— А вот здесь, собственно и спрятан реактор… Правда, очень хитро продумано? Я со вздохом закатил глаза к потолку…
67 мин, 36 сек 16583
Педофил от боли выпучил глаза и открыл рот, пытаясь не то заорать, не то вдохнуть. Я не стал интересоваться, что именно он хотел сделать. Из положения лёжа послал тело в полёт и заехал левой ногой в особую точку за ухом. Грузная туша мешком повалилась на пол, чуть не придавив меня своим весом.
Я сходил в ванную, тщательно вымыл руки с мылом, потом пошарил по квартире, нашёл телефон. Набрал номер.
— Вас слушает…
— Срочно свяжите меня с Портным, — нетерпеливо перебил я.
— Инкогнито?
— СРОЧНО! — громко рявкаю.
— Соединяю…
— Инк? — раздался удивлённый голос хозяина.
— Я взял этого педофила…
— Сам?
— Да, — морщусь, дотрагиваясь до шипастого ошейника, до крови распоровшего кожу. Она и сейчас течёт, медленно и тягуче, но скоро остановится. — Он «глушитель», так что не получилось вызвать подкрепление…
— Инк, что у тебя с голосом?
— Никогда, никогда, никогда больше не заставляйте меня в этом участвовать!
— Инк?!
Я прикусил губу и бросил трубку.
Я не знаю, как девочки меня нашли. Наверное, по пеленгу телефона, не знаю… Я всё это время просидел в углу, сжавшись в компактный комок.
— Инк, что с тобой? — раздался над ухом голос Валькирии.
— Ох, Кира… — Я крепко вцепился в её одежду и просто разрыдался, как действительно маленький мальчик.
— Что он с тобой сделал?!
— Ничего, он не успел… — всхлипываю, утыкаясь лицом в подмышку женщины. — Если бы успел, мы бы с тобой не разговаривали… Я бы просто сдох, несмотря ни на какие запреты…
— Бедный мальчик… — вздохнула она, гладя меня по голове.
Я всхлипнул ещё раз.
В конце концов, за девяносто семь лет безукоризненной службы я имею право на банальную истерику?
В бегах
— Вот он!
Сканирую окружающее пространство. Слева.
Кидаюсь вправо, прыжок, с трудом зацепляюсь когтями за подоконник, подтягиваюсь, снова прыжок… Таким макаром запрыгиваю на крышу пятиэтажки. Залечиваю повреждения от шипов и без сил падаю, вернувшись в человеческий облик.
Ошейник моментально перестаёт награждать меня возрастающим напряжением и повисает простым украшением, убрав шипы.
Сворачиваюсь в позу эмбриона, обнимая колени и считая секунды.
Вот сейчас они должны уже подойти к зданию.
Глубоко вздыхаю, как перед прыжком в пропасть, и снова трансформируюсь.
Ошейник моментально переходит в карающую позицию, награждая пока ещё терпимым разрядом и раня шею. Коротко рыкаю и перепрыгиваю на соседнюю крышу. Ещё часа полтора я продержусь, пока ток не станет слишком мощным, чтобы продолжать движение. Второй прыжок. Тогда надо будет снова хотя бы на пару секунд перестать нарушать запрет…
— Вижу его!
Опять нашли… Сколько они меня уже гоняют по этим улицам?
Во время очередного прыжка на стену дома ошейник планово повысил напряжение. Я про это как-то забыл и от неожиданности на секунду потерял концентрацию. Бега по вертикальной поверхности не получилось, и я с громким мявком рухнул на асфальт с высоты третьего этажа. Залечил сломанную лапу и пожженные электричеством внутренности. Поднялся, тряся головой.
Кажется, время для перерыва.
Две трансформации подряд, и напряжение падает до терпимого. Хорошоооо… Можно бежать дальше.
Блин, загоняют, гады… Все выходы перекрыли, а нападать на них я не могу… Приказ второго хозяина никто не отменял. Корячиться от боли как-то неохота.
Очередной заслон прямо на пути. Резко притормаживаю всеми лапами, останавливаясь в считанных метрах.
— Транквилизатор! Быстрее!
Разворачиваюсь, чтобы рвануть в сторону, и чувствую укол в спину. Попали-таки своим шприцом, заразы!
Раз за разом очищаю кровь, но отрава поступает вновь и вновь. Пока я валандался, в меня запульнули ещё четыре шприца.
После чего я понял, какой же я придурок, и, перепрыгнув через головы ловцов, скрылся в лабиринте подворотен и приводя организм в относительный порядок.
К моменту отдыха я как раз сумел ликвидировать последствия отравления снотворным.
Как же спать хочется…
Эти прятки в городе длятся уже больше суток… Я скоро банально упаду, и берите меня тёпленьким… Не хочу.
Не хочу снова выполнять приказы… Но одновременно с этим не могу противиться воле хозяина… Вывод один — держаться от хозяина как можно дальше, чтобы он свою волю не мог изъявить.
Только вот хозяин оказался не согласен… И отправил погоню.
Спать хочу…
Вроде бы удалось оторваться… Спааааать…
Я просканировал окружающее пространство, зарылся поглубже в сваленные кучей старые тряпки, которые кто-то поленился донести до мусорки, прекратил провоцировать ошейник и мгновенно отрубился.
Шум… Кто-то идёт… Опасность!
Тело само переходит в боевой режим и бросается вперёд, подстёгнутое ударом тока. И только через секунду я вижу, кого атакую. Нет-нет-нет! Не атакую! Нееет!
Отклонить траекторию прыжка не успеваю… Остаётся только…
Превращаюсь в человека и уже в таком виде врезаюсь в Валькирию.
Всё… Добегался…
— Инк, нашёлся, — облегчённо вздохнула женщина, поднявшись на ноги и крепко держа меня за ошейник, чтобы не сбежал. — Пойдём домой, Портной места себе не находит…
— Подчиняюсь…
Я сходил в ванную, тщательно вымыл руки с мылом, потом пошарил по квартире, нашёл телефон. Набрал номер.
— Вас слушает…
— Срочно свяжите меня с Портным, — нетерпеливо перебил я.
— Инкогнито?
— СРОЧНО! — громко рявкаю.
— Соединяю…
— Инк? — раздался удивлённый голос хозяина.
— Я взял этого педофила…
— Сам?
— Да, — морщусь, дотрагиваясь до шипастого ошейника, до крови распоровшего кожу. Она и сейчас течёт, медленно и тягуче, но скоро остановится. — Он «глушитель», так что не получилось вызвать подкрепление…
— Инк, что у тебя с голосом?
— Никогда, никогда, никогда больше не заставляйте меня в этом участвовать!
— Инк?!
Я прикусил губу и бросил трубку.
Я не знаю, как девочки меня нашли. Наверное, по пеленгу телефона, не знаю… Я всё это время просидел в углу, сжавшись в компактный комок.
— Инк, что с тобой? — раздался над ухом голос Валькирии.
— Ох, Кира… — Я крепко вцепился в её одежду и просто разрыдался, как действительно маленький мальчик.
— Что он с тобой сделал?!
— Ничего, он не успел… — всхлипываю, утыкаясь лицом в подмышку женщины. — Если бы успел, мы бы с тобой не разговаривали… Я бы просто сдох, несмотря ни на какие запреты…
— Бедный мальчик… — вздохнула она, гладя меня по голове.
Я всхлипнул ещё раз.
В конце концов, за девяносто семь лет безукоризненной службы я имею право на банальную истерику?
В бегах
— Вот он!
Сканирую окружающее пространство. Слева.
Кидаюсь вправо, прыжок, с трудом зацепляюсь когтями за подоконник, подтягиваюсь, снова прыжок… Таким макаром запрыгиваю на крышу пятиэтажки. Залечиваю повреждения от шипов и без сил падаю, вернувшись в человеческий облик.
Ошейник моментально перестаёт награждать меня возрастающим напряжением и повисает простым украшением, убрав шипы.
Сворачиваюсь в позу эмбриона, обнимая колени и считая секунды.
Вот сейчас они должны уже подойти к зданию.
Глубоко вздыхаю, как перед прыжком в пропасть, и снова трансформируюсь.
Ошейник моментально переходит в карающую позицию, награждая пока ещё терпимым разрядом и раня шею. Коротко рыкаю и перепрыгиваю на соседнюю крышу. Ещё часа полтора я продержусь, пока ток не станет слишком мощным, чтобы продолжать движение. Второй прыжок. Тогда надо будет снова хотя бы на пару секунд перестать нарушать запрет…
— Вижу его!
Опять нашли… Сколько они меня уже гоняют по этим улицам?
Во время очередного прыжка на стену дома ошейник планово повысил напряжение. Я про это как-то забыл и от неожиданности на секунду потерял концентрацию. Бега по вертикальной поверхности не получилось, и я с громким мявком рухнул на асфальт с высоты третьего этажа. Залечил сломанную лапу и пожженные электричеством внутренности. Поднялся, тряся головой.
Кажется, время для перерыва.
Две трансформации подряд, и напряжение падает до терпимого. Хорошоооо… Можно бежать дальше.
Блин, загоняют, гады… Все выходы перекрыли, а нападать на них я не могу… Приказ второго хозяина никто не отменял. Корячиться от боли как-то неохота.
Очередной заслон прямо на пути. Резко притормаживаю всеми лапами, останавливаясь в считанных метрах.
— Транквилизатор! Быстрее!
Разворачиваюсь, чтобы рвануть в сторону, и чувствую укол в спину. Попали-таки своим шприцом, заразы!
Раз за разом очищаю кровь, но отрава поступает вновь и вновь. Пока я валандался, в меня запульнули ещё четыре шприца.
После чего я понял, какой же я придурок, и, перепрыгнув через головы ловцов, скрылся в лабиринте подворотен и приводя организм в относительный порядок.
К моменту отдыха я как раз сумел ликвидировать последствия отравления снотворным.
Как же спать хочется…
Эти прятки в городе длятся уже больше суток… Я скоро банально упаду, и берите меня тёпленьким… Не хочу.
Не хочу снова выполнять приказы… Но одновременно с этим не могу противиться воле хозяина… Вывод один — держаться от хозяина как можно дальше, чтобы он свою волю не мог изъявить.
Только вот хозяин оказался не согласен… И отправил погоню.
Спать хочу…
Вроде бы удалось оторваться… Спааааать…
Я просканировал окружающее пространство, зарылся поглубже в сваленные кучей старые тряпки, которые кто-то поленился донести до мусорки, прекратил провоцировать ошейник и мгновенно отрубился.
Шум… Кто-то идёт… Опасность!
Тело само переходит в боевой режим и бросается вперёд, подстёгнутое ударом тока. И только через секунду я вижу, кого атакую. Нет-нет-нет! Не атакую! Нееет!
Отклонить траекторию прыжка не успеваю… Остаётся только…
Превращаюсь в человека и уже в таком виде врезаюсь в Валькирию.
Всё… Добегался…
— Инк, нашёлся, — облегчённо вздохнула женщина, поднявшись на ноги и крепко держа меня за ошейник, чтобы не сбежал. — Пойдём домой, Портной места себе не находит…
— Подчиняюсь…
Страница 6 из 19
