую пощёчину. Она обнимает её за плечи и подхватывает под колени, но встать уже не может. — Я спрячу тебя там, где ты будешь в безопасности.
Дыхание слабеет.
— Обычно ангелом зовут меня, — шепчет Рэйчел и закрывает глаза.
Вместе с ней исчезает и Макс.
Рэйчел в Проявочной.
Никто не знает, сколько она пробыла там, до последнего надеясь, что её защитит ангел. Пальцы вновь проезжаются по холодной синеве пластика и натыкаются на что-то твёрдое. Твёрдое, как кости. Но, может быть, над Кейт не издевались.
— Ты что-то изменила, — говорит мёртвая девочка.
Теперь она знает.
Стены дрожат под натиском торнадо. Он так близко, что почти ничего не видно. Он с треском вырывает деревья, выворачивает Тобанга из земли, и тот сначала исчезает, а потом едва не влетает в окно. Искорёженные автомобили мелькают в чёрном вихре. Лужайку внизу уже не разглядеть, льдины града разбивают стёкла, и осколки сыплются под ноги. Остальные окна взрываются следом, и Макс слышит, как нарастает гул, и где-то её просит очнуться Хлоя. Рэйчел сидит на кровати и рыдает.
— Мне так холодно здесь, — говорит она и обнимает себя за плечи, — и одиноко. Думаю, так было всегда, просто я не замечала.
Макс отводит взгляд.
— Я могу уйти.
— Да, но…
— И могу сделать выбор.
Рэйчел молчит и только вздрагивает, лицо блестит от слёз. Тогда Макс подходит к ней и в который раз берёт её за руки. Кажется, пальцы у неё стали чуточку теплее.
Они убили её.
«А я убью их всех».
— Кто здесь?
Рэйчел выглядывает из-за угла, глаза у неё расширены от страха. Она осматривается и добавляет:
— Выходи! Или я закричу!
Макс встаёт, плечо болит от удара.
— Рэйчел!
Ничего. Она слышит только её шаги и то, как Макс оскальзывается на плитке в душевой, и поворачивается следом. Кажется, вот-вот упадёт в обморок. Тинэйджер подвергся нападению полтергейста. Шторка кабинки отдёргивается без посторонней помощи, вентиль сам собой развинчивается до упора. Горячая вода хлещет на пол.
Рэйчел вытягивает руку и отматывает время, но… один за другим смесители продолжают вылетать под напором горячей воды.
— Прекрати! — вскрикивает она и кашляет от пара.
Макс тоже вскрикивает и отскакивает. Кожа на ладонях краснеет, кое-где покрывается пузырями.
Она, задыхаясь, выводит на запотевшем зеркале:
БЕГИ
Рэйчел пятится…
… а они наваливаются на неё сзади. Виктория тут же заламывает ей руки за спину, изо всех сил сжимает запястья. Тэйлор набрасывает на голову пакет. Вместе они валят её на пол.
— Держи её, держи! — вопит Тара.
Только Рэйчел начинает кричать и вырываться, как на неё сыплются удары. Тара пинает её куда угодно, лишь бы попасть посильнее: по ногам, по груди, по лицу.
— Господи! Хватит!
Это Дана появляется из-за шкафчиков и замирает, когда видит такое насилие над беззащитной и всхлипывающей Рэйчел. В руках у неё шприц с морфием.
— Заткнись ты! — выкрикивает Тара. — Дай сюда!
Виктория, похоже, уже жалеет, что ввязалась в это.
— Полегче.
Тара отбирает у Даны шприц и с размаху вонзает его Рэйчел повыше локтя. Морфин впрыскивается в мышцу, когда Макс наконец-то выходит из ступора.
В старшей школе в Сиэттле она старалась обходить любые конфликты стороной и никогда не была такой сильной, решительной или озлобленной, как сейчас. Наверное, дело в ней.
Поэтому Макс подходит к Таре и дёргает её за косу. Остальные с ужасом смотрят, как Тара пронзительно визжит и извивается, пока кто-то оттаскивает её в дальний конец раздевалки и бьёт головой о край скамейки. Тара обмякает. От вида крови Дана валится в обморок. Макс возвращается, хлопая дверцами металлических шкафчиков. Тэйлор с воплями выбегает из раздевалки, куда на мгновение врываются басы клубной музыки. Виктория тоже пытается сбежать, но запинается, падает и охает от боли.
Макс срывает с Рэйчел пакет.
Она ещё в сознании. Губа у неё разбита, тушь растеклась по щекам от слёз, и морфин разливается по телу. Знакомая лёгкость подступает к Макс.
Рэйчел умрёт. Вновь.
— Не вздумай! — кричит Макс и даёт ей хлёсткую пощёчину. Она обнимает её за плечи и подхватывает под колени, но встать уже не может. — Я спрячу тебя там, где ты будешь в безопасности.
Дыхание слабеет.
— Обычно ангелом зовут меня, — шепчет Рэйчел и закрывает глаза.
Вместе с ней исчезает и Макс.
Рэйчел в Проявочной.
Никто не знает, сколько она пробыла там, до последнего надеясь, что её защитит ангел. Пальцы вновь проезжаются по холодной синеве пластика и натыкаются на что-то твёрдое. Твёрдое, как кости. Но, может быть, над Кейт не издевались.
— Ты что-то изменила, — говорит мёртвая девочка.
Теперь она знает.
Стены дрожат под натиском торнадо. Он так близко, что почти ничего не видно. Он с треском вырывает деревья, выворачивает Тобанга из земли, и тот сначала исчезает, а потом едва не влетает в окно. Искорёженные автомобили мелькают в чёрном вихре. Лужайку внизу уже не разглядеть, льдины града разбивают стёкла, и осколки сыплются под ноги. Остальные окна взрываются следом, и Макс слышит, как нарастает гул, и где-то её просит очнуться Хлоя. Рэйчел сидит на кровати и рыдает.
— Мне так холодно здесь, — говорит она и обнимает себя за плечи, — и одиноко. Думаю, так было всегда, просто я не замечала.
Макс отводит взгляд.
— Я могу уйти.
— Да, но…
— И могу сделать выбор.
Рэйчел молчит и только вздрагивает, лицо блестит от слёз. Тогда Макс подходит к ней и в который раз берёт её за руки. Кажется, пальцы у неё стали чуточку теплее.
Они убили её.
«А я убью их всех».
Страница 5 из 5
