Сумрачный лес

Двумя руками потуже затянув на шее найденыша шарфик, шут связал мотающиеся концы и за эту петлю повесил ребенка на одну из толстых веток рядом стоящего дерева. Теперь их лица были наравне. Визг беспомощного малыша стал самой приятной симфонией для слуха. Позже мужчина уже мало что соображал. Большими пальцами рук он стал давить на глаза ребенка, совсем не обращая внимания на то, как он бился в истерике и уже даже не кричал, а выл от боли. Только жестокий убийца оказался неумолим. Кончики пальцев погрузились в глазницы и вскоре по розовым щечкам начало стекать какое-то непонятное месиво. Глаз у ребенка больше не было. Вой превратился в стоны и начал стихать. Схватив шарф и стянув его с небольшим усилием, Сплендор увидел, как ребенок сначала покраснел, потом посинел и вскоре перестал сопротивляться. Его маленькие ладошки больше не держались за шарфик в попытке хоть как-то расслабить и прервать удушье. Ребенок висел на ветке как марионетка, не подавая никаких признаков жизни.

Мужчина осмотрел свой костюм и сорвал с рубашки два красных бубончика. Поддержав голову ребенка, вставил их на место глаз и отступил. Еще раз окинув взглядом содеянное, шут без каких-либо сожалений и угрызений совести пошел в сторону дома, чувствуя лишь облегчение и спокойствие.

А дома в этот момент царила тишина. Слендер лежал, а Айсис сидела с тряпкой и оттирала какое-то маленькое пятнышко на столе. Зачем она это делает? Услышав хлопок входной двери женщина, надеясь на то, что пришел Оффендер хоть с какими-то новостями, вышла в прихожую, но была немного огорчена, увидев Сплендора.

— Где ты был?

— Гулял.

Они направились в гостиную и сели на кресла.

— С тобой все в порядке?

— Да, все в полном порядке, не волнуйся.

— Ты уверен?

— Что ты привязалась? Я уже ответил. Или ты допытываться будешь?

Такая резкость удивила Айсис. Он еще никогда себя так не вел. Какой-то агрессивный, раздражительный. Она решила, что сейчас действительно стоит оставить его в покое и подождать с расспросами. Быть может ему лучше поговорить с братом. Тот сразу поймет, что с ним не так.

Оффендер ходил по лесу, оглядывал сугробы, рассматривал деревья и не мог заприметить ничего существенного. В идеале хотелось найти хоть какие-то зацепки, но он понимал, что не все так просто и Трендера без усилий не найти. Мужчина даже был уверен, что шатается не по той части леса. Почти всю ночь он потратил на бесполезные бродилки и утром вернулся домой. Айсис будто прилипла к дивану, на котором возлежал хозяин всея вокруг. Она настороженно посмотрела на вошедшего мужчину и у того сразу появились подозрения, что не все так гладко. Присев на подлокотник кресла, он уставился на брата и замолчал на несколько минут. Отвлечься заставила дернувшая за рукав женщина.

— Ничего не нашел?

— Нет, никаких зацепок.

— Есть какие-либо догадки?

— Я даже предположить не могу, где они находятся.

— Не сквозь землю же они провалились.

— Да уж надеюсь.

— Я хотела кое о чем с тобой поговорить.

— Что-то случилось?

— Сплендор вернулся.

— Я ж говорил, погуляет и вернется.

— Нет, ты не понял. Он вернулся какой-то странный. Я еще ни разу его таким не видела. Раздраженный, оглядывается, нервничает. Попыталась узнать, в чем дело, так он на меня сорвался.

— Прекрасно.

— Может быть тебе стоит поговорить с ним? В свете последних событий всякое может случиться.

— Где он?

— Вроде бы в свою комнату ушел.

— Хорошо. Как Слендер?

— Как спящая красавица.

— Тебе везет, что он этого не слышит, — засмеялся Оффендер, — а то неизвестно, по каким пакетам были бы разложены твои органы.

— Не шути так, — женщина попыталась унять дрожь в теле.

— А я и не шучу, — он развернулся и с таким же приподнятым настроением направился в спальню брата.

Спальня Сплендора была ярким пятном в доме. Заходивших в нее частенько покидали плохие мысли и на мгновение все становилось намного радужнее, чем было на самом деле. Но в этом могла быть виновата и радуга на стене.

Шут стоял у окна и теребил бубенчик на шапке. Перетаптываясь с ноги на ногу, он пытался хоть немного отвлечься от тех чувств, что потихоньку начинали брать верх. Он убил ребенка. Жестоко убил и оставил маленький трупик висеть там, на морозе. Беспомощный малыш нашел свою смерть в глубине заснувшего леса. Ему было страшно и холодно, он кричал и плакал, но его никто не услышал. Безжалостный убийца довел свое дело до конца столь изощренным способом, не испытав и капли сочувствия. Как только рука поднялась на этого маленького ангелочка с голубыми глазками и пухлыми розовыми щечками?

Эти мысли не покидали голову и заставляли вновь и вновь заниматься самобичеванием. Он еще очень долго будет проклинать себя за такой поступок. Мужчина стал себе просто противен.

Открывшаяся дверь заставила его подпрыгнуть от неожиданности. Вошедший Оффендер медленно пересек помещение и встал у окна рядом с младшим братом.

— Ну, что натворил? — в данный момент он не смотрел на брата, но успел заметить, как тот нервничает, а это могло значить только одно.