Все началось со сноса старого кладбища. Место планировалось отдать под застройку, так как город нуждался в земле, а его жители в новых благоустроенных квартирах. Мальчишки, лазающие по свежеразвороченным могилам в поисках острых ощущений, и взрослые, под покровом ночи занимающиеся своим мерзким промыслом, все они немало досаждали строителям, отчего в воздухе, наполненном советским атеизмом, все чаще звучало подзабытое слово грех. Однако же снос старого кладбища продолжался.
4 мин, 46 сек 6580
Острослов и смельчак Витька Зотов, которого в школе называли не иначе как отщепенец, жил неподалеку, а потому буквально сутками пропадал на кладбище. Там в тени кустов он выслушивал или сам рассказывал все те жуткие истории, что так бередят молодые души. Витька, к слову сказать, к этому времени окончательно перешел в шумный и пестрый круг металлистов: стена над его письменным столом до самого потолка была обклеена плакатами с восставшими из гроба мертвецами, демонами и всем прочим в том же духе. Он считался знатоком потустороннего мира, его коллекции плакатов откровенно завидовали, но все-таки чего-то ему не хватало. Вскоре он понял чего… В одну из ночей гробокопатели потрудились основательно: три могилы были разворочены полностью. Кости, черепа валялись на откосах могил, желто-коричневыми пятнами оттеняя песок. Пока бригадир, закуривая новую папироску, о чем-то шептался с остальными, в голове Витьки созрела кощунственная идея, чем пополнить свою коллекцию. Его внимание привлек щеривший зубы череп. Он уже представил себе, как тот, отполированный до блеска, будет лежать на его столе, пугая домочадцев и всех остальных, кто зайдет к нему в гости. Идея требовала немедленной реализации, и Витька, стремглав выпрыгнув из кустов, со всех ног побежал к ближайшей могиле. Схватив череп, он еще быстрее припустил обратно.
— Куда? — закричал вдогонку один из строителей, но потом махнул рукой: что он, сторож, в конце концов, гоняться за пацанами?
А Витька на всех парах летел домой. Он остановился только один раз, у дома дружка Сереги, чтобы вызвать его и показать свою добычу. Вдвоем они зашагали к Витьке домой.
— Отполирую — класс получится! — попутно объяснил Витька и, выставив вперед руку, обратился к черепу:
— Бедный Йорик, я знал тебя… — Его звали Юрик? -ошалело взглянув на череп, содрогнулся Сергей.
— Темнота! Это Шекспир! Все обалдеют!
Дома Витька поставил череп на свой стол и долго крутил его, выбирая такой угол, чтобы всякого вошедшего в комнату тут же насквозь пронзали пустые глазницы. Он был доволен собой. Даже поспешивший уйти Серега не омрачил его радости. Боится! — решил Витька, втайне посмеиваясь над другом.
Гроза, разразившаяся к полуночи, накрыла непроглядной чернотой серый город. Молнии рвали тьму в клочья, и крутившийся в постели Витька, наблюдая в окно это буйство природы, никак не мог заснуть. Однако вскоре молодой организм взял свое.
Идем, идем со мною… — Маленький лысоватый старичок манил Витьку рукою.
— Я открою тебе мир, удивительный, тот, который ты так хотел видеть.
Витька явственно почувствовал зло, исходящее от этого полупрозрачного человека. Он задрожал, попытался проснуться, но не смог, и все также во сне продолжал сидеть на лавочке возле своего дома, а этот старик, кривя рот в подобие улыбки, ласково звал его за собою. Ну, идем же, — повторял он.
— Ты все увидишь!
— Вить, ты что, сжег что-нибудь?! — закричала с порога появившаяся в дверях мать, но тут же осеклась, потому что сын спал, а стало быть, сжечь ничего не мог. И этот череп — это ужас что такое!
И все-таки в комнате витал какой-то неосязаемый дымок. Мать, так и не найдя причины его появления, лишь махнула рукой и вышла прочь. Разбуженный криком матери, Витька сидел на кровати и смотрел на череп. На миг ему показалось, что тот скривил челюсть точно так же, как это делал, стараясь ласково улыбнуться, страшный старик во сне… Ну, вот, хороший мальчик… — Старик, взяв Витьку за руку, повел его по дороге в темноту.
— Мы прогуляемся немного, здесь недалеко, до заката. Странные речи вел этот старик: странные и чарующие, манящие чем-то необыкновенным. Его речь текла, как ручеек. Там, на Орковых полях, — непонятно, словно для самого себя, говорил он, — где звезды переплетаются нитями в небесных сферах, ты увидишь то, что хотел увидеть и познать… — И ежеминутно добавлял:
— Тут недалеко.
Витьку трясло от ужаса. Он мечтал лишь об одном — прогнать дурной сон, повторявшийся уже вторую ночь. Когда холод страха и ночи пронзили его насквозь, он сделал последнее усилие и… проснулся. Включил свет, присел на кровати, с ужасом всматриваясь в глазницы черепа. Из них ровными толчками выползал белесо-желтый дымок, который медленно таял, отчего по комнате плыла зыбкая, местами рваная пелена… В следующую ночь Витька твердо решил не спать. Он долго уговаривал друзей остаться у него до утра. Серега согласился, но и тот, слушая рассказ о странном старике, умудрился несколько раз задремать. В общем, когда Витька с придыханием закончил свое повествование, то увидел, что друг его давным-давно спит. Чтобы не заснуть, Витька начал читать вслух и не заметил, как уснул. Настольная лампа, разрезая лучами выходящий из глазниц дымок, продолжала гореть.
А, ну вот и ты… — Старик вновь попытался улыбнуться.
— Что ж ты так поспешно покинул меня? Разве было неинтересно? Да и осталось-то совсем недалеко. Ладно, пойдем втроем. Жалко лишь, что череп мой нельзя с собой забрать.
— Куда? — закричал вдогонку один из строителей, но потом махнул рукой: что он, сторож, в конце концов, гоняться за пацанами?
А Витька на всех парах летел домой. Он остановился только один раз, у дома дружка Сереги, чтобы вызвать его и показать свою добычу. Вдвоем они зашагали к Витьке домой.
— Отполирую — класс получится! — попутно объяснил Витька и, выставив вперед руку, обратился к черепу:
— Бедный Йорик, я знал тебя… — Его звали Юрик? -ошалело взглянув на череп, содрогнулся Сергей.
— Темнота! Это Шекспир! Все обалдеют!
Дома Витька поставил череп на свой стол и долго крутил его, выбирая такой угол, чтобы всякого вошедшего в комнату тут же насквозь пронзали пустые глазницы. Он был доволен собой. Даже поспешивший уйти Серега не омрачил его радости. Боится! — решил Витька, втайне посмеиваясь над другом.
Гроза, разразившаяся к полуночи, накрыла непроглядной чернотой серый город. Молнии рвали тьму в клочья, и крутившийся в постели Витька, наблюдая в окно это буйство природы, никак не мог заснуть. Однако вскоре молодой организм взял свое.
Идем, идем со мною… — Маленький лысоватый старичок манил Витьку рукою.
— Я открою тебе мир, удивительный, тот, который ты так хотел видеть.
Витька явственно почувствовал зло, исходящее от этого полупрозрачного человека. Он задрожал, попытался проснуться, но не смог, и все также во сне продолжал сидеть на лавочке возле своего дома, а этот старик, кривя рот в подобие улыбки, ласково звал его за собою. Ну, идем же, — повторял он.
— Ты все увидишь!
— Вить, ты что, сжег что-нибудь?! — закричала с порога появившаяся в дверях мать, но тут же осеклась, потому что сын спал, а стало быть, сжечь ничего не мог. И этот череп — это ужас что такое!
И все-таки в комнате витал какой-то неосязаемый дымок. Мать, так и не найдя причины его появления, лишь махнула рукой и вышла прочь. Разбуженный криком матери, Витька сидел на кровати и смотрел на череп. На миг ему показалось, что тот скривил челюсть точно так же, как это делал, стараясь ласково улыбнуться, страшный старик во сне… Ну, вот, хороший мальчик… — Старик, взяв Витьку за руку, повел его по дороге в темноту.
— Мы прогуляемся немного, здесь недалеко, до заката. Странные речи вел этот старик: странные и чарующие, манящие чем-то необыкновенным. Его речь текла, как ручеек. Там, на Орковых полях, — непонятно, словно для самого себя, говорил он, — где звезды переплетаются нитями в небесных сферах, ты увидишь то, что хотел увидеть и познать… — И ежеминутно добавлял:
— Тут недалеко.
Витьку трясло от ужаса. Он мечтал лишь об одном — прогнать дурной сон, повторявшийся уже вторую ночь. Когда холод страха и ночи пронзили его насквозь, он сделал последнее усилие и… проснулся. Включил свет, присел на кровати, с ужасом всматриваясь в глазницы черепа. Из них ровными толчками выползал белесо-желтый дымок, который медленно таял, отчего по комнате плыла зыбкая, местами рваная пелена… В следующую ночь Витька твердо решил не спать. Он долго уговаривал друзей остаться у него до утра. Серега согласился, но и тот, слушая рассказ о странном старике, умудрился несколько раз задремать. В общем, когда Витька с придыханием закончил свое повествование, то увидел, что друг его давным-давно спит. Чтобы не заснуть, Витька начал читать вслух и не заметил, как уснул. Настольная лампа, разрезая лучами выходящий из глазниц дымок, продолжала гореть.
А, ну вот и ты… — Старик вновь попытался улыбнуться.
— Что ж ты так поспешно покинул меня? Разве было неинтересно? Да и осталось-то совсем недалеко. Ладно, пойдем втроем. Жалко лишь, что череп мой нельзя с собой забрать.
Страница 1 из 2
