Этот штат США, являясь исключением, имеет весьма скудную криминальную историю по сравнению с остальной территорией США.
34 мин, 11 сек 3185
В конечном счете, следствие стало рассматривать две версии. Первая косвенно указывала на то, что убийца, вероятно, мог быть одним из членов команды, и в вечер убийства он присутствовал на «Инвесторе». Наиболее весомым аргументом в пользу этой теории стала 36-часовая задержка между убийством и поджогом лодки. Казалось невероятным присутствие убийцы на корабле рядом с трупами в течение длительного времени. Более логичным поведением для убийцы-чужака, очевидно, стало бы как можно скорейшее покидание места преступления. Однако, он предпочел уничтожить следы, предприняв попытку затопления судна, а затем его поджога. Не свидетельствовало ли это о желании преступника скрыть отсутствие одного из тел на судне?
Однако, эта версия не поясняла мотива преступления. Каждый из членов команды имел хорошую репутацию, в конфликты с Марком Колхерстом не вступал, и, очевидно, материальной выгоды от убийства не получал. Ни Дин Мун, ни Крис Хейман никак не походили на массовых убийц. Жестокость и немотивированность, с которыми было совершено убийство, по меньшей мере, 7 человек, свидетельствовало о явной агрессии нападавшего, о его психологической нестабильности или склонности к криминальному поведению. Между тем, ни об одном из членов экипажа никто не мог сказать ничего дурного.
Казалось странным и то, что убийца после первоначального покидания лодки, спустя сутки все еще находился в Крейге. Свидетели подтвердили, что ялик «Инвестора» весь вечер понедельника и большую часть вторника стоял привязанным у причала. Именно это и позволило убийце повторно вернуться на судно, дабы его поджечь. Этот факт говорил о невероятной самонадеянности преступника, о его почти мистической уверенности в собственной безопасности. Ведь убийца не мог знать наверняка, что никто в последующем не сможет его опознать.
Из подобного вывода вытекала версия вторая. Вероятным было то, что все члены экипажа все же погибли на «Инвесторе». Если сила огня могла полностью разрушить останки 4-летнего Джона Колхерста, то почему также бесследно не могло исчезнуть и тело еще одного члена экипажа? И значит, убийцей мог быть кто угодно, незаметно проникнувший на корабль в вечер 5 сентября.
Более двух лет велось расследование. Жизнь не стояла на месте, рыбаки возвращались в Крейг на промысел. Их находили и допрашивали. В итоге, результатом полицейского расследования станет арест первого, и по сути, единственного подозреваемого в этом деле.
Спустя почти два года, 10 сентября 1984 года полиция арестовала 24-летнего Джона Кеннета Пила из Беллингхайма.
Этот белокурый молодой человек за год до убийства входил в состав команды Марка Колхерста, прекрасно ориентировался на «Инвесторе» и знал всех убитых. Но по причине употребления им марихуаны, между Марком и Пилом однажды произошел скандал, в результате которого Колхерст выгнал Пила с судна.
Против Джона существовали лишь косвенные улики. Ссора, произошедшая более года назад, слабо поясняла мотив убийства, он никогда не был замечен в криминальном поведении, а обыск жилья так и не дал желаемого результата — никто и никогда не видел у Пила оружия 22 калибра.
Судебный процесс над Джонном Кеннетом Пилом стал самым длительным и дорогостоящим процессом в истории Аляски. Общественность была настолько взбудоражена жестокостью массового убийства, где преступник не пожалел беременную женщину и двух маленьких детей, что перед судебными приставами встала огромная проблема. Отбор присяжных грозил быть сорванным по причине невозможности нахождения непредвзятых людей, способных адекватно рассматривать дело. В конце концов, спустя месяц присяжные были отобраны, и начался судебный процесс, в ходе которого обвинение не могло представить ни единой неоспоримой улики или доказательства против Пила. Все базировалось лишь на свидетельских показаниях людей, якобы опознавших в Пиле человека, покупавшего 7 сентября бензин.
Неожиданно обвинение представило свидетеля, утверждавшего, что 5 сентября он стал очевидцем ссоры между Марком Колхерстом и Джоном Пилом во дворе ресторане, где семья отмечала день рождения владельца судна. В ответ на это подсудимый утверждал, что спал дома, находясь «под кайфом». Алиби Пила подтвердить никто не мог, но и показания неожиданно возникшего свидетеля, по меньшей мере, вызывали сомнение.
Все представленные обвинения выглядели малоубедительно.
150 свидетелей, участвовавших в процессе, путались и меняли первоначальные показания, у них существовали проблемы с восстановлением событий, произошедших два года назад. К тому же, защита Пила стала недвусмысленно указывать, что Марк Колхерст не мог законным способом заработать на дорогостоящий «Инвестор». Стали звучать намеки на торговлю владельца судна наркотиками и запугивание полицией свидетелей.
Однако, эта версия не поясняла мотива преступления. Каждый из членов команды имел хорошую репутацию, в конфликты с Марком Колхерстом не вступал, и, очевидно, материальной выгоды от убийства не получал. Ни Дин Мун, ни Крис Хейман никак не походили на массовых убийц. Жестокость и немотивированность, с которыми было совершено убийство, по меньшей мере, 7 человек, свидетельствовало о явной агрессии нападавшего, о его психологической нестабильности или склонности к криминальному поведению. Между тем, ни об одном из членов экипажа никто не мог сказать ничего дурного.
Казалось странным и то, что убийца после первоначального покидания лодки, спустя сутки все еще находился в Крейге. Свидетели подтвердили, что ялик «Инвестора» весь вечер понедельника и большую часть вторника стоял привязанным у причала. Именно это и позволило убийце повторно вернуться на судно, дабы его поджечь. Этот факт говорил о невероятной самонадеянности преступника, о его почти мистической уверенности в собственной безопасности. Ведь убийца не мог знать наверняка, что никто в последующем не сможет его опознать.
Из подобного вывода вытекала версия вторая. Вероятным было то, что все члены экипажа все же погибли на «Инвесторе». Если сила огня могла полностью разрушить останки 4-летнего Джона Колхерста, то почему также бесследно не могло исчезнуть и тело еще одного члена экипажа? И значит, убийцей мог быть кто угодно, незаметно проникнувший на корабль в вечер 5 сентября.
Более двух лет велось расследование. Жизнь не стояла на месте, рыбаки возвращались в Крейг на промысел. Их находили и допрашивали. В итоге, результатом полицейского расследования станет арест первого, и по сути, единственного подозреваемого в этом деле.
Спустя почти два года, 10 сентября 1984 года полиция арестовала 24-летнего Джона Кеннета Пила из Беллингхайма.
Этот белокурый молодой человек за год до убийства входил в состав команды Марка Колхерста, прекрасно ориентировался на «Инвесторе» и знал всех убитых. Но по причине употребления им марихуаны, между Марком и Пилом однажды произошел скандал, в результате которого Колхерст выгнал Пила с судна.
Против Джона существовали лишь косвенные улики. Ссора, произошедшая более года назад, слабо поясняла мотив убийства, он никогда не был замечен в криминальном поведении, а обыск жилья так и не дал желаемого результата — никто и никогда не видел у Пила оружия 22 калибра.
Судебный процесс над Джонном Кеннетом Пилом стал самым длительным и дорогостоящим процессом в истории Аляски. Общественность была настолько взбудоражена жестокостью массового убийства, где преступник не пожалел беременную женщину и двух маленьких детей, что перед судебными приставами встала огромная проблема. Отбор присяжных грозил быть сорванным по причине невозможности нахождения непредвзятых людей, способных адекватно рассматривать дело. В конце концов, спустя месяц присяжные были отобраны, и начался судебный процесс, в ходе которого обвинение не могло представить ни единой неоспоримой улики или доказательства против Пила. Все базировалось лишь на свидетельских показаниях людей, якобы опознавших в Пиле человека, покупавшего 7 сентября бензин.
Неожиданно обвинение представило свидетеля, утверждавшего, что 5 сентября он стал очевидцем ссоры между Марком Колхерстом и Джоном Пилом во дворе ресторане, где семья отмечала день рождения владельца судна. В ответ на это подсудимый утверждал, что спал дома, находясь «под кайфом». Алиби Пила подтвердить никто не мог, но и показания неожиданно возникшего свидетеля, по меньшей мере, вызывали сомнение.
Все представленные обвинения выглядели малоубедительно.
150 свидетелей, участвовавших в процессе, путались и меняли первоначальные показания, у них существовали проблемы с восстановлением событий, произошедших два года назад. К тому же, защита Пила стала недвусмысленно указывать, что Марк Колхерст не мог законным способом заработать на дорогостоящий «Инвестор». Стали звучать намеки на торговлю владельца судна наркотиками и запугивание полицией свидетелей.
Страница 4 из 10
