Талые воды

— Все настолько серьезно?! — оторопело спросил Дима, все же совладав с собой и пропуская врачей, каждый из которых нес в руках по два медицинских бикса, похожих на металлические чемоданы.

— А я откуда знаю! — отозвался первый вошедший, — Меня направили сюда, предупредив что у вас тут заразное заболевание с неясными, по крайней мере для вас, пострадавших, симптомами, трое больных и один труп. Все перечислил? Ничего не забыл? Вы дверь-то закройте, молодой человек.

При виде «астронавтов» Володя с Ромкой офонарели ничуть не меньше — у обоих в голове, видимо, тут же всплыли кадры из«Секретных материалов» или«Эпидемии». Доктор, тем временем, не терял времени даром. Представившись как Леонид Сергеевич, врач-эпидемиолог из СЭС и не обращая внимания на своего помошника, видимо всего лишь медбрата, он потребовал немедленно подробно рассказать о происшедшем.

— Что вы все бледны я вижу и так. Внешне напоминает физическое переутомление, но не у троих же сразу? Какие еще симптомы? И почему вы двое подпираете дверь? И где умерший?

Парни переглянулись, и в глазах остальных вместе с удивлением Дима прочел и облегчение. Наконец-то появился человек, который хотя бы приблизительно знает, что нужно делать. Володя, как самый старший (и по возрасту и по должности) отошел на шаг от двери и, прервав монолог врача, попытался объяснить происходящее.

— Попробую объяснить, хотя здесь много необычного… Сегодня с утра нас начало заливать. У нас по весне это в порядке вещей, мы же в подвале, и я попросил нашего офис-менеджера, Настю, протереть пол в моей… в общем, в моем кабинете. Через пол часа после этого Дима, вот он, заметил, что она немного побледнела и спросил ее, как она чувствует. Настя сказала, что просто устала. А еще, наверное, через час, мы нашли ее мертвой. У нас наверху, там, в цехе, большая ванна для промывки голограмм, так вот, она открыла кран. Набрала полную ванную, и… В общем, мы нашли ее в ванне, раздетую и уже посиневшую.

— При чем здесь вирус? — перебил его Леонид Сергеевич, — Больше похоже на самоубийство.

— Я сначала тоже так подумал, но потом… потом нам всем стало плохо. Ноги подкашиваются, руки дрожат, легкое жжение в горле и постоянная тошнота, которая временами становится особенно сильной. Это у нас у всех троих. А еще… Еще Рома, вот он, минут десять назад впал в какой-то транс. Просил воды, но от питьевой отказывался. Пытался напиться ТОЙ САМОЙ, талой воды. А эта вода, как бы вам объяснить… В общем, что тут объяснять, пойдемте, я вам лучше покажу.

Ничего не понимающий доктор ушел вслед за Володей в голографичку, а вернувшись оттуда через пару минут уже не выглядел таким уверенным в себе и спокойным.

— Так вы говорите, текла по потолку? — спросил он. При этом медбрат покосился на него каким-то странным, немного даже сочувственным взглядом.

— Да. По стенам и потолку, — подтвердил Володя, — Не текла, а как бы ползла! А потом, когда набежала полная комната, вода ушла. Нигде даже мокрого следа не осталось — все чисто и сухо. Сами же видите…

— А можно взглянуть на тело девушки?

— Видите ли… — замялся Володя, — Это как бы не совсем тело… Оно ходит!

Медбрат уже явно собирался снимать свой скафандр и вызывать психбригаду вместо СЭС…

— То есть как это, «ходит»? Она умерла, или нет?

— Да. Но как-то странно… Она недавно пыталась выбраться из цеха, поэтому мы и держим дверь.

Врач переглянулся с медбратом и покачал головой, что, видимо, означало: «рано расслабляться, здесь похоже какой-то галлюциноген!» При чем, как отметил про себя Дима, сам врач выглядел не особо уверенным в истинной сути происходящего, так как после лицезрения стоящей вертикально воды в«Смерти Майкрософту», видимо, начал подозревать что галлюциноген проникает и через «чумовой» халат.

— Она там? — спросил он, кивком указывая на дверь.

— Там. Последние минут десять ее не слышно…

— Откройте дверь.

— Может не стоит? — осторожно спросил Володя, — Это страшно. На самом деле страшно.

— Но должен же я понять, что здесь происходит? Открывайте дверь.

Парни настороженно переглянулись, словно мысленно кидая жребий, кому же открывать дверь. По взгляду Володи и Ромки и по собственным ощущениям Дима чувствовал, что делать это предстоит доктору.

— Вон ту рукоятку нужно повернуть вправо… — тихо произнес Володя, — Дверь открывается на себя. Простите, но я не могу…

Врач кивнул, будто бы понимая. Хотя, возможно он и в самом деле понимал что они пережили здесь. Должно быть, уже привык к испуганным лицам людей, ожидавших приезда скорой возле постели эпилептика или просто умирающего. Можно ли привыкнуть к виду смерти? Дима не раз слышал, что можно. Но привыкнуть к той смерти, которая постигла Настю было нельзя — это он знал точно.

Ее смерть была не настоящей, половинчатой…