Слово о Драконе

— Чтобы ты там ни думала, мои родители, равно как деды и прадеды, не были эльфами. А норды чтят предков и их наследие, даже если предки — огромные огнедышащие ящерицы. Откуда, по-твоему, брались драконорождённые, если Акатош вместе с другими богами давно покинул Нирн и лишь наблюдает с высоты?

— Умеешь же ты ставить в тупик… — растерянно пробормотала Дельфина. — Мне нужно обдумать то, что ты сказал.

— По дороге обдумаешь, — сказал Дин, накидывая капюшон и складывая свои маскировочные принадлежности обратно в торбу. — А пока собирай талморские документы, и мы выдвинемся. Нам стоит поторопиться, до Рифтена путь неблизкий.

До Рифтена они добрались без приключений, но, не доходя до городских конюшен, Дин свернул на обочину и поманил Дельфину за собой.

— Мне кажется, что лучше тебе найти Эсберна в одиночку. Не подумай, я не трушу. Во-первых, ты уже большая девочка, и сможешь справиться сама. Во-вторых, ты — друг Эсберна, он скорее тебе поверит, если ты придёшь одна, а не в компании подозрительного мужика, похожего на альтмера.

— А ты что будешь делать? — хмуро поинтересовалась Дельфина, которой не особо нравились моменты, когда Дин перехватывал командование.

— Приведу себя в приличный вид. Ты не представляешь, как у меня всё от этой гадости чешется! А потом буду выступать в первой же городской таверне, до какой дойду, так что меня найти труда не составит.

— Ладно, — сдалась Дельфина. — Мы придём. И на этот раз ты не отвертишься!

Всю дорогу Дин бренчал на лютне какие-то эльфийские баллады и наотрез отказывался от разговоров на темы, связанные с драконами. То есть, не так. Вредный бард вполне поддерживал беседу о причинах возвращения драконов и том, как можно попытаться это остановить, но когда речь заходила о связи драконов и довакинов… Дин уходил в полное молчание, и единственным, что смогла выпытать из него Дельфина, было: «Разве пришедшие с Акавира цаэски признали бы главенство над собой обычного человека? Эти рептилии, как и прочие вампиры, воспринимают людей как пищу. Даже если люди разбивают их в сражении. Нет, Реману Сиродилу цаэски подчинились по собственной воле, признав своего. А почему император и его Драконья стража бились против драконов, у меня спрашивать бесполезно. Меня там не было».

— Если нам не потребуется никуда срочно отправляться, когда ты найдёшь меня, я с удовольствием с тобой пообщаюсь. Но я уверен, что потребуется, а в дороге такие диалоги вести точно не стоит.

— Гррр, — сказала Дельфина вслед уходящему барду, впрочем, особой злости она не испытывала. Этот вредный тип в чём-то походил на неё саму, и, в общем-то, обижаться на Дина было бесполезно. Он просто такой, какой есть.

Обратное преображение для Дина прошло без каких-либо проблем. Он снял комнату, заказал здоровенную бадью с водой и за пару часов смыл с волос и кожи маскирующие мази. В главный зал Дин спустился уже в привычном своём облике, довольно щурясь.

Бард не знал, как долго Дельфина будет искать своего друга, потому договорился о выступлениях на неопределённый срок, покуда «не исчезнет вдохновение». Хозяйка таверны была только рада, поскольку «Пчела и жало» своим собственным бардом по неизвестным причинам до сих пор не обзавелась. Либо временно лишилась, уточнять детали Дин не собирался.

Дельфина объявилась на следующее утро.

— Вот скажи, почему ты опять оказался прав?

— Не знаю, — улыбнулся Дин. — А насколько?

— Ну, мне стоило некоторых усилий не попасть в неприятности. Сейчас всё в порядке, но, боюсь, нам нужно в путь.

— Нет-нет, — Дин покачал головой. — На этот раз не нам, — он выставил ладонь вперёд, не давая Дельфине возмутиться. — Мы разделимся, чтобы не привлекать внимания. Я пойду своей дорогой. Ну, может, пошумлю тут немного, чтобы у тебя с дедушкой было время.

— Как тогда? — усмехнулась Дельфина.

— Как тогда.

— Ладно. Учти, жду тебя на выступление в Ривервуде, только чтоб без оскорбительных песен.

— Даже про Талмор нельзя? — весело подмигнул Дин.

— Про Талмор — можно, — решила Дельфина. — И ты мне должен разговор о драконорождённых. Ты уверен, что довакины в родстве с драконами? Может, что-то другое?

— Абсолютно. Ты иди, мы с тобой обязательно поговорим.

И каково же было удивление Дельфины, когда они с Эсберном зашли в таверну и увидели одного рыжего барда. Дин был занят обедом, но, заметив их, помахал рукой и встал из-за стола.

— Ну что, обещанную оскорбительную песенку про Талмор сейчас спеть или потом?

— Ты мне лучше про другое спой, — резко заявила Дельфина, придя в себя, и утянула Дина в потайную комнату. — Но сначала познакомьтесь. Дин, это Эсберн, мой друг и архивариус Клинков. Если кто и знает про драконов больше, чем он, то это ты — но я пока ещё не имела возможности оценить твой уровень знаний, — с намёком произнесла она. Дин в ответ лишь широко улыбнулся, изобразив дурака. Дельфина вздохнула. — Эсберн, это Дин. Он довакин, бард и жутко противный тип!

— С последним я решительно не согласен, — рассмеялся Дин и протянул Эсберну руку. — Рад знакомству.

— Я тоже рад.