Still life

Кин открыл дверь на десятый звонок. Когда решил и смог дойти. Лицо отекло, тело сначала тоже разнесло, сейчас оно было в меру одутловатым. Высыпали красные пятна. Жара не было, но по всем ощущениям — лучше б был. Мышцы жёстко ныли. Хуже пока не становилось. Кин старался много пить. Он слышал, так из организма выводятся токсины.

— Не ждал, — проворчал Кин и начал падать.

Алан подхватил его подмышки и потащил к тахте.

— Чем ты думаешь?! — запыхавшись, спросил он.

— А если б концы отдал?

— Что ты здесь делаешь?

— Звоню тебе, звоню, всё без толку. Ты не отвечаешь.

— Быстро примчался.

— Ты же вчера просил меня кое-что разузнать.

Алан, взирал на него, лежащего на тахте, нахмурившись.

— К врачу тебе надо.

— Не надо.

— Ты себя видел? У тебя отёк. И глаза как у водолаза.

— Да не поможет мне ничем врач!

— Засунь гордыню в жопу, а? Тебе велено было — если что, вернуться в клинику.

— Я тебе говорю: не поможет. Не по их части. Это не из-за удара по голове. Ты что-нибудь помнишь о двойственных?

— О ком-о ком?

— Ты же слушал установочный курс.

Алан озорно ухмыльнулся.

— Чем нас там грузили, боже ж мой.

— Вот среди прочего было про двойственных. Ну, такие вампиры. Которые получаются из двух других вампиров.

— Это же байка.

— Не байка.

— Во времена первых наборов, половина того, что нам говорили, было чушью крупного помола. Никто не знал ничего толком. Мы и сегодня не слишком далеко продвинулись, а тогда… Сколько говна новичкам в мозги нафаршировали! — Алан почти с восхищением покачал головой.

— Инструктора со стыда бы сгорели, прослушай сегодня тогдашние свои лекции.

— Половина, а то и больше, — да, чушь. Но подумай — Ноэмиль Эрро. Он двойственный.

— Его видело только начальство.

— А теперь у нас ещё один такой.

— С чего ты взял?

— «Ты себя видел?» — передразнил его Кин.

— А ты меня видишь?

— Яд, — осенило Алана.

Кин отклонил голову.

— Придётся ампутировать, — констатировал Алан, разглядывая укус.

За время службы Кин слышал эту отдельскую шутку раз сто, но всё равно не смог сдержать кривую улыбку.

— Мы за двадцать лет не видели ни одного такого. Не было таких. Кроме Эрро.

— Про Эрро наверняка врут, уймись.

— С чего ты так уверен, что врут? Ты с ним рядом в сортире стоял?

— Секретарша Уильямса говорила, он — это он.

— Секретарша Уильямса — баба. А бабы во всём спешат увидеть мужика.

— Нехороший укус, Кин. Твой приятель тебя порвал.

— Да что ты. А я и не заметил.

— Так ты за ним на Паулине бегал?

Кин подоткнул под спину подушку, устроил себя поудобнее и кратко рассказал о том, что было.

— Они, такие как Эрро, не дают устроить хорошую чистку. Морочат нам голову. А теперь у нас будет несколько таких.

— Ты сам знаешь, переговорщики ни при чём. Так оно вправду очаровывает?

— Не думаю. Как будто выключаешься… Но это не от гипноза. Его голос всё время отвлекает. Голос, лицо… Не сосредоточиться.

Кин потянулся к недопитому пиву на тумбочке. Алан отодвинул банку. Потом вообще переставил на подоконник.

— Не мешай отраву с алкоголем.

— Я и воды много пью. А тёмное пиво и каберне мне сейчас вообще по медицинским показаниям самое то. Нет, не очаровывает, но… Не могу понять одну вещь… Оно кое-то сделало. Как будто залезло мне в мозги, в воспоминания.

— Вампиры не читают мысли, Кин. Уж кому, как не тебе, быть в курсе.

Толки о том, что вампиры — телепаты, появились не на ровном месте. Но дело было не в способности к чтению мыслей, а в более остром зрении и слухе. Они просто-напросто считывали мельчайшие невербальные сигналы, неосознанно анализировали телодвижения и интонации.

— Ты должен сказать Марку.

— Нет. И ты не скажешь.

— Не время для обид.

— Нет! — рявкнул Кин и закашлялся. Прочистив горло, закончил:

— Не смей доносить Гилрою.

— Ты сам подтвердил: это существо опасно.

— Это моё дело. Скажешь, когда я с ним рассчитаюсь. А потом уж делайте чего хотите.

— А если не рассчитаешься?

— Я — легенда отдела. На моих примерах нынешнюю зелёную мелюзгу натаскивают. Как по учебнику. Разобраться с одним-единственным вампиром — это я как-нибудь смогу. Так что ты узнал? О побрякушке?

— Кое-что. Она не молоденькая. Но это подделка. Не золото. Дешёвый сплав. Ради галочки я пробил по общей базе. Самое смешное, что сработало. Подобная штука фигурировала в списке вещдоков. Числилась в коллекции старика, который занимался антиквариатом. В девяносто пятом его пытались обнести незадачливые воришки. Взяли их с поличным на следующий же день. Пострадавший успел подать подробное заявление.

Когда Алан говорил о работе, сразу становилось ясно, что он бывший детектив. Появлялась сухая деловитость. Что-то в голосе сразу давало понять: он в теме. Компетентность — так сказал бы Гилрой.