Карие глаза смотрели из-под кустистых бровей хладнокровно. Рука твердо сжимала широкий армейский нож, готовая рвануться в сторону и оставить на горле лейтенанта кровавый след. В густой бороде хищно блестел оскал…
365 мин, 24 сек 19711
— Именно, товарищ полковник, аномалия гудит, — отчитался он. — К двери не подступится.
Дегтярев одобрительно качнул головой.
Немного погодя появился Горбатый.
— Все заперто, товарищ полковник. Но дальше…
— Я знаю. Спустимся, если понадобится.
Мы обошли пролом. Наткнулись на лестницу в два пролета. Она вывела на решетчатый балкон. Прошли вдоль площадки до дверного проема. Лучи света выхватили столы обеденные и с торговыми весами, советские холодильники, раритетные автоматы для воды и газировки. Все покрывала пушистая плесень с толстым слоем пыли.
— Левчук, Горбунов, туалеты.
— Есть! — крикнули оба разом.
Левша двинулся к мужскому сортиру. Открыл дверь, заорал и выпустил очередь из автомата. Мы подбежали к нему. В глубине туалета стоял карлик в темном балахоне. Он злобно пялился на нас и не шевелился.
— Отставить панику, — произнес Дегтярев флегматично и надавил на ствол Левши. — Поздравляю, Левчук. Ты убил мертвого бюрера.
Левша послушно опустил автомат, смешался:
— Не понял, товарищ полковник.
— Я его еще в августе прошил из гаусс-пушки.
— Из чего?
— Не важно.
Бюрер в самом деле уже посинел и опух.
— Он… он стоял, как живой, — попытался оправдаться Левша, все еще пребывая под впечатлением.
Дегтярев снисходительно кивал, мол, знаю, это в порядке вещей.
— Ну, что, готов идти дальше? — спросил Дегтярев, как только Левша замолчал.
— Так точно, товарищ полковник! — ответил Левша с задержкой.
— Ты там это, в штаны не наложил? — шепнул я ему на ухо. — Туалет как раз рядом.
Левша оттолкнул меня и послал куда подальше. Расстроился мужик. Я смягчился:
— Ладно, с кем не бывает. Я бы тоже, наверное, выстрелил. Магазин смени на всякий случай.
Левша что-то пробурчал, но послушался. Тем временем Дегтярев с Горбатым ушли вперед, свет фонаря доставал лишь до их ног. Я хлопнул Левшу по спине, сказал ободряюще:
— Гляди-ка, отстали. Давай догонять.
— Кажется, мы на верном пути, — услышал я Дегтярева.
Дорогу преградила стена толстого стекла. Точнее множество маленьких квадратных стекол. Так в советские времена выглядели окна туалетов с той лишь разницей, что эти были прозрачными, а не мутно-зелеными. Часть стены осыпалась. Похоже, подорвали. Видимо, стекло пуленепробиваемое.
Осторожно, боясь повредить комбинезоны, мы пролезли через брешь в пустую комнату. Несколько шагов, и обнаружился первый наемник. Вокруг него валялись ошметки тел тушканов. Несколько все-таки успели добраться до плоти. Так и сдохли, не разжав пасти.
— Сколько было наемников? — поинтересовался Горбатый, рассматривая убитого.
— Трое, — ответил мрачно Дегтярев. — Плюс ученый.
— В наемниках обычно ходят опытные парни. Причем вполне обеспеченные: лучшее оружие, экзоскелеты…
С последним словом Горбатый приподнял перегрызенный провод сервопривода.
— Должно быть, им встретилось нечто более серьезное, чем стая тушканов.
Дегтярев пожал плечами. Левша выдохнул растерянное «мдаа».
— В Зоне всякое бывает, — произнес Дегтярев серьезно. — Не стоит недооценивать грызунов. Они нападают исподтишка. Выжидают в темноте, тихо преследуют, а потом набрасываются стаей. Здесь их, наверное, вспугнул взрыв, и они разом ломанулись к выходу.
Дальше пришлось идти по ковру из лап, голов, изрешеченных пулями туловищ. Подошвы утопали в гнилой каше с омерзительным чмоканием, а поднимались, заунывно всхлебывая. Вонь падали дурманила. Левша закашлялся и едва сдержал рвоту.
В узком коридоре пытка закончилась. Встретилась всего пара-другая привалившихся к стене тушканов, зато на выходе ждало новое испытание. Над дверью висел второй наемник в черно-синей форме и легком бронике. Шею обвивал провод, оканчивавшийся разбитой лампочкой. «Розочка» впилась в шею по цоколь.
Ноги наемника перегораживали проход. Пришлось отклонить труп, точно штору.
— Надеюсь, мы рискуем не из-за бумаг о каких-нибудь шкафных скелетах вашего государства? — спросил Горбатый полковника.
— В каком-то смысле. На кону не только репутация Украины. Нельзя, чтобы оружие попало к сторонним лицам. Это международная угроза. Вы не представляете, какой мощью обладает гаусс-пушка.
— Так что мы ищем? Схемы там разные, отчеты…
— Горбунов! — окрикнул я бойца. — Велено же: без вопросов.
— Все в порядке, старший лейтенант. Я и сам не знаю, что мы найдем. Скорее всего это будут бумаги. Всем вам придется подписаться под соглашением о неразглашении государственной тайны, раз уж вы такие любопытные.
— Что же Украина не задействовала своих патриотов
— Горбунов! — снова одернул я. — Не много ли болтаешь? Вернемся — будешь неделю картошку чистить.
— Среди военных не так уж много сталкеров, тем более опытных, — честно признался Дегтярев, дерзость Горбатого его нисколько не задела.
— Опять озоном пахнет, — пробормотал задумчиво Левша.
Дегтярев одобрительно качнул головой.
Немного погодя появился Горбатый.
— Все заперто, товарищ полковник. Но дальше…
— Я знаю. Спустимся, если понадобится.
Мы обошли пролом. Наткнулись на лестницу в два пролета. Она вывела на решетчатый балкон. Прошли вдоль площадки до дверного проема. Лучи света выхватили столы обеденные и с торговыми весами, советские холодильники, раритетные автоматы для воды и газировки. Все покрывала пушистая плесень с толстым слоем пыли.
— Левчук, Горбунов, туалеты.
— Есть! — крикнули оба разом.
Левша двинулся к мужскому сортиру. Открыл дверь, заорал и выпустил очередь из автомата. Мы подбежали к нему. В глубине туалета стоял карлик в темном балахоне. Он злобно пялился на нас и не шевелился.
— Отставить панику, — произнес Дегтярев флегматично и надавил на ствол Левши. — Поздравляю, Левчук. Ты убил мертвого бюрера.
Левша послушно опустил автомат, смешался:
— Не понял, товарищ полковник.
— Я его еще в августе прошил из гаусс-пушки.
— Из чего?
— Не важно.
Бюрер в самом деле уже посинел и опух.
— Он… он стоял, как живой, — попытался оправдаться Левша, все еще пребывая под впечатлением.
Дегтярев снисходительно кивал, мол, знаю, это в порядке вещей.
— Ну, что, готов идти дальше? — спросил Дегтярев, как только Левша замолчал.
— Так точно, товарищ полковник! — ответил Левша с задержкой.
— Ты там это, в штаны не наложил? — шепнул я ему на ухо. — Туалет как раз рядом.
Левша оттолкнул меня и послал куда подальше. Расстроился мужик. Я смягчился:
— Ладно, с кем не бывает. Я бы тоже, наверное, выстрелил. Магазин смени на всякий случай.
Левша что-то пробурчал, но послушался. Тем временем Дегтярев с Горбатым ушли вперед, свет фонаря доставал лишь до их ног. Я хлопнул Левшу по спине, сказал ободряюще:
— Гляди-ка, отстали. Давай догонять.
— Кажется, мы на верном пути, — услышал я Дегтярева.
Дорогу преградила стена толстого стекла. Точнее множество маленьких квадратных стекол. Так в советские времена выглядели окна туалетов с той лишь разницей, что эти были прозрачными, а не мутно-зелеными. Часть стены осыпалась. Похоже, подорвали. Видимо, стекло пуленепробиваемое.
Осторожно, боясь повредить комбинезоны, мы пролезли через брешь в пустую комнату. Несколько шагов, и обнаружился первый наемник. Вокруг него валялись ошметки тел тушканов. Несколько все-таки успели добраться до плоти. Так и сдохли, не разжав пасти.
— Сколько было наемников? — поинтересовался Горбатый, рассматривая убитого.
— Трое, — ответил мрачно Дегтярев. — Плюс ученый.
— В наемниках обычно ходят опытные парни. Причем вполне обеспеченные: лучшее оружие, экзоскелеты…
С последним словом Горбатый приподнял перегрызенный провод сервопривода.
— Должно быть, им встретилось нечто более серьезное, чем стая тушканов.
Дегтярев пожал плечами. Левша выдохнул растерянное «мдаа».
— В Зоне всякое бывает, — произнес Дегтярев серьезно. — Не стоит недооценивать грызунов. Они нападают исподтишка. Выжидают в темноте, тихо преследуют, а потом набрасываются стаей. Здесь их, наверное, вспугнул взрыв, и они разом ломанулись к выходу.
Дальше пришлось идти по ковру из лап, голов, изрешеченных пулями туловищ. Подошвы утопали в гнилой каше с омерзительным чмоканием, а поднимались, заунывно всхлебывая. Вонь падали дурманила. Левша закашлялся и едва сдержал рвоту.
В узком коридоре пытка закончилась. Встретилась всего пара-другая привалившихся к стене тушканов, зато на выходе ждало новое испытание. Над дверью висел второй наемник в черно-синей форме и легком бронике. Шею обвивал провод, оканчивавшийся разбитой лампочкой. «Розочка» впилась в шею по цоколь.
Ноги наемника перегораживали проход. Пришлось отклонить труп, точно штору.
— Надеюсь, мы рискуем не из-за бумаг о каких-нибудь шкафных скелетах вашего государства? — спросил Горбатый полковника.
— В каком-то смысле. На кону не только репутация Украины. Нельзя, чтобы оружие попало к сторонним лицам. Это международная угроза. Вы не представляете, какой мощью обладает гаусс-пушка.
— Так что мы ищем? Схемы там разные, отчеты…
— Горбунов! — окрикнул я бойца. — Велено же: без вопросов.
— Все в порядке, старший лейтенант. Я и сам не знаю, что мы найдем. Скорее всего это будут бумаги. Всем вам придется подписаться под соглашением о неразглашении государственной тайны, раз уж вы такие любопытные.
— Что же Украина не задействовала своих патриотов
— Горбунов! — снова одернул я. — Не много ли болтаешь? Вернемся — будешь неделю картошку чистить.
— Среди военных не так уж много сталкеров, тем более опытных, — честно признался Дегтярев, дерзость Горбатого его нисколько не задела.
— Опять озоном пахнет, — пробормотал задумчиво Левша.
Страница 22 из 101
