Светлые грани тёмной души

Я не видел лица Алексея в этот момент, но думаю, он был сильно напуган. Возможно, он боялся, что я могу передумать, и действительно уйти с Ольгой. Наивный. Если бы всё было так просто.

Не сводя с меня глаз, Кайнын два раза хлопнул в огромные ладоши, и из белого вихря появилась та, которую я безнадежно любил. Ольга стояла, закутанная в звериную шкуру. Она была очень бледна, и я видел, что у нее почти нет сил, чтобы даже стоять. Увидев меня, она издала тихий стон, а в прекрасных глазах вспыхнуло удивление и смятение. Где-то внутри на мое сердце рассыпали горячие угли, которые обжигали, превращая душу в пепел.

— Ольга… — глухо прошептал я — Это в самом деле ты?… Она сделала навстречу несколько робких шагов, а потом быстро побежала, утопая ногами в снегу. Я подхватил ее в тот момент, когда она чуть не упала от слабости.

— Михаил… Я думала, что никогда тебя не увижу… Боже… Какое счастье, что ты здесь… Я не могу без тебя… Слова, как ножом, полосонули по сердцу.

— Любимая — судорожно зашептал я, покрывая ее лицо поцелуями, и отчаянно прижимая к себе в последний раз — Всё хорошо. Помни, я всегда буду любить тебя. Ты самое лучшее, что дала мне ненавистная жизнь… Я люблю тебя!

Она смотрела полными слез глазами, словно понимая, что я с ней прощаюсь. И я не мог больше выносить ее близости, нежного прикосновения и тепла… — Прошу, иди к Алексею. Он мой друг и поможет тебе.

Я склонился к ее уху, пытаясь прошептать всего одно слово, которое застряло у меня в горле, и которое не мог произнести. Но времени не было. Оно неумолимо заканчивалось для нас, и я должен был его сказать… — Прощай… — прошептал я, чувствуя, как стало больно смотреть от предательских слез на глазах — Вспоминай обо мне… иногда… И прежде, чем она осознала смысл сказанных слов, я резко оттолкнул ее в сторону, с огромной скоростью ринувшись на шамана. Я даже не сразу заметил, что он почти вплотную подошел к Алексею, пока я был в объятиях Ольги. Похоже, он в самом деле подумал, что я уйду с ней навсегда.

Мой мощный удар сзади по голове стал для него неожиданностью. Кайнын взревел от ярости, сбрасывая меня в снег, как надоедливого клеща.

— Что?! Ты решил меня обмануть?! Тогда смотри, как я сейчас расправлюсь с твоей девчонкой, дружком, а потом и с тобой!

И со всей силы, он резко обернулся, направляясь к перепуганной Ольге. Только он забыл, что я мог это предусмотреть. Схватив одну из огромных палок, я со всей силы ударил его по спине, и тут же понял, что не ошибся. От ярости и раздираемого гнева, Кайнын обезумел, снова бросившись на меня. Его кулаки, как огромные молоты, наносили мне удары, от которых я с трудом уворачивался. Алексей время от времени подкидывал мне заготовленные дубины и камни, которые я ловил на лету, и с упорством обреченного на смерть, яростно атаковал шамана. Мы схватились с ним в безумном бою, где не останется победителя. Но именно сейчас я отчаянно дрался, как никогда в жизни. Иногда краем взгляда я видел, как Ольга заворожено смотрит за нами, и Алексей пытается отвести ее в сторону, чтобы она не оказалась на нашем пути. И это придавало мне силы, даже когда я был придавлен к земле тушей шамана, который наносил мне беспощадные удары кулаками, разбивая тело в кровь.

Минуты остановились, как в замедленном вихре. Мелькали кулаки, бревна, палки, камни. Мы били друг друга без разбора, и у каждого в руке время от времени появлялось то, что рассекало плоть на куски, не давая ей восстановиться. Весь снег был в нашей крови, но ее должно быть больше, и я не на миг не забывал об этом. И вот, когда Кайнын изрядно ослаб, и я смог повалить его на землю, продолжая наносить удары по лицу, я понял, что время пришло. У меня тоже почти не осталось сил, и я боялся, что могу упустить роковой момент.

— Давай!!! — из последних сил закричал я Алексею, искренне надеясь, что у него хватит мужества и сил довести дело до конца.

Но он не торопился. Он медлил, как я и подозревал.

— Давай!!! — снова закричал я, понимая, что еще миг, и Кайнын вырвется — Ты обещал!!!

Быстро подняв голову, я увидел, что друг в нерешительности замер в нескольких метрах, уже нацелив копьё в мою грудь. Но он не мог. Он струсил, и я готов был лично убить его за это. Я снова закричал ему, что он просто не имеет права сдаться, и он дал слово, которое свято. И на этот раз во взгляде его карих глаз, я обнаружил решимость. Он колебался еще секунду. Еще секунду моей жизни. Последнюю, когда я дышал.

Копьё со свистом прорезало морозный воздух, попав в цель. Грудь словно разорвало на тысячу кусков, и острая боль пронзила всё тело. Дышать было нечем. Я захрипел, глядя, как темная кровь стекает на грудь шаману, и тот издал пронзительный вой. Еще мгновение он истошно кричал и бился в конвульсиях, понимая, что обречен. А потом просто растворился подо мной, превратившись в белое облако, которое подхватил ветер, навеки унося прочь.