Мифы окружают нас с самого детства. Под видом сказки проникают в детское сознание, чтобы остаться там на долгие годы, а иногда и навсегда — на всю человеческую жизнь. И неправда, что сегодня мифы больше не рождаются, что это привилегия седой античности или, по крайней мере, средневековья. Ничего подобного. Герои, боги, сверхъестественные существа, чудесные явления и события окружают нас и сегодня — надо только научиться их замечать и слышать. Вот тогда даже в самой привычной повседневности нежданно-негаданно может родиться сказание о деяниях и подвигах тех, кого многие считают выдуманными.
144 мин, 25 сек 6732
— Не просто знакомое! У меня такое чувство, что я, наконец, дома!
— Так ты и есть — дома. Если хорошенько поискать, так и твой дом можно будет найти. Этот Город — место, где ты провела многие из твоих снов, Катя. И наверняка многое здесь создала своей фантазией и мечтами. Я же тебе говорил, что в этом Мире есть все! А в устройстве этого Города собрались самые лучшие, светлые надежды и мечты многих поколений людей — его зодчих.
— Вася, а кто эта Древняя Мать, к которой мы идем спрашивать о Мастере?
— Она — сама Мудрость — Божественная София. Сколько народу искало к ней дорогу — профаны, чтобы задать свои вопросики, а мудрецы — Вопросы! Она все знает и не с каждым говорит. Но в ее всезнании и самая большая проблема общения с ней — часто ее слова непонятны и более мудрым, чем я.
— Если я тебя правильно поняла, так ее искали многие, а нашли — единицы. Так почему ты думаешь, что она вдруг нас так запросто к себе пустит? И мы тоже будем красавцами — «Вот, мол, мы пришли! Скажи-ка нам, Соня — где Мастер?»
— Ну, ты даешь! — уставился на нее удивленный Василид. — Только не говори, что богохульству этому ты от меня научилась! Тебе — по должности не положено, — ухмыльнулся он.
— И все-таки, Василид.
— И все-таки, — в тон Катерине, ответил он, — ты так до конца и не понимаешь, кто и что ты теперь! Таких, как ты, — всего двое на этой планете — ты да Мастер. Вы единственные, кто соприкоснулся с тем, о чем на многих планах, если и говорят, так шепотом, — с Огнем Предвечной Мудрости. Хотя, глядя на тебя, я иногда сомневаюсь в его положительном эффекте… Эй, Страж, пора уже знать, кто ты есть! — и, видя, что Катерина готова разреветься от огорчения, добавил: — Ну, и, кроме того, я тоже далеко не последний маг. Так что с пропуском к Древней Матери у нас проблем не будет…
Внезапно, вокруг началась суматоха — горожане в панике бежали от чего-то в дальнем конце площади, где раздавался шум и крики. Некоторые исчезали и таяли прямо у них на глазах, возвращаясь в плотный Мир. Наконец площадь очистилась, и перед Катериной предстало страшное зрелище: по площади шла уже немолодая женщина с завязанными глазами. В обеих руках у нее были огненные мечи, которыми она размахивала перед собой. Женщина безумолку кричала:
— Я слепая! Я не вижу!
На ее плечах сидело маленькое мерзкое существо с огромными жирными ушами. Его голая кожа лоснилась от покрывавшей ее слизи. Существо, как поводьями, управляло женщиной концами повязки на глазах, непрестанно колотило ее своими острыми пятками, направляя в саму гущу толпы. Длинный хвост существа, спускаясь по спине женщины, волочился за ними по земле, оставляя за собой грязный след. А на хвосте и позади них суетилось и скакало множество подобных существ, только значительно меньших, и поэтому издали напоминавших пиявок. Как только падала новая жертва мечей, они стаей набрасывались на тело и рвали его острыми зубами.
— Я слепая! Я не вижу!
Стоны раненых и умирающих, гогот и чавканье пиявок, и само происходящее в этом чудном Городе было для Катерины кощунством. Но больше всего ее поразило спокойное выражение лица женщины и то, что кричала она как-то спокойно, не видя творимого нею. Более того, на лице женщины блуждала самодовольная улыбка. Не понимая, что с нею самою происходит, Катерина ощутила, как ей в руку легла рукоять меча. Он блеснул фиолетовым пламенем, и Катерина уже была готова, взмахнув прекратить этот кошмар, как вдруг почувствовала холодную руку Василида у себя на плече:
— Это не твоя война, Страж, — донесся его голос. — Сейчас все будет кончено.
И тут на площади появилось еще два существа. Сияющие, как огонь, похожие скорее на какое-нибудь животное, они источали жар. Как молнии они метнулись к пиявкам, от которых вскоре остались лишь кучки пепла на узорной мостовой. Женщину с сидящим на ней существом окружили огненным кругом, в котором та и исчезла… А следом исчезли и они.
— Что это было? — спросила Катерина, все еще сжимая в руках меч.
— Довольно грустное явление, — ответил Василид, — магиня, которую оседлала лярва… Ну, лярва — это такое существо, которое живет за счет низменных человеческих эмоций и чувств, — пояснил он, отвечая на немой вопрос. — Точнее, она жрет энергию тех, кто ей это позволяет, ну и всякую падаль заодно… Свою лярву тяжело увидеть, а еще труднее самому себе признаться в реальности ее существования, и тем прекратить ее власть. Грустно же еще и то, что та женщина, похоже, достаточно сильная магиня, раз сумела, не ведая протащить их всех в Город. Как видишь, счастье не всегда в неведении… Ладушки, давай, прячь свой грозный меч и пошли — нас уже ждут.
— Так ты и есть — дома. Если хорошенько поискать, так и твой дом можно будет найти. Этот Город — место, где ты провела многие из твоих снов, Катя. И наверняка многое здесь создала своей фантазией и мечтами. Я же тебе говорил, что в этом Мире есть все! А в устройстве этого Города собрались самые лучшие, светлые надежды и мечты многих поколений людей — его зодчих.
— Вася, а кто эта Древняя Мать, к которой мы идем спрашивать о Мастере?
— Она — сама Мудрость — Божественная София. Сколько народу искало к ней дорогу — профаны, чтобы задать свои вопросики, а мудрецы — Вопросы! Она все знает и не с каждым говорит. Но в ее всезнании и самая большая проблема общения с ней — часто ее слова непонятны и более мудрым, чем я.
— Если я тебя правильно поняла, так ее искали многие, а нашли — единицы. Так почему ты думаешь, что она вдруг нас так запросто к себе пустит? И мы тоже будем красавцами — «Вот, мол, мы пришли! Скажи-ка нам, Соня — где Мастер?»
— Ну, ты даешь! — уставился на нее удивленный Василид. — Только не говори, что богохульству этому ты от меня научилась! Тебе — по должности не положено, — ухмыльнулся он.
— И все-таки, Василид.
— И все-таки, — в тон Катерине, ответил он, — ты так до конца и не понимаешь, кто и что ты теперь! Таких, как ты, — всего двое на этой планете — ты да Мастер. Вы единственные, кто соприкоснулся с тем, о чем на многих планах, если и говорят, так шепотом, — с Огнем Предвечной Мудрости. Хотя, глядя на тебя, я иногда сомневаюсь в его положительном эффекте… Эй, Страж, пора уже знать, кто ты есть! — и, видя, что Катерина готова разреветься от огорчения, добавил: — Ну, и, кроме того, я тоже далеко не последний маг. Так что с пропуском к Древней Матери у нас проблем не будет…
Внезапно, вокруг началась суматоха — горожане в панике бежали от чего-то в дальнем конце площади, где раздавался шум и крики. Некоторые исчезали и таяли прямо у них на глазах, возвращаясь в плотный Мир. Наконец площадь очистилась, и перед Катериной предстало страшное зрелище: по площади шла уже немолодая женщина с завязанными глазами. В обеих руках у нее были огненные мечи, которыми она размахивала перед собой. Женщина безумолку кричала:
— Я слепая! Я не вижу!
На ее плечах сидело маленькое мерзкое существо с огромными жирными ушами. Его голая кожа лоснилась от покрывавшей ее слизи. Существо, как поводьями, управляло женщиной концами повязки на глазах, непрестанно колотило ее своими острыми пятками, направляя в саму гущу толпы. Длинный хвост существа, спускаясь по спине женщины, волочился за ними по земле, оставляя за собой грязный след. А на хвосте и позади них суетилось и скакало множество подобных существ, только значительно меньших, и поэтому издали напоминавших пиявок. Как только падала новая жертва мечей, они стаей набрасывались на тело и рвали его острыми зубами.
— Я слепая! Я не вижу!
Стоны раненых и умирающих, гогот и чавканье пиявок, и само происходящее в этом чудном Городе было для Катерины кощунством. Но больше всего ее поразило спокойное выражение лица женщины и то, что кричала она как-то спокойно, не видя творимого нею. Более того, на лице женщины блуждала самодовольная улыбка. Не понимая, что с нею самою происходит, Катерина ощутила, как ей в руку легла рукоять меча. Он блеснул фиолетовым пламенем, и Катерина уже была готова, взмахнув прекратить этот кошмар, как вдруг почувствовала холодную руку Василида у себя на плече:
— Это не твоя война, Страж, — донесся его голос. — Сейчас все будет кончено.
И тут на площади появилось еще два существа. Сияющие, как огонь, похожие скорее на какое-нибудь животное, они источали жар. Как молнии они метнулись к пиявкам, от которых вскоре остались лишь кучки пепла на узорной мостовой. Женщину с сидящим на ней существом окружили огненным кругом, в котором та и исчезла… А следом исчезли и они.
— Что это было? — спросила Катерина, все еще сжимая в руках меч.
— Довольно грустное явление, — ответил Василид, — магиня, которую оседлала лярва… Ну, лярва — это такое существо, которое живет за счет низменных человеческих эмоций и чувств, — пояснил он, отвечая на немой вопрос. — Точнее, она жрет энергию тех, кто ей это позволяет, ну и всякую падаль заодно… Свою лярву тяжело увидеть, а еще труднее самому себе признаться в реальности ее существования, и тем прекратить ее власть. Грустно же еще и то, что та женщина, похоже, достаточно сильная магиня, раз сумела, не ведая протащить их всех в Город. Как видишь, счастье не всегда в неведении… Ладушки, давай, прячь свой грозный меч и пошли — нас уже ждут.
Страница 35 из 41
