Театр снова работает… Виктор возвращается в город Страха. Все по старому, но все-же иначе…
389 мин, 7 сек 14296
Он практически вылетел из комнаты.
Его движения были похожи на рывки, он не знал куда идет, где искать девушку. Все что он знал, что не может просто сидеть на месте.
Кто-то по видимому привлеченный его криком выглянул из соседней комнаты.
Это было последняя ошибка в его жизни.
Рука «чистильщика» схватила незнакомца за волосы и рывком треснуло о косяк двери.
Тот пытался вырваться протиснувшись обратно в комнату.
Открыв дверь нараспашку, Виктор треснул ей по удобно расположившейся голове.
В его руке остался клок вырванных волос, а по дверному косяку побежали струи крови.
Удивительно но это ссвсем не успокоило жаждущего мести Виктора.
Он вынул из чехла охотничий нож и со всей силы всадил в подбородок окровавленного незнакомца.
Нож ушел по самую рукоять.
Небрежко вынув оружие и вытерев кровь о тело, Виктор переступил через труп, заходя в комнату. Пусто.
Ни Ди, ни кого-либо еще.
С силой закрыв дверь, которая ударилась от тела и со скрипом отскочила от тела.
Виктор принялся исследовать все комнаты, открывая те двери что были открыты, и выбивая те что были заняты.
Ди он так и не нашол, просто отправил на тот свет еще несколько людей, что решили переночевать не в том месте.
Лишь когда последняя комната была проверена, а в его руке была роскошная копна женских волос, отрезанной головы. Он наконец успокоился.
Хотя назвать это спокойствием было бы очень напрасным.
Он стал смеяться, отбросив голову, он выхватил оружие и разведя руки в стороны стал обходить все этажи этого злополучного здания.
Люди в армейской униформе, вырубили его и забрали Ди.
Что-ж хоть какое-то определение цели. Конечно он убьет любого кто попадется на пути, но вот эти ребята, могут не надеяться на быструю смерть.
Все шло тихо и без лишних движений, либо слов.
Он шел по театру сея смерть. Немного людей было в здании, а потому массовых убийств удалось избежать.
Он не разбирал кто перед ним, сразу нажимал на курок. Пуля попадала в головы, пробивала сердца.
Конечно порой она попадала в другие части тела и тогда приходилось тратить еще одну пулю.
Изредка стреляли в него, зачастую просто убегали получая пулю между лопаток.
Особо весело было в подвале, он был в своей стихии — тишина, темнота. Каждое движение создавало характерный шум и могло выдать с головой, каждый шаг мог стать последним.
Стрелять на звук он умел хорошо, потом открывали ответный огонь, и стрелять на вспышки было еще проще.
Наконец он нашол их.
Пуля прочертила смертоносный след. раскалив воздух до красна, всего секунда, и кусок свинца ударил в горло человека в камуфляже.
Не добежав всего нескольких метров он упал перед закрывающейся дверью.
Рука умирающего безвольно вытянулась в сторону притаившихся в комнате друзей, но конечно никого это не заинтересовало.
Наконец пуля в затылок прекратила его страдания.
Виктор сразу же осудивший себя за проявление жалости к врагу. Прижался к стене, рядом с косяком двери.
И верно сделал, два выстрела из помповых ружей прогремели изнутри.
На этот раз это были не резиновые пули, а вполне боевая картечь.
Дверь превратилась в решето.
Один из стрелков приоткрыл ее.
— Он мертв? — раздалось из комнаты
— Не знаю. — были последние слова открывшего дверь
Дуло глока просунулось сквозь приоткрытую дверь.
Всадив две пули в живот противнику, он развернул его, прижимая к себе спиной и пинком вышиб дверь.
Заряд картечи ударил в импровизированный щит.
Его пуля попала в голову стрелка.
Переделанная из лыжной шапочки маска, покрылась кровью.
Пуля снесла бедняге половину челюсти, разворотила подбородок, разорвала щеку, кровь хлестала не переставая, под его крики.
Дальше все было как в кино.
Всего семеро, считая его ныне не живой щит, и стрелка с развороченными скулами.
Виктор пнул мертвое тело, и оно отлетев примяло под собой еще одного человека в униформе.
Обрез почти уткнулся ему в грудь, и только сильный пинок в живот его владельца, заставил его выстрелить в полете, с пробитого потолка посыпалась известь. А оба глушителя ткнулись в глаза упавшего, синхронно прозвучали выстрелы размазывая мозги по грязному полу.
Не глядя пуля заткнула визжавшего убийцу с изуродованным лицом.
Еще один маньяк совершил туже ошибку, он выставил зажатый в руке револьвер так что он почти уткнулся в грудь Виктора, ему оставалось лишь лишь развернуть корпус, что-бы пуля прошла мимо.
Один выстрел, прямо в сжимавшую рукоять руку.
Револьвер, под болезненые крики упал на пол, с тремя пальцами правой руки неудачливого стрелка.
Пинок в колено, Виктор подхватил падающего и теряющего сознание от боли маньяка, обхватил его ладонями за подбородок, надавил на него опуская на колени, а потом одним резким движением сломал ему шею.
осталось лишь двоя, первый бросился на Виктора с ножом.
Лезвие чиркнуло о сталь глока. Заблокировав удар, Виктор с наслаждением прострелил обе коленных чашечки противника.
Ему не повезло, потому что именно его, он собирался допросить.
Последний маньяк, понимая что не чего не сможет поделать, пытался убежать.
Его движения были похожи на рывки, он не знал куда идет, где искать девушку. Все что он знал, что не может просто сидеть на месте.
Кто-то по видимому привлеченный его криком выглянул из соседней комнаты.
Это было последняя ошибка в его жизни.
Рука «чистильщика» схватила незнакомца за волосы и рывком треснуло о косяк двери.
Тот пытался вырваться протиснувшись обратно в комнату.
Открыв дверь нараспашку, Виктор треснул ей по удобно расположившейся голове.
В его руке остался клок вырванных волос, а по дверному косяку побежали струи крови.
Удивительно но это ссвсем не успокоило жаждущего мести Виктора.
Он вынул из чехла охотничий нож и со всей силы всадил в подбородок окровавленного незнакомца.
Нож ушел по самую рукоять.
Небрежко вынув оружие и вытерев кровь о тело, Виктор переступил через труп, заходя в комнату. Пусто.
Ни Ди, ни кого-либо еще.
С силой закрыв дверь, которая ударилась от тела и со скрипом отскочила от тела.
Виктор принялся исследовать все комнаты, открывая те двери что были открыты, и выбивая те что были заняты.
Ди он так и не нашол, просто отправил на тот свет еще несколько людей, что решили переночевать не в том месте.
Лишь когда последняя комната была проверена, а в его руке была роскошная копна женских волос, отрезанной головы. Он наконец успокоился.
Хотя назвать это спокойствием было бы очень напрасным.
Он стал смеяться, отбросив голову, он выхватил оружие и разведя руки в стороны стал обходить все этажи этого злополучного здания.
Люди в армейской униформе, вырубили его и забрали Ди.
Что-ж хоть какое-то определение цели. Конечно он убьет любого кто попадется на пути, но вот эти ребята, могут не надеяться на быструю смерть.
Все шло тихо и без лишних движений, либо слов.
Он шел по театру сея смерть. Немного людей было в здании, а потому массовых убийств удалось избежать.
Он не разбирал кто перед ним, сразу нажимал на курок. Пуля попадала в головы, пробивала сердца.
Конечно порой она попадала в другие части тела и тогда приходилось тратить еще одну пулю.
Изредка стреляли в него, зачастую просто убегали получая пулю между лопаток.
Особо весело было в подвале, он был в своей стихии — тишина, темнота. Каждое движение создавало характерный шум и могло выдать с головой, каждый шаг мог стать последним.
Стрелять на звук он умел хорошо, потом открывали ответный огонь, и стрелять на вспышки было еще проще.
Наконец он нашол их.
Пуля прочертила смертоносный след. раскалив воздух до красна, всего секунда, и кусок свинца ударил в горло человека в камуфляже.
Не добежав всего нескольких метров он упал перед закрывающейся дверью.
Рука умирающего безвольно вытянулась в сторону притаившихся в комнате друзей, но конечно никого это не заинтересовало.
Наконец пуля в затылок прекратила его страдания.
Виктор сразу же осудивший себя за проявление жалости к врагу. Прижался к стене, рядом с косяком двери.
И верно сделал, два выстрела из помповых ружей прогремели изнутри.
На этот раз это были не резиновые пули, а вполне боевая картечь.
Дверь превратилась в решето.
Один из стрелков приоткрыл ее.
— Он мертв? — раздалось из комнаты
— Не знаю. — были последние слова открывшего дверь
Дуло глока просунулось сквозь приоткрытую дверь.
Всадив две пули в живот противнику, он развернул его, прижимая к себе спиной и пинком вышиб дверь.
Заряд картечи ударил в импровизированный щит.
Его пуля попала в голову стрелка.
Переделанная из лыжной шапочки маска, покрылась кровью.
Пуля снесла бедняге половину челюсти, разворотила подбородок, разорвала щеку, кровь хлестала не переставая, под его крики.
Дальше все было как в кино.
Всего семеро, считая его ныне не живой щит, и стрелка с развороченными скулами.
Виктор пнул мертвое тело, и оно отлетев примяло под собой еще одного человека в униформе.
Обрез почти уткнулся ему в грудь, и только сильный пинок в живот его владельца, заставил его выстрелить в полете, с пробитого потолка посыпалась известь. А оба глушителя ткнулись в глаза упавшего, синхронно прозвучали выстрелы размазывая мозги по грязному полу.
Не глядя пуля заткнула визжавшего убийцу с изуродованным лицом.
Еще один маньяк совершил туже ошибку, он выставил зажатый в руке револьвер так что он почти уткнулся в грудь Виктора, ему оставалось лишь лишь развернуть корпус, что-бы пуля прошла мимо.
Один выстрел, прямо в сжимавшую рукоять руку.
Револьвер, под болезненые крики упал на пол, с тремя пальцами правой руки неудачливого стрелка.
Пинок в колено, Виктор подхватил падающего и теряющего сознание от боли маньяка, обхватил его ладонями за подбородок, надавил на него опуская на колени, а потом одним резким движением сломал ему шею.
осталось лишь двоя, первый бросился на Виктора с ножом.
Лезвие чиркнуло о сталь глока. Заблокировав удар, Виктор с наслаждением прострелил обе коленных чашечки противника.
Ему не повезло, потому что именно его, он собирался допросить.
Последний маньяк, понимая что не чего не сможет поделать, пытался убежать.
Страница 26 из 105
