Тайна священной рощи

В Йошкар-Олу я вернулся после обеда. Все собранные материалы были у меня на руках, результаты вскрытия и прочих экспертиз обещали прислать в ближайшее время. Я мрачный, как туча, сел за свой стол. Документы пострадавших (какая дебильная формулировка: пострадавший — это тот, у кого гопники телефон отобрали ночью в парке, и в бубен дали, а тут… пострадали… до смерти, блин) были у меня, мне оставалось только проверить личности, и остаток рабочего дня я потратил на это. Опросив соседей, родственников и убитых горем родителей, я ничего полезного не узнал. Обычные люди, с обычными проблемами. Ни ситуаций, ни людей, которые могли бы с ними так расправиться — не было. Неужели маньяк? Маньяки для Марий-Эл — явление, в общем-то редкое, в основном сексуальные… и не очень, но такие… на моей памяти — первый. Все таки я не поленился весь следующий день посвятить изучению архивов. Нашел нескольких психопатов, и даже серийных, но одни из них давно уже кормили собой червей, а другие — тюремных клопов. Опять глухо… Следующие несколько дней я потратил на объезд тюрем… Марий-Эл — красная республика, и не подумайте что это аллегория к «красивая» вовсе нет, просто здесь много исправительных учреждений. Я выяснял, не было ли побегов последнее время. Не было. Или были, но руководство прикрывает анус — не проверишь, это уже отдельное дело надо заводить. Неделя прошла в постоянных рысканьях, я загонял всех оперов, загнался сам, но дело с места не двигалось. Более опытные коллеги советовали поехать на вокзал, взять бомжа и с помощью личного обаяния и дубинки убедить его признать вину в зверском преступлении. Но такой вариант меня не устраивал, даже вызывал отвращение, вплоть до того, что обаяние и дубинку хотелось приложить к советчикам. Дело, взбухшее от многочисленных экспертиз, допросов, и прочих материалов, лежало на моем столе, как памятная плита моему бессилию, но я ничего не мог с этим поделать.

Спустя месяц случилось чудо. Нет. Не такое. С моей Шкоды сняли аккумулятор. И колеса. И я вспомнил студенческие годы — поехал на маршрутке. И там снова чудо! Нет, не убийца, с аккуратно написанным на листочке А4 чистосердечным признанием, а водитель, не страдающий гипперслуховой эстетоафазией, хреновым музыкальным слухом, иначе говоря, и вместо радио-шансон мы слушали всю дорогу ретро-радио. Я бы лично, предпочел Наше радио, но его из Марий-Эл убрали, и поэтому салон оглашался давно всеми забытой песней так же давно всеми забытой группы «Премьер Министр» — «Чужая невеста». Я сидел напротив красивой молодой девушки, и, прикрыв безымянный палец с обручальным кольцом, любовался ею (в конце концов, если вы на диете, вы же можете посмотреть меню). И вот на словах «… ты теперь чужая невеста…» в моей памяти что-то шевельнулось… что-то связанное с селом Ронга. Я начал усиленно напрягать память, услышанные где-то отрывки разговоров, сплетен секретарш в прокуратуре начали сливаться в нечто единое и понятное. Мое лицо начало меняться, вероятно я сейчас выглядел как Архимед в ванной, осталось только заорать на весь салон«Эврикаааааа» и поехать не на работу а в Семеновку… Девушка напротив, видимо сочтя, что я сейчас в лучшем случае начну признаваться в любви, а в худшем — насиловать прямо в маршрутке, с утомленным выражением лица отвернулась к окну, чем кстати больно ударила по моему мужскому самолюбию, но мне до этого не было никакого дела — Я вспомнил! Село Ронга! Белая Невеста!