Столичный маршрут

— Стратегические способности Форкосигана незаурядны. Нуждается ли он в рекомендациях Генерального штаба для принятия решений, имеющих более политический, нежели военный характер? Я не могу — и это не ложная скромность — обозначить свою ценность в окружении регента. Нужен ли ему еще один штабист-стратег? Надо думать, не слишком, молодой человек. На данном этапе. Не дай бог, если зона конфликта переместится туда, где мой опыт по-настоящему пригодится — в локальное пространство. Да-да, я вижу, вы живо способны это представить. А вот нужен ли Форкосигану компетентный молодой офицер, с головой, полной ценнейших сведений? Думаю, что нужен. И прямо сейчас, и потом.

— К чему вы, сэр? — нахмурился Иллиан. Полная ценнейших сведений голова за последние несколько дней устала от решения задач по выживанию и совершенно отказывалась работать.

— К тому, что вы, коммандер Иллиан, сейчас несколько более ценная фигура, чем я — даже если только в тактической комбинации. Так что еще неизвестно, кому и кого надо охранять и оберегать.

Иллиан едва не фыркнул, представив, как пожилой адмирал изображает при нем телохранителя. Хороша шуточка. Канзиан не спятил, часом? Стоит ли везти Эйрелу такого начальника штаба… или в этом и дело?

— Вы… не намерены уходить? — переспросил он осторожно.

Канзиан, усмехнувшись, покачал головой.

— Не дергайтесь: я действительно хочу покинуть город при первой же возможности. Насколько я пригожусь Регенту, решать ему. Но это потом. — Он хлопнул ладонью по колену. — Я пойду с вами, Саймон, но, не поверите, на моих условиях. Я уже старик, за всю жизнь у меня накопилось много дурных привычек. Не потерплю, если вы решите самоотверженно меня спасать и командовать мною ради моего же блага. В конце концов, вы меня младше на сколько… на пять званий? Вы не телохранитель, а я — не ваш объект, и меня не нужно по вашему эсбэшному обыкновению оберегать от каждого комариного писка. Вот если вы согласны быть моим компаньоном — я попрошу Эйса принести нам чаю, и мы сядем вместе обдумывать план побега.

— То есть мне и надеяться не стоит на исполнение заветной мечты любого младшего офицера — положить трехзвездочного адмирала лицом в грязь? — Иллиан с трудом скрыл оторопь. Компаньон? Вот как?

— Только если вы плюхнетесь рядом на полфута глубже. Соглашайтесь, Иллиан, не кокетничайте. Я постараюсь быть необременительным спутником: у меня хватит ума признавать и ваши знания, и те ограничения, что налагает на меня возраст, — он подумал и с подкупающей честностью добавил: — Ну, может, забудусь и рявкну на вас разок за непочтительность, но надутым снобом все-таки постараюсь не быть.

— Ладно, — сдался Иллиан. Он пока не точно представлял, как это — в критической обстановке командовать, соблюдая почтительность, но Канзиан дураком не был, а его боевой опыт был пожалуй, вдвое больше, чем у самого Саймона. Неплохо для разнообразия — это вам не лихач Ченко. Поглядим, что выйдет. — Можно мне чаю?

Чай был вкусным и крепким, так что изголодавшегося по хорошему напитку и хорошему собеседнику Саймона понемногу отпустило. Под конец, дирижируя для выразительности галетой, он уже излагал адмиралу перспективы развертывания агентурной сети в столице и поэтапного исполнения директив внешней разведки — потому что цеты же не дремлют, слетятся на мятеж, как мухи на мед… Канзиан лишь одобрительно кивал, комментируя те или иные стратегические пассажи, рисовал на салфетке схемы планетарной обороны и своевременно подливал обоим какого-то особого бальзама из сержантских запасов, черного и горючего, как нефть. Чаепитие вышло почти умильным, не хватало только варенья. Но после третьей рюмки Иллиан чуть было не вывихнул челюсть в зевке, своевременно извинился и ушел спать.

— … Мы разобрались с вашими кошмарами, сэр! — лейтенант медицинской службы Гаммельн, которого Иллиан хорошо помнил по штаб-квартире, смотрел на него сочувственно над высоким бортиком медицинской койки. — Это цетагандийский психо-вирус.

— Вирус? — Иллиан поднял голову от подушки и уронил ее снова: все тело было словно ватным, шевелиться не хотелось, потолок плыл.

— Да, сэр, они заразили этим вирусом всю штаб-квартиру перед переворотом. Фордариан брал цетагандийские деньги, теперь это известно точно.

— Как… это стало известно?

— Мы получили доступ к секретным цетагандийским записям. Все планы и материалы, которые они на это потратили, вся их сеть в столице…

Гаммельн повернулся к нему спиной, продолжая говорить, и угрожающе зазвенел чем-то невидимым на медицинском столике. Ценой невероятного напряжения Иллиану удалось приподняться с подушек. Тогда он и увидел: Гаммельн был в хирургическом халате, который завязывался на спине, и из-под завязок этого халата таращился на Иллиана любопытный серовато-желтый кошачий глаз. Глаз подмигнул, завязочки внезапно разошлись и кот, облизываясь, спрыгнул на пол, а выеденная изнутри оболочка Гаммельна шлепнулась рядом.