Воскресный день начинался прекрасным солнечным утром. Пётр Сидоркин спешил на свидание к своей новой любовнице. Уже у входа в метро он задумался: выключил ли утюг, которым гладил выходные брюки перед выходом из дома. Пришлось Сидоркину вернуться назад.
4 мин, 4 сек 13197
У двери квартиры выяснилось, что он потерял ключи. Дверь у него железная, сейфовая. Значит, без помощи МЧС не обойтись. К тому же оказалось, что он забыл дома и мобильник, оставил его на подзарядке.
Делать было нечего, пришлось Петру побеспокоить соседей. Сосед Василий Малкин был дома. Он, узнав о беде Сидоркина, сказал:
— Обойдёмся без МЧС. Нам поможет Толян из восемнадцатой квартиры. Это сейчас он бизнесмен и владелец мастерской металлоизделий, а в прошлом он был вором-домушником. Он вскроет твой замок за пару секунд.
Они направились в соседний подъезд. Навстречу им попалась старуха Изергина. Она грелась на солнышке и собирала сплетни. Она поинтересовалась, куда мужики так спешат. Василий ответил, что они идут к Толяну из восемнадцатой квартиры за помощью потому, что Сидоркин дома оставил включённым утюг, а в дом попасть не может, так как потерял ключи.
Обеспокоенная возможным пожаром, старуха присоединилась к ним, а тут ещё подвернулись старик Тутуев из третьей квартиры и беременная Валька из тридцать первой. А за ними — дамочка, недавно вселившаяся в двадцатую квартиру, и пившие пиво на скамейке у подъезда братья Ошмёткины из тринадцатой.
Все они столпились перед восемнадцатой квартирой. Василий позвонил. Дверь открыл Толян. Полщеки у него были в мыльной пене, полщеки выбриты.
Увидев толпу соседей, он изумлённо спросил:
— Что случилось?
Василий объяснил ему ситуацию. Толян невозмутимо поинтересовался:
— А причём тут я?
— Как причём? — возмутилась его невозмутимостью старуха Изергина. — Ты же специалист лазить по чужим квартирам.
Толян оскорбился такими её словами и толкнул старуху в грудь. Изергина не удержалась на ногах и покатилась по лестнице.
И вот: старуха, пересчитав рёбрами ступени, бездыханно легла со свёрнутой шеей.
— Кажется, старушке писец, — констатировал один из Ошмёткиных.
— Я не хотел, — побледнев, сказал Толян.
— Нужно вызвать «скорую», — сказала дамочка из двадцатой квартиры.
— И полицию, — добавил старик Тутуев.
— Скажите, что она сама, — попросил Толян собравшихся, — оступилась и упала.
— Я врать не буду, — ответил старик Тутуев. — Я человек честный, был членом КПСС.
— Чистосердечное признание — смягчит приговор, — проговорил один из братьев Ошмёткиных.
Толян обижено хлопнул дверью перед носом собравшихся.
Дамочка из двадцатой квартиры предложила позвонить от неё. Телефон у неё стоял в передней. Старик Тутуев набрал номер «02» и вызвал полицию.
— Человека убили, — пояснил он в трубку и назвал адрес.
Полицейские обещали выехать, а дамочка предложила:
— Господа, я недавно переехала в ваш дом и предлагаю воспользоваться паузой, пока мы ждём полицию, выпить за наше знакомство. Зовут меня Кристина.
Она пригласила всех в комнату, скоренько накрыла стол, поставила две бутылки — водку и портвейн.
Никто из господ соседей не отказался выпить. Вскоре обе бутылки опустели. Кристина по глазам гостей поняла, что им этого маловато, даже беременной Вальке, и поставила ещё две из запасённых к новоселью.
— Может, споём, товарищи — предложил Тутуев и первый же затянул:
— Я люблю тебя жизнь…
Песня хорошая, душеподъемлющая, поэтому все с удовольствием подхватили её.
— Я люблю тебя снова и снова…
Потом Василий подхватил Кристину и стал с нею отплясывать. К этому времени уже выяснилось, что она недавно развелась, поэтому Василий крепко прижимался к её грудям и даже пытался поцеловать в пухлые губки. Кристина смеялась и не давалась:
— Не сейчас, дорогой.
Не успели они дотанцевать, как в квартиру влетела жена Василия Тома. Увидев мужа, обтирающегося об Кристину, она оттолкнула его и принялась рвать волосы на соблазнительнице и душить «проклятущую стерву». Тутуев попытался оторвать Тому от визжащей Кристины, но получил пяткой по мудям и скорчился на полу с воем:
— Зачем по кокам?! Она разбила мне коки…
За Тому ухватился старший Ошмёткин, рванул за воротник блузки. Пуговички разлетелись в разные стороны, а из блузки вывалились Томины арбузы.
Тома отпустила Кристину, повернулась арбузами к оторопевшему охальнику. Василий, увидев такое надругательство над родной супругой, огрел Ошмёткина бутылкой по голове. У того глаза съехались навечно на переносице.
Не успел Василий восторжествовать, как Ошмёткин №2 схватил стул и опустил его на голову братова обидчика. Прямые ноги Василия согнулись, и он опустился на пол полежать.
Разъярённая Тома схватила Ошмёткина №2, рванула на себя и оторвала тому ногу. Ошмёткин № 2 заплакал и тоже упал на пол.
Беременная Валентина легла животом кверху и нечеловеческим голосом закричала:
— Я сейчас буду рожать! Вызывайте «скорую»!
Сидоркин кинулся к телефону.
В это время в квартиру вошли двое полицейских и спросили остолбеневшую Кристину:
— Где труп?
— Т-т-там, — ответила она, показав на входную дверь.
Сидоркин удивился: как это полицейские, поднимаясь по лестнице, не заметили лежащую со свёрнутой шеей старуху Изергину? Он вышел на лестничную площадку. Трупа старухи на ступеньках не было.
Делать было нечего, пришлось Петру побеспокоить соседей. Сосед Василий Малкин был дома. Он, узнав о беде Сидоркина, сказал:
— Обойдёмся без МЧС. Нам поможет Толян из восемнадцатой квартиры. Это сейчас он бизнесмен и владелец мастерской металлоизделий, а в прошлом он был вором-домушником. Он вскроет твой замок за пару секунд.
Они направились в соседний подъезд. Навстречу им попалась старуха Изергина. Она грелась на солнышке и собирала сплетни. Она поинтересовалась, куда мужики так спешат. Василий ответил, что они идут к Толяну из восемнадцатой квартиры за помощью потому, что Сидоркин дома оставил включённым утюг, а в дом попасть не может, так как потерял ключи.
Обеспокоенная возможным пожаром, старуха присоединилась к ним, а тут ещё подвернулись старик Тутуев из третьей квартиры и беременная Валька из тридцать первой. А за ними — дамочка, недавно вселившаяся в двадцатую квартиру, и пившие пиво на скамейке у подъезда братья Ошмёткины из тринадцатой.
Все они столпились перед восемнадцатой квартирой. Василий позвонил. Дверь открыл Толян. Полщеки у него были в мыльной пене, полщеки выбриты.
Увидев толпу соседей, он изумлённо спросил:
— Что случилось?
Василий объяснил ему ситуацию. Толян невозмутимо поинтересовался:
— А причём тут я?
— Как причём? — возмутилась его невозмутимостью старуха Изергина. — Ты же специалист лазить по чужим квартирам.
Толян оскорбился такими её словами и толкнул старуху в грудь. Изергина не удержалась на ногах и покатилась по лестнице.
И вот: старуха, пересчитав рёбрами ступени, бездыханно легла со свёрнутой шеей.
— Кажется, старушке писец, — констатировал один из Ошмёткиных.
— Я не хотел, — побледнев, сказал Толян.
— Нужно вызвать «скорую», — сказала дамочка из двадцатой квартиры.
— И полицию, — добавил старик Тутуев.
— Скажите, что она сама, — попросил Толян собравшихся, — оступилась и упала.
— Я врать не буду, — ответил старик Тутуев. — Я человек честный, был членом КПСС.
— Чистосердечное признание — смягчит приговор, — проговорил один из братьев Ошмёткиных.
Толян обижено хлопнул дверью перед носом собравшихся.
Дамочка из двадцатой квартиры предложила позвонить от неё. Телефон у неё стоял в передней. Старик Тутуев набрал номер «02» и вызвал полицию.
— Человека убили, — пояснил он в трубку и назвал адрес.
Полицейские обещали выехать, а дамочка предложила:
— Господа, я недавно переехала в ваш дом и предлагаю воспользоваться паузой, пока мы ждём полицию, выпить за наше знакомство. Зовут меня Кристина.
Она пригласила всех в комнату, скоренько накрыла стол, поставила две бутылки — водку и портвейн.
Никто из господ соседей не отказался выпить. Вскоре обе бутылки опустели. Кристина по глазам гостей поняла, что им этого маловато, даже беременной Вальке, и поставила ещё две из запасённых к новоселью.
— Может, споём, товарищи — предложил Тутуев и первый же затянул:
— Я люблю тебя жизнь…
Песня хорошая, душеподъемлющая, поэтому все с удовольствием подхватили её.
— Я люблю тебя снова и снова…
Потом Василий подхватил Кристину и стал с нею отплясывать. К этому времени уже выяснилось, что она недавно развелась, поэтому Василий крепко прижимался к её грудям и даже пытался поцеловать в пухлые губки. Кристина смеялась и не давалась:
— Не сейчас, дорогой.
Не успели они дотанцевать, как в квартиру влетела жена Василия Тома. Увидев мужа, обтирающегося об Кристину, она оттолкнула его и принялась рвать волосы на соблазнительнице и душить «проклятущую стерву». Тутуев попытался оторвать Тому от визжащей Кристины, но получил пяткой по мудям и скорчился на полу с воем:
— Зачем по кокам?! Она разбила мне коки…
За Тому ухватился старший Ошмёткин, рванул за воротник блузки. Пуговички разлетелись в разные стороны, а из блузки вывалились Томины арбузы.
Тома отпустила Кристину, повернулась арбузами к оторопевшему охальнику. Василий, увидев такое надругательство над родной супругой, огрел Ошмёткина бутылкой по голове. У того глаза съехались навечно на переносице.
Не успел Василий восторжествовать, как Ошмёткин №2 схватил стул и опустил его на голову братова обидчика. Прямые ноги Василия согнулись, и он опустился на пол полежать.
Разъярённая Тома схватила Ошмёткина №2, рванула на себя и оторвала тому ногу. Ошмёткин № 2 заплакал и тоже упал на пол.
Беременная Валентина легла животом кверху и нечеловеческим голосом закричала:
— Я сейчас буду рожать! Вызывайте «скорую»!
Сидоркин кинулся к телефону.
В это время в квартиру вошли двое полицейских и спросили остолбеневшую Кристину:
— Где труп?
— Т-т-там, — ответила она, показав на входную дверь.
Сидоркин удивился: как это полицейские, поднимаясь по лестнице, не заметили лежащую со свёрнутой шеей старуху Изергину? Он вышел на лестничную площадку. Трупа старухи на ступеньках не было.
Страница 1 из 2
