Врач улыбнулся. На первый взгляд всё могло закончиться очень плохо — молодую девушку на восьмом месяце беременности доставили в родильное отделение в очень тяжелом состоянии. Не обошлось и без кесарева сечения. Преждевременные роды — вещь опасная. Особенно у настолько худых от природы созданий, как эта Оля. Но профессиональные руки акушера с многолетним стажем спасли множество жизней, и эта ночь не стала исключением. И мать, и ребенок чувствовали себя хорошо, и им больше ничего не угрожало.
5 мин, 50 сек 7353
Пустая бутылка из-под пива звонко разбилась, упав с крыши девятиэтажного дома.
Дмитрий стоял и всматривался в горизонт. Он ждал.
С этой крыши далекие девять лет назад его за шкирку вытащил Игорь. Не напрасно — еще минута, и Дмитрий сиганул бы вниз. Подростковая любовь и неудача в ней порой слишком тяжело переносится некоторыми не в мере романтичными и впечатлительными молодыми людьми.
— В этот раз прыгнешь?
Он обернулся, хотя и так прекрасно узнал голос Ольги.
— Как ты меня нашла? — удивился Дмитрий.
— Мы пять лет женаты, Дима. Я всё о тебе знаю.
Тот помотал головой.
— Нет, не всё!
Ольга шагнула к нему.
— Ближе не подходи, я прыгну! — быстро сказал Дмитрий, делая шаг к краю.
Она замерла.
— Дима, у тебя просто нервный срыв. Работаешь как папа Карло, вот и причудился тебе Игорь.
По щеке Дмитрия пробежала слеза.
— Он сказал мне, что я ему больше не друг и никогда им не был. И что не мне растить Игорёшу.
— Глупости! — воскликнула Ольга. — Ты же ради этого и женился на мне, чтобы поддержать меня и вырастить из сына Игоря настоящего человека! Даже если Игорь где-то там, то он это знает и не мог тебе такого сказать.
Дмитрий кивнул.
— Он действительно всё знает. Он знает, что за эти годы я искренне полюбил тебя и всё чаще ловлю себя на мысли, что любил и раньше. Что любил всегда. И что рад тому, что Игорь мёртв.
— Когда спустя два года совместной жизни мы вдруг начали заниматься любовью, тут к гадалке не ходи. Но я даже не подозревала, что тебя настолько гнетет чувство вины перед Игорем. Время идет, боль уходит, и я благодарю небо за то, что оно послало мне тебя. Эти годы, что мы прожили вместе — лучшие годы моей жизни.
— Я занял место Игоря.
— Не занял бы ты, занял бы кто-нибудь другой.
— Пусть так и будет! — вскричал Дмитрий.
Ольга снова шагнула.
— Стой, я прыгну!
— Не прыгнешь. Ты меня любишь!
Дмитрий прыгнул.
Два друга сидели на крыше, свесив ноги. Это опасно, но они оба любили нарушать правила. Потому оба уже и были мертвы. Один пять лет, другой десять минут.
— Так и знал, что ты свихнешься, Дима. Даже у истинных мазохистов есть какой-то предел. И всё равно не понимаю, как ты мог поверить, что я способен тебе такое сказать. Увы, мы не можем общаться с живыми.
— Это всё уже неважно. Зато теперь я чувствую себя свободным. И могу летать.
И Дмитрий, оттолкнувшись от крыши, взлетел ввысь.
— Он летать теперь может, а Ольга моя второй раз мужа потеряла. Мудило романтичный, — проворчал Игорь и взмыл следом.
Дмитрий стоял и всматривался в горизонт. Он ждал.
С этой крыши далекие девять лет назад его за шкирку вытащил Игорь. Не напрасно — еще минута, и Дмитрий сиганул бы вниз. Подростковая любовь и неудача в ней порой слишком тяжело переносится некоторыми не в мере романтичными и впечатлительными молодыми людьми.
— В этот раз прыгнешь?
Он обернулся, хотя и так прекрасно узнал голос Ольги.
— Как ты меня нашла? — удивился Дмитрий.
— Мы пять лет женаты, Дима. Я всё о тебе знаю.
Тот помотал головой.
— Нет, не всё!
Ольга шагнула к нему.
— Ближе не подходи, я прыгну! — быстро сказал Дмитрий, делая шаг к краю.
Она замерла.
— Дима, у тебя просто нервный срыв. Работаешь как папа Карло, вот и причудился тебе Игорь.
По щеке Дмитрия пробежала слеза.
— Он сказал мне, что я ему больше не друг и никогда им не был. И что не мне растить Игорёшу.
— Глупости! — воскликнула Ольга. — Ты же ради этого и женился на мне, чтобы поддержать меня и вырастить из сына Игоря настоящего человека! Даже если Игорь где-то там, то он это знает и не мог тебе такого сказать.
Дмитрий кивнул.
— Он действительно всё знает. Он знает, что за эти годы я искренне полюбил тебя и всё чаще ловлю себя на мысли, что любил и раньше. Что любил всегда. И что рад тому, что Игорь мёртв.
— Когда спустя два года совместной жизни мы вдруг начали заниматься любовью, тут к гадалке не ходи. Но я даже не подозревала, что тебя настолько гнетет чувство вины перед Игорем. Время идет, боль уходит, и я благодарю небо за то, что оно послало мне тебя. Эти годы, что мы прожили вместе — лучшие годы моей жизни.
— Я занял место Игоря.
— Не занял бы ты, занял бы кто-нибудь другой.
— Пусть так и будет! — вскричал Дмитрий.
Ольга снова шагнула.
— Стой, я прыгну!
— Не прыгнешь. Ты меня любишь!
Дмитрий прыгнул.
Два друга сидели на крыше, свесив ноги. Это опасно, но они оба любили нарушать правила. Потому оба уже и были мертвы. Один пять лет, другой десять минут.
— Так и знал, что ты свихнешься, Дима. Даже у истинных мазохистов есть какой-то предел. И всё равно не понимаю, как ты мог поверить, что я способен тебе такое сказать. Увы, мы не можем общаться с живыми.
— Это всё уже неважно. Зато теперь я чувствую себя свободным. И могу летать.
И Дмитрий, оттолкнувшись от крыши, взлетел ввысь.
— Он летать теперь может, а Ольга моя второй раз мужа потеряла. Мудило романтичный, — проворчал Игорь и взмыл следом.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 2 из 2
