Джефф, Безглазый и Бен ставят пьесу. Ну а дальше…
29 мин, 58 сек 897
И они репетировали и репетировали, как одержимые, до отключки. Тщательно выверяли и отрабатывали каждую деталь, каждый жест и каждое слово. Но когда стемнело, и стрелка на часах стала понемногу подползать к семи, их все равно охватило беспокойство. На то было несколько причин: 1) Клокворк все еще не было, а следовательно, и костюмов тоже; 2) Безглазый по-прежнему был мертвецки пьян; 3) Джефф периодически забывал текст; 4) Тоби всех достал своим нытьем; 5) Смайл Дог, к ошейнику которого все-таки прицепили головы Гидры, так и норовил их оторвать; 6) ВСЕ БЫЛО РЕАЛЬНО ФИГОВО. Одним словом, они здорово перенервничали, пока все Крипи стягивались в главный зал и рассаживались на заранее принесенных сюда стульях.
Наконец в зале погас свет, а лучи всех прожекторов устремились на сцену. Марафон спектаклей начался. На сцену торжественно вышел Оффендер, почему-то взявший на себя роль конферансье. Все захлопали, а он элегантно раскланялся и объявил:
— Итак, первыми выступают…
И пошло-поехало. Крипи поочередно покзывали свои спектакли, правда, с разным успехом. Кому-то рукоплескали долго и бурно, кому-то вообще не перепадало аплодисментов. Спустя какое-то время КагеКао взглянул на часы и позвал:
— Эй, Бен!
Ноль реакции. Утопленник нервно грыз свои ногти, не отрывая глаз не входной двери: он напряженно ждал появляения Клокворк с костюмами. Каге пришлось позвать его вторично:
— Бен, ау!
— Ась?
— До нашего выступления осталось полчаса.
— А… Ладно. Ты это… собери всех за кулисами, быстренько слова повторите, а я сейчас вернусь, — пробормотал Бен, а затем вдруг вскочил со своего стула и галопом ринулся по краю зала.
В дверях он столкнулся с Клокворк.
— Дура! Куда ты делась? Мы скоро выступаем, а костюмов все нет и нет! — зашипел Утопленник, выталкивая ее в коридор.
— Захлопни варежку, дебил, — огрызнулась Натали. — Думаешь, шить так легко? Сам попробуй! Боже, какие вы все долбоебы…
Она швырнула в Утопленника ворох каких-то тряпок, развернулась и ушла, раздраженно цедя что-то нелестное в адрес всей Крипипасты. Бен тупо потаращился ей вслед, потом вспомнил о времени и все тем же резвым аллюром кинулся за кулисы, где его уже поджидали Каге, Тоби, Джефф и другие.
— Костюмы есть! — И он вывалил на пол то, что передала ему Клокворк. — Разбирайте!
— Какая гадость, — поморщился Джефф, придирчиво рассматривая свое одеяние. — Мне обязательно в этом играть? Джейн же до конца жизни будет ржать надо мной!
— Да, тебе обязательно в этом играть! И пожалуйста, давайте обойдемся без глупых вопросов! — рявкнул Бен.
Но тут Безглазый, все это время пребывавший в прострации, очнулся и очень серьезным тоном произнес:
— Вы это заметили? Бен впервые в жизни сказал «пожалуйста»!
— Наркологический диспансер по тебе плачет…
Короче, все были взвинчены до предела. И не рады уже были, что ввязались во все это…
Минуты бежали с неумолимой скоростью. В зале, на почетном месте в первом ряду, восседал Слендер и старательно раскрашивал раскраску-антистресс. Остальные Крипи ерзали на своих стульях…
Бен носился за кулисами как угорелый, у него не было ни секунды покоя.
— Поторопись! — рявкнул он, пролетая мимо Кровавого Художника, который возился с декорациями. — Да брось ты дорисовывать это дерево, и так понятно, что подразумевается лес! Набросай там чего-нибудь схематично, не детализируй, у нас времени в обрез! Все равно это на один раз, после спектакля сразу выбрасывать!
Хелен только глянул на него свысока.
— Искусство не может быть схематично, — обронил он и обмакнул кисть в стаканчик с водой. — И оно не терпит суеты.
Но Бен уже не слышал. Он мчался дальше. Надо было проверить прожекторы, убедиться, что весь реквизит под рукой, дать подзатыльник Джеффу, чтобы таким образом заставить его повторить текст, отогнать Салли на безопасное расстояние, зорко следить за Смайлом, который всю дорогу пытался оторвать от ошейника картонные головы Гидры…
Пьяный Безглазый Джек сидел на тумбочке в темном углу, по-турецки скрестив ноги, и казался умиротворенным и безмятежным, как небо в ясную погоду. Расфокусированным взглядом он наблюдал за молниеносными перемещениями Утопленника. Бен перехватил этот взгляд, резко свернул, подошел к Джеку и напрямую сказал:
— Безглазик, ты это… это самое… прости, короче, ладно? Я был неправ. Сложно быть режиссером, правда, сложно. А ты с этим неплохо справлялся. И зачем, зачем мы тебя споили? Ты был классным руководителем.
Каждое слово давалось Бену с таким трудом, что под конец этой пламенной тирады он чувствовал себя совершенно измученным.
Джек полуприкрыл свои черные глаза, и Утопленнику почудилось, что он над ним смеется. Поэтому он добавил:
— Но это не отменяет того, что ты сволочь. Просто учти это.
С этими словами Бен развернулся, поднял руки и крикнул:
— Народ, наш час пробил! Обратного пути нет. Не подведем же… никого! Ур-ра!
— Ура! — подхватил Джефф.
— Ура! — завопил КагеКао.
— Ура, — мрачно произнес Тоби, не разделявший всеобщего энтузиазма. — Ох, не нравится мне это, не нравится… Плохи наши дела…
Наконец в зале погас свет, а лучи всех прожекторов устремились на сцену. Марафон спектаклей начался. На сцену торжественно вышел Оффендер, почему-то взявший на себя роль конферансье. Все захлопали, а он элегантно раскланялся и объявил:
— Итак, первыми выступают…
И пошло-поехало. Крипи поочередно покзывали свои спектакли, правда, с разным успехом. Кому-то рукоплескали долго и бурно, кому-то вообще не перепадало аплодисментов. Спустя какое-то время КагеКао взглянул на часы и позвал:
— Эй, Бен!
Ноль реакции. Утопленник нервно грыз свои ногти, не отрывая глаз не входной двери: он напряженно ждал появляения Клокворк с костюмами. Каге пришлось позвать его вторично:
— Бен, ау!
— Ась?
— До нашего выступления осталось полчаса.
— А… Ладно. Ты это… собери всех за кулисами, быстренько слова повторите, а я сейчас вернусь, — пробормотал Бен, а затем вдруг вскочил со своего стула и галопом ринулся по краю зала.
В дверях он столкнулся с Клокворк.
— Дура! Куда ты делась? Мы скоро выступаем, а костюмов все нет и нет! — зашипел Утопленник, выталкивая ее в коридор.
— Захлопни варежку, дебил, — огрызнулась Натали. — Думаешь, шить так легко? Сам попробуй! Боже, какие вы все долбоебы…
Она швырнула в Утопленника ворох каких-то тряпок, развернулась и ушла, раздраженно цедя что-то нелестное в адрес всей Крипипасты. Бен тупо потаращился ей вслед, потом вспомнил о времени и все тем же резвым аллюром кинулся за кулисы, где его уже поджидали Каге, Тоби, Джефф и другие.
— Костюмы есть! — И он вывалил на пол то, что передала ему Клокворк. — Разбирайте!
— Какая гадость, — поморщился Джефф, придирчиво рассматривая свое одеяние. — Мне обязательно в этом играть? Джейн же до конца жизни будет ржать надо мной!
— Да, тебе обязательно в этом играть! И пожалуйста, давайте обойдемся без глупых вопросов! — рявкнул Бен.
Но тут Безглазый, все это время пребывавший в прострации, очнулся и очень серьезным тоном произнес:
— Вы это заметили? Бен впервые в жизни сказал «пожалуйста»!
— Наркологический диспансер по тебе плачет…
Короче, все были взвинчены до предела. И не рады уже были, что ввязались во все это…
Минуты бежали с неумолимой скоростью. В зале, на почетном месте в первом ряду, восседал Слендер и старательно раскрашивал раскраску-антистресс. Остальные Крипи ерзали на своих стульях…
Бен носился за кулисами как угорелый, у него не было ни секунды покоя.
— Поторопись! — рявкнул он, пролетая мимо Кровавого Художника, который возился с декорациями. — Да брось ты дорисовывать это дерево, и так понятно, что подразумевается лес! Набросай там чего-нибудь схематично, не детализируй, у нас времени в обрез! Все равно это на один раз, после спектакля сразу выбрасывать!
Хелен только глянул на него свысока.
— Искусство не может быть схематично, — обронил он и обмакнул кисть в стаканчик с водой. — И оно не терпит суеты.
Но Бен уже не слышал. Он мчался дальше. Надо было проверить прожекторы, убедиться, что весь реквизит под рукой, дать подзатыльник Джеффу, чтобы таким образом заставить его повторить текст, отогнать Салли на безопасное расстояние, зорко следить за Смайлом, который всю дорогу пытался оторвать от ошейника картонные головы Гидры…
Пьяный Безглазый Джек сидел на тумбочке в темном углу, по-турецки скрестив ноги, и казался умиротворенным и безмятежным, как небо в ясную погоду. Расфокусированным взглядом он наблюдал за молниеносными перемещениями Утопленника. Бен перехватил этот взгляд, резко свернул, подошел к Джеку и напрямую сказал:
— Безглазик, ты это… это самое… прости, короче, ладно? Я был неправ. Сложно быть режиссером, правда, сложно. А ты с этим неплохо справлялся. И зачем, зачем мы тебя споили? Ты был классным руководителем.
Каждое слово давалось Бену с таким трудом, что под конец этой пламенной тирады он чувствовал себя совершенно измученным.
Джек полуприкрыл свои черные глаза, и Утопленнику почудилось, что он над ним смеется. Поэтому он добавил:
— Но это не отменяет того, что ты сволочь. Просто учти это.
С этими словами Бен развернулся, поднял руки и крикнул:
— Народ, наш час пробил! Обратного пути нет. Не подведем же… никого! Ур-ра!
— Ура! — подхватил Джефф.
— Ура! — завопил КагеКао.
— Ура, — мрачно произнес Тоби, не разделявший всеобщего энтузиазма. — Ох, не нравится мне это, не нравится… Плохи наши дела…
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 7 из 9
