Театр двух ролей

— Увольняться? Я бы не советовал. Если за тобой придут, то чем больше щитов будет в округе, тем лучше. Конечно это только твое решение, но лично я поставлю в нашей комнате растяжку, да и еще парочку по коридору, чтобы не сунулся никто куда не следует. Есть конечно возможность что подорвется священник, или та белокурая маньячка с кроликом. Впрочем во втором случае это даже здорово будет. А вот с трупами, могли ведь и персонал перебить, мы ведь не в курсе кто кого там грохнул. Так что тела все еще там гнить могут.

Он замолчал — Ди, я ведь сейчас не как спятивший убийца говорю?

— Ты серьезен. — хмуро отозвалась она на вопрос про сравнение со «спятившим убийцей».

Девушка заметно пригорюнилась. Виктор был серьезен, как никогда. Ей еще не удавалось видеть парня столь озабоченным по поводу происходящего. И хоть его тревогу нельзя было назвать ложной, Ди как и всякая уважающая себя девушка, безумно хотела отвлечься от всех этих невзгод и поговорить о чем-то другом. Казалось бы, только тему задай, но Оля понимала, что Виктору нужно принять ответственное решение и не спешила его отвлекать от размышлений. К тому же, было довольно интересно наблюдать за ходом его мыслей.

Сделав еще пару шагов, Ди кинула на обожаемого мужчину хитрый взгляд и непринужденно проговорила:

— И, кстати, ты прав, кровь теперь мне не противна. Для меня она всего лишь серая жидкость и не более.

Наверное, это было к лучшему. Теперь она не будет страдать от бессонницы после увиденного обезглавленного или разорванного трупа в каком-нибудь темном переулке. Отныне, ей было глубоко наплевать на всё кровавое извращение, которое совершали убийцы, насильники, маньяки. Глубоко и искренне наплевать. Хоть от этого и не уходила доля отвращения, но человек быстро привыкает жить в серых тонах.

Ди подумала про ловушки, которые хотел поставить Виктор. Сердце сжалось от боли — нет, она не переживет смерть священника — первого, кто ее приютил, — просто не сможет. Говорить об этом, с задержкой на пять минут, девушка не стала. Она еще обязательно вернется к этому разговору, но не втянет священника в эту опасную игру, никогда.

— Серьёзно Ди, еще как серьёзно. Может нам переехать? Или хотя-бы Сергея ввести в курс дела. Что-бы не ходил куда не надо, я поставлю пару осколочных в коридоре, он узкий, там что если кто цепанет растяжку, умрёт он даже не поняв этого, порвет в клочья. А в комнату наступательную, у нее радиус мал, так-что кто знает, может и допросить гостя сможем. Если выживет.

Виктор улыбнулся, преобнял девушку:

— Странный город Ди, с волками жить… Я всегда путешествуя по странам и городам, всегда селился рядом с людьми. Ясно что рядом с логовом не охотятся, и мои ареалы были в довольно бедных кварталах. От которых я был далек. Но не это главное, я жил по соседству с обычными и нормальными, относительно конечно людьми.

Он усмехнулся:

— Ди, ты не поверишь если скажу. Месяц назад я подстрелил охранника, одного местного Кулибина. Он всякие эксперименты проводил. Дак вот я ранил его и вырубил. Рана была на руке, он оружие сжимал пока пулю не словил. И я… даже смешно говорить, перевязал ему рану. Позже правда одна из переделанных девушек выткнула ему глаза карандашами… Но это было потом и не имеет к делу отношения. Представь Ди, разве я сейчас могу помочь кому-либо? Постороннему, особенно врагу. Глупости… Гребаный город, он меняет людей.

Ди уткнулась боком в плечо Виктора. Задумчивый взгляд синих шариков скользнул по темноте улицы, различая там лишь яркие, но бесцветные в глазах девушки, вывески различных заведений.

— Ты прав, меняет.

За долгие месяцы пребывания в этом проклятом городе, девушка успела прочувствовать множество изменений в своем характере, а теперь уже и в теле. После операции у нее все никак не могла пройти боль внутри тела. Чувствовалось что-то новое и совершенно неприятное, но Ди знала, что именно это «что-то» позволяет ей управлять металлом. Да и новые глаза совершили переворот в жизни девушки. Мало того, что они теперь не различали цвета, так еще и Оля могла даже не чувствовать, а видеть металл, находящийся пусть даже в соседней комнате. Только это«видение» было слишком расплывчатым, так что толком уловить его девчонке все еще никак не удавалось. Об этом она еще никому не рассказывала, решив сначала окончательно разобраться в своей способности, и уже потом, если нужно, рассказать Виктору. Впрочем, разве это должно сейчас занимать ее голову?

Ди легонько махнула головой, и, повернувшись лицом к парню, тихо проговорила:

— Даже не знаю, что лучше: остаться в церкви, подвергая опасности священника, или переехать на квартиру? — в глазах проскользнул страх. — Не думаю, что священника спасет наш переезд. Эти агенты… или как там их … я не знаю, как они будут действовать: идти тихо по следам, или громко с жертвами?

Девушка остановилась и серьезно посмотрела парню в глаза.

— Виктор, если они найдут нас, что будем делать? Мы ведь не можем все время убегать.

— Тогда у нас будет только два выхода.