В мировой истории мореплавания трагические события, связанные с пожаром на американском круизном лайнере «Морро Кастл» в сентябре 1934 г., стоят особняком. Среди катастроф пассажирских судов это происшествие, вроде бы, не попадает в число выдающихся — на«Титанике», «Лузитании» или«Вильгельме Густлове» ужасную смерть в пучине находили тысячи людей (причём, тремя упомянутыми кораблями мрачный список«рекордсменов» далеко не исчерпывается). Тем не менее, в отличие от подавляющего большинства трагедий на море, история случившегося на«Морро Кастл» за истекшие с той поры семь с лишком десятилетий не только не получила исчерпывающего объяснения, но напротив, запуталась до крайности.
160 мин, 24 сек 20529
По мере продолжения допросов выживших в трагедии лиц, перед членами Комиссии открывалась всё более неприглядная картина происходившего на борту лайнера во время пожара. Некоторые рассказы оказались по-настоящему шокирующими. Один из свидетелей, Мартин Ренз, сообщил, как его жену Мэри матросы с «Морро кастл» сначала подобрали из воды в свою шлюпку, а затем выбросили обратно в океан. Мэри Ренз утонула и Мартин ничем не смог ей помочь. Другой пассажир — Уилльям Кларк — рассказал, что едва он с женою Кэрри вышел на палубу«А», какие-то мужчины подхватили женщину и без всяких разговоров бросили её через ограждение в океан. Всё произошло настолько быстро, что Уилльям не успел отреагировать на произошедшее. Опасаясь, что следом полетит в океан и он сам, Кларк бросился бежать. По его мнению, неизвестные лица целенаправленно и вполне осмысленно убивали людей. Кэрри Кларк погибла не только потому, что не имела спасательного жилета, но и потому, что получила при падении в воду сильные ушибы внутренних органов. А уже упоминавшийся Антонио Джорджио, тот самый смазчик двигательной установки, что оказался в одной шлюпке со стармехом Ибаном Эбботом, рассказывал о том, что при попытке подняться вверх по трапу его трижды сбрасывали вниз собственные товарищи.
Отличился и радист Джордж Роджерс, герой трагедии и образцовый гражданин, который катался по всей стране с рассказами о собственном мужестве. Пока Комиссия Департамента торговли пыталась разобраться с возможностью естественной причины возникновения пожара, расследование прокурора Конбоя отрабатывало версию «коммунистической диверсии», благо определённые указания на таковую поступили от полиции Гаваны. Будучи вызван в прокуратуру, Роджерс не моргнув глазом заявил, что подозревает в причастности к диверсии… Джорджа Алагну, того самого, кто спас ему жизнь. По мнению Роджерса, член Коммунистической партии США Алагна как нельзя лучше подходил на роль диверсанта: во-первых, он ненавидел «страну равных возможностей» и критиковал царившие там порядки, а во-вторых, имел отвратительные отношения с капитаном Уилмоттом (о чём в этом очерке уже упоминалось). К заявлению Роджерса прокурор Конбой, лично его допрашивавший, отнёсся со всей возможной серьёзностью — тут же был санкционирован арест Джорджа Алагны и тот отправился в тюремную камеру на месяц.
Неслыханное дело! Личные вещи второго радиста, его жильё, дома родителей и родственников были подвергнуты тщательному обыску, а все близкие, знакомые и соседи — допрошены. Прокуратура, полиция и агенты ФБР искали любые следы, способные указать на создание или хранение Джорджем Алагной «адской машинки». Ничего не нашли! И никто из общавшихся с Джорджем людей не вспомнил, чтобы тот хоть раз высказался о желании поджечь или взорвать что-либо. Можно сказать, что молодому человеку повезло и он отделался малой кровью; если бы выяснилось, что прежде он позволял себе двусмысленные фразы, либо прямо высказывал террористические намерения, его судьба могла бы сложиться очень и очень печально. Правоохранительные органы США в первой половине 30-х годов действовали очень жёстко. Но поскольку ничего конкретного Джорджу Алагне вменить в вину не удалось, он был в конечном итоге отпущен на свободу.
Между тем, ФБР не считало вопрос о возможном теракте для себя закрытым. Привлечь к акту саботажа человека, не скрывающего свои коммунистические или анархистские взгляды, было бы верхом непроффесионализма для любой серьёзной террористической группировки. И в этом смысле легальный коммунист Джорд Алагна, скакавший по коммунистическим митингам и делавший пожертвования в партийную кассу, был очень плохим кандидатом в террористы.
В ФБР прекрасно понимали, что на роль «террориста-поджигателя» требовался совсем иной человек. Или группа людей.
Изучая списочный состав пассажиров и команды, агенты ФБР наткнулись на несколько «мёртвых душ», прояснить судьбу которых так и не удалось. Прежде всего, речь идёт о двух друзьях-сослуживцах из городка Александрия, штат Вирджиния, Фреде Фолконере (Fred Faulconer) и Гарри Липскомбе (Harry Lipscombe). Оба работали клерками в администрации отделения «Южной железной дороги», первому на момент описываемых событий исполнилось 44 года, второй был на 10 лет старше. Фолконер был женат, имел детей и жил вместе с семьёй, а Липскомб, хотя и состоял формально в браке уже 29 лет, проживал отдельно и отношений с супругой не поддерживал. Фред и Гарри купили туры на злосчастный последний круиз «Морро кастл» и вместе отправились в Нью-Йорк. Ехали они не просто в одном поезде, но даже в одном купе. Таково начало этой истории, прямо скажем, довольно тривиальной на первый взгляд. Однако продолжение она имела намного более необычное.
Отличился и радист Джордж Роджерс, герой трагедии и образцовый гражданин, который катался по всей стране с рассказами о собственном мужестве. Пока Комиссия Департамента торговли пыталась разобраться с возможностью естественной причины возникновения пожара, расследование прокурора Конбоя отрабатывало версию «коммунистической диверсии», благо определённые указания на таковую поступили от полиции Гаваны. Будучи вызван в прокуратуру, Роджерс не моргнув глазом заявил, что подозревает в причастности к диверсии… Джорджа Алагну, того самого, кто спас ему жизнь. По мнению Роджерса, член Коммунистической партии США Алагна как нельзя лучше подходил на роль диверсанта: во-первых, он ненавидел «страну равных возможностей» и критиковал царившие там порядки, а во-вторых, имел отвратительные отношения с капитаном Уилмоттом (о чём в этом очерке уже упоминалось). К заявлению Роджерса прокурор Конбой, лично его допрашивавший, отнёсся со всей возможной серьёзностью — тут же был санкционирован арест Джорджа Алагны и тот отправился в тюремную камеру на месяц.
Неслыханное дело! Личные вещи второго радиста, его жильё, дома родителей и родственников были подвергнуты тщательному обыску, а все близкие, знакомые и соседи — допрошены. Прокуратура, полиция и агенты ФБР искали любые следы, способные указать на создание или хранение Джорджем Алагной «адской машинки». Ничего не нашли! И никто из общавшихся с Джорджем людей не вспомнил, чтобы тот хоть раз высказался о желании поджечь или взорвать что-либо. Можно сказать, что молодому человеку повезло и он отделался малой кровью; если бы выяснилось, что прежде он позволял себе двусмысленные фразы, либо прямо высказывал террористические намерения, его судьба могла бы сложиться очень и очень печально. Правоохранительные органы США в первой половине 30-х годов действовали очень жёстко. Но поскольку ничего конкретного Джорджу Алагне вменить в вину не удалось, он был в конечном итоге отпущен на свободу.
Между тем, ФБР не считало вопрос о возможном теракте для себя закрытым. Привлечь к акту саботажа человека, не скрывающего свои коммунистические или анархистские взгляды, было бы верхом непроффесионализма для любой серьёзной террористической группировки. И в этом смысле легальный коммунист Джорд Алагна, скакавший по коммунистическим митингам и делавший пожертвования в партийную кассу, был очень плохим кандидатом в террористы.
В ФБР прекрасно понимали, что на роль «террориста-поджигателя» требовался совсем иной человек. Или группа людей.
Изучая списочный состав пассажиров и команды, агенты ФБР наткнулись на несколько «мёртвых душ», прояснить судьбу которых так и не удалось. Прежде всего, речь идёт о двух друзьях-сослуживцах из городка Александрия, штат Вирджиния, Фреде Фолконере (Fred Faulconer) и Гарри Липскомбе (Harry Lipscombe). Оба работали клерками в администрации отделения «Южной железной дороги», первому на момент описываемых событий исполнилось 44 года, второй был на 10 лет старше. Фолконер был женат, имел детей и жил вместе с семьёй, а Липскомб, хотя и состоял формально в браке уже 29 лет, проживал отдельно и отношений с супругой не поддерживал. Фред и Гарри купили туры на злосчастный последний круиз «Морро кастл» и вместе отправились в Нью-Йорк. Ехали они не просто в одном поезде, но даже в одном купе. Таково начало этой истории, прямо скажем, довольно тривиальной на первый взгляд. Однако продолжение она имела намного более необычное.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 26 из 51
