Наше сознание — хрупкая вещь. От полного погружения в бред до адекватности — пропасть, в обратном направлении — один шаг. Уверен ли каждый человек, что является здоровым? Синдромы, как и люди, бывают совершенно разными, кроме того, не так-то просто определить, где заканчивается страх и начинается синдром.
10 мин, 11 сек 1429
Опасность Стокгольмского синдрома заключается в том, что заложник действует против собственных интересов, например, мешает своему освобождению. Известны случаи, когда во время антитеррористической операции заложники предупреждали террористов о появлении группы захвата и даже заслоняли террориста своим телом. Как правило, синдром проходит после того, как террористы убивают первого заложника.
Психологический механизм серьезного шокового состояния изменения сознания человека состоит в том, что сначала действует защитный механизм, зачастую основанный на неосознанной идее, что преступник не будет вредить жертве, если действия будут совместными и положительно восприниматься. Пленник практически искренне старается добиться покровительства захватчика. Позднее, в условиях полной физической зависимости от агрессивно настроенного террориста заложники боятся штурма здания и насильственной операции властей по их освобождению больше, чем угроз террористов.
Психологический механизм такого поведения понятен — в условиях изоляции и полной зависимости от авторитета человек начинает перед этим авторитетом заискивать и пытается толковать его действия в свою пользу. Это, если, хотите, частный вариант всенародной любви к «сильной руке».
Психологический механизм серьезного шокового состояния изменения сознания человека состоит в том, что сначала действует защитный механизм, зачастую основанный на неосознанной идее, что преступник не будет вредить жертве, если действия будут совместными и положительно восприниматься. Пленник практически искренне старается добиться покровительства захватчика. Позднее, в условиях полной физической зависимости от агрессивно настроенного террориста заложники боятся штурма здания и насильственной операции властей по их освобождению больше, чем угроз террористов.
Психологический механизм такого поведения понятен — в условиях изоляции и полной зависимости от авторитета человек начинает перед этим авторитетом заискивать и пытается толковать его действия в свою пользу. Это, если, хотите, частный вариант всенародной любви к «сильной руке».
Страница 4 из 4
