Фанфик по аниме «Высшая Школа Мертвецов».
82 мин, 21 сек 17356
— Конечно! Людям помогать надо! — и этот кретин в розовых очках!
— Кретины!
— Ты главное забыл! — мы с Бусуджимой сказали хором. Переглянулись, и я незаметным кивком предложил ей продолжать, боясь, что замечаний от меня парни… не примут, да. Сам я отошел поближе к выходу.
Сайко, как я и рассчитывал, облекла всю тупость ситуации в рамки рационализма, умудрившись при этом еще и надавить на чувство, выражу это так, самца-защитника.
— Ты забыл, — повторила она, — что твари лезут на звук, Комура. — И легко здесь читался вопрос: «А как же мы?».
Но я недооценил жестокость девушки. Пройдя в комнату — единственную, где горел свет — и выключив его, она добавила последовавшему за ней Такаши:
— Более того — выжившие, пойдя на свет, приведут их сюда. В любом случае, даже расстреляв все патроны, нам не удастся всех спасти. Посуди сам — в этом новом, жестоком мире люди должны сами научиться выживать. А нет — так нет.
Такаши помрачнел.
— Знаешь, Бусуджима, — произнес он вслед уходящей девушке. — Я чувствую, что ты и сама не веришь в свои слова.
— Она просто излагает… факты. А решать — это привилегия каждого в отдельности, — что-то подсказало мне вмешаться. — Я прав, Сайко?
— Да, Накихито. Принимать это во внимание или нет — это уже другой вопрос.
И ушла.
Я отошел к Хирано, через несколько секунд к нам присоединился и Такаши. И мы втроем смотрели ужастик, подобный которому и врагу не пожелаешь.
Дом, в котором мы находились, расположен был на возвышенности — а потому мы с этого балкона могли наблюдать картины смерти целого квартала. Каждый из нас изначально смотрел за разными людьми — но… через некоторое время мы все вместе смотрели одну и ту же трагедию.
В том, что похождения высокого седовласого — лет сорока-пятидесяти — мужчины в одежде офисного клерка, бегущего рука об руку вместе с маленькой девочкой, закончатся, как и все остальные, мы не сомневались. Но с какой-то жуткой… жадностью ловили последние мгновения чужой жизни.
Вот мужчина, ведя девочку за руку, входит во двор двухэтажного дома. Двор хорошо защищенный, огражденный высокой — в человеческий рост — стеной. Странно, что хозяева дома — а они внутри, судя по свечению окон и лампы над крыльцом — не заперли калитку, но все может случиться в спешке…
В общем, мужчина искал в этом доме спасение. Бил кулаком дверь, наверняка умоляя пустить хоть не его, но девочку — все тщетно. Дверь оставалась глуха к мольбам… но не к угрозам. Стоило ему занести руку с зажатым в ней огромным разводным ключом — как дверь распахнулась, но не спасение пришло оттуда, а смерть. Смерть на острие самодельного копья из кухонного ножа и пластиковой ручки от швабры.
Мы, затаив дыхание смотрели, как расплывается на белоснежной рубашке клерка кровавое пятно — лезвие ножа оказалось достаточно острым и длинным, чтобы пройти насквозь. Смотрели, как медленно, не веря в случившееся, отступает мужчина, с каждым шагом теряя силы. Наблюдали, как бросается к нему девочка, хватая за руку — и видели, что последним жестом мужчина гладит ребенка по голове. И нам не надо было слышать — мы и так знали, что он сказал.
А потом он умер, и девочка захлебнулась рыданиями. А за ее спиной бесшумно погас фонарь над входом в дом, дававший ей надежду, но принесший только страдания.
— Надо ее спасти…
— Спасем ее. — Это мы произнесли вместе. И только Хирано начал действовать, потому что на звуки рыданий полезли мертвецы.
В этот момент я понял, кто тут у нас спец по большим пушкам. До этого удерживая винтовку как-то неуклюже, Хирано одним движением перехватил ее, нацелился и выстрелил. Расстояние — около ста-ста пятидесяти метров по прямой, позволило ему не учитывать ни ветер, ни остальную баллистику…
А последующее признание в том, что до этого времени он с «Кнайтом» ни разу не встречался, заставило уважать его еще больше. Тем более что два последующих выстрела, практически слившиеся в один, тоже были убийственно точны. И следующие. И еще.
— Хирано, ты, вроде, не собирался стрелять? — счел нужным подколоть того Такаши. Вот только Хирано на подколку имел достойный ответ:
— Так это же МАЛЕНЬКАЯ ДЕВОЧКА! Ты же и сам не прочь ее спасти? А я тебя отсюда прикрою…
Такаши уже собрался было совершать подвиг…
— Стой, — произнес я. — Ты остаешься здесь — пойду я.
— Почему это? — возмутился он.
— Отсюда по прямой — сто метров…
— Сто пятьдесят! — уточнил Хирано.
— Не суть… Главное, что я преодолею это расстояние быстрее, нежели ты заведешь свой мотоцикл. И еще у меня есть это, — я любовно погладил пистолет. — Он с глушителем — а это важно. И еще важно, что я смогу уйти, даже если… встряну.
Увидев возмущение на лице парня, я завершил свой спич словами:
— А ты пока готовь всех к отступлению — стрельбой мы уже засветили себя. И не забудьте мои вещи, ладно?
И он понимал, что я прав. Ведь выезд, где остался мотоцикл, находился на другой стороне дома — а потому ему пришлось бы ехать вокруг. Я же мог спрыгнуть прямо сейчас — специальные устройства для спуска, типа лебедки, тоже были в коробке с фурнитурой.
— Кретины!
— Ты главное забыл! — мы с Бусуджимой сказали хором. Переглянулись, и я незаметным кивком предложил ей продолжать, боясь, что замечаний от меня парни… не примут, да. Сам я отошел поближе к выходу.
Сайко, как я и рассчитывал, облекла всю тупость ситуации в рамки рационализма, умудрившись при этом еще и надавить на чувство, выражу это так, самца-защитника.
— Ты забыл, — повторила она, — что твари лезут на звук, Комура. — И легко здесь читался вопрос: «А как же мы?».
Но я недооценил жестокость девушки. Пройдя в комнату — единственную, где горел свет — и выключив его, она добавила последовавшему за ней Такаши:
— Более того — выжившие, пойдя на свет, приведут их сюда. В любом случае, даже расстреляв все патроны, нам не удастся всех спасти. Посуди сам — в этом новом, жестоком мире люди должны сами научиться выживать. А нет — так нет.
Такаши помрачнел.
— Знаешь, Бусуджима, — произнес он вслед уходящей девушке. — Я чувствую, что ты и сама не веришь в свои слова.
— Она просто излагает… факты. А решать — это привилегия каждого в отдельности, — что-то подсказало мне вмешаться. — Я прав, Сайко?
— Да, Накихито. Принимать это во внимание или нет — это уже другой вопрос.
И ушла.
Я отошел к Хирано, через несколько секунд к нам присоединился и Такаши. И мы втроем смотрели ужастик, подобный которому и врагу не пожелаешь.
Дом, в котором мы находились, расположен был на возвышенности — а потому мы с этого балкона могли наблюдать картины смерти целого квартала. Каждый из нас изначально смотрел за разными людьми — но… через некоторое время мы все вместе смотрели одну и ту же трагедию.
В том, что похождения высокого седовласого — лет сорока-пятидесяти — мужчины в одежде офисного клерка, бегущего рука об руку вместе с маленькой девочкой, закончатся, как и все остальные, мы не сомневались. Но с какой-то жуткой… жадностью ловили последние мгновения чужой жизни.
Вот мужчина, ведя девочку за руку, входит во двор двухэтажного дома. Двор хорошо защищенный, огражденный высокой — в человеческий рост — стеной. Странно, что хозяева дома — а они внутри, судя по свечению окон и лампы над крыльцом — не заперли калитку, но все может случиться в спешке…
В общем, мужчина искал в этом доме спасение. Бил кулаком дверь, наверняка умоляя пустить хоть не его, но девочку — все тщетно. Дверь оставалась глуха к мольбам… но не к угрозам. Стоило ему занести руку с зажатым в ней огромным разводным ключом — как дверь распахнулась, но не спасение пришло оттуда, а смерть. Смерть на острие самодельного копья из кухонного ножа и пластиковой ручки от швабры.
Мы, затаив дыхание смотрели, как расплывается на белоснежной рубашке клерка кровавое пятно — лезвие ножа оказалось достаточно острым и длинным, чтобы пройти насквозь. Смотрели, как медленно, не веря в случившееся, отступает мужчина, с каждым шагом теряя силы. Наблюдали, как бросается к нему девочка, хватая за руку — и видели, что последним жестом мужчина гладит ребенка по голове. И нам не надо было слышать — мы и так знали, что он сказал.
А потом он умер, и девочка захлебнулась рыданиями. А за ее спиной бесшумно погас фонарь над входом в дом, дававший ей надежду, но принесший только страдания.
— Надо ее спасти…
— Спасем ее. — Это мы произнесли вместе. И только Хирано начал действовать, потому что на звуки рыданий полезли мертвецы.
В этот момент я понял, кто тут у нас спец по большим пушкам. До этого удерживая винтовку как-то неуклюже, Хирано одним движением перехватил ее, нацелился и выстрелил. Расстояние — около ста-ста пятидесяти метров по прямой, позволило ему не учитывать ни ветер, ни остальную баллистику…
А последующее признание в том, что до этого времени он с «Кнайтом» ни разу не встречался, заставило уважать его еще больше. Тем более что два последующих выстрела, практически слившиеся в один, тоже были убийственно точны. И следующие. И еще.
— Хирано, ты, вроде, не собирался стрелять? — счел нужным подколоть того Такаши. Вот только Хирано на подколку имел достойный ответ:
— Так это же МАЛЕНЬКАЯ ДЕВОЧКА! Ты же и сам не прочь ее спасти? А я тебя отсюда прикрою…
Такаши уже собрался было совершать подвиг…
— Стой, — произнес я. — Ты остаешься здесь — пойду я.
— Почему это? — возмутился он.
— Отсюда по прямой — сто метров…
— Сто пятьдесят! — уточнил Хирано.
— Не суть… Главное, что я преодолею это расстояние быстрее, нежели ты заведешь свой мотоцикл. И еще у меня есть это, — я любовно погладил пистолет. — Он с глушителем — а это важно. И еще важно, что я смогу уйти, даже если… встряну.
Увидев возмущение на лице парня, я завершил свой спич словами:
— А ты пока готовь всех к отступлению — стрельбой мы уже засветили себя. И не забудьте мои вещи, ладно?
И он понимал, что я прав. Ведь выезд, где остался мотоцикл, находился на другой стороне дома — а потому ему пришлось бы ехать вокруг. Я же мог спрыгнуть прямо сейчас — специальные устройства для спуска, типа лебедки, тоже были в коробке с фурнитурой.
Страница 19 из 23
