Фандом: Самая плохая ведьма. Зимой в школе Кэкл довольно мрачно и холодно. Ученицы скучают, и мисс Дрилл приходит в голову идея пригласить странствующую труппу актеров. Несмотря на протесты мисс Хардбрум, актеры прибывают в школу, и их руководитель, Холдейн Харрингтон, очаровывает почти всех ведьм в школе. Но кто на самом деле скрывается под маской актера, и что задумал этот человек?
252 мин, 49 сек 21268
— Я действительно не понимаю, что вы нашли в нем, — шепнула Милдред Мод, заметив как подруга начала писать его имя на первой странице книги зелий. — Смотри, чтоб Х-Б не поймала тебя за этим!
— Он удивительный! — Мод посмотрела на свою подругу. — Я не понимаю, как вы не видите этого!
Милдред равнодушно пожала плечами.
— Ну хорошо, — уступила она, — у него приятная улыбка.
— Хорошо? — громко воскликнула Мод, разочарованная недоверием Милдред.
— Мод Муншайн и Милдред Хаббл! Что же такого важного произошло, что вы решили на моем уроке не работать и предаваться пустой болтовне?
Милдред и Мод молчали, главным образом потому, что все еще пытались вникнуть в смысл слов, сказанных мисс Хардбрум.
Учительница тяжело вздохнула.
— Я полагаю, ваше молчание можно трактовать как понимание того, что на уроке зельеварения не может быть ничего, важнее зелий?
— Да, мисс Хардбрум! — покорно ответила Милдред. — Извините.
— Очень хорошо!
Когда мисс Хардбрум отвернулась к доске, Мод легонько толкнула Милдред.
— Ты недооцениваешь его, — шепнула она. — Когда тебе представится случай поговорить с ним, ты сама все поймешь.
— Мы можем поговорить об этом позже? — Милдред нервно взглянула на мисс Хардбрум.
— Милдред Хаббл, Мод Муншайн! Я была к вам более чем терпелива, но вы кажется, полны решимости провести взаперти по крайней мере один из вечеров на этой неделе! Если это ваше единственное желание, то так тому и быть! И не говорите потом, что я стою на пути ваших надежд и стремлений! А теперь отправляйтесь к мисс Кэкл, и объясните ей, что такого важного вы обсуждали, вместо того, чтоб работать на уроке! — рявкнула мисс Хардбрум.
— Ну и что теперь? — Милдред в замешательстве взглянула на Мод. Они обе оказались на стульях перед кабинетом мисс Кэкл.
— Ничего себе! — Мод не знала, что и сказать.
— Я и не думала, что она сделает это! — призналась Милдред.
— Не ты одна. Мисс Кэкл поставила пустую чашку из под чая на блюдце, так как услышала голоса за дверью своего кабинета. Для голосов за дверью могла быть масса причин. Но когда эти голоса сопровождались стуком деревянных ножек стула о каменный пол замка, причина была вполне конкретная.
Директриса стряхнула крошки пирога с коленей и поднялась на ноги. Бросив беглый взгляд на свой стол, она убедилась, что там нет ничего такого, чему там быть не полагалось. Это был установленный порядок, который женщина заставила себя соблюдать несколько последних месяцев, после инцидента с игрушкой из кошачьей мяты.
Игрушка была на ее столе как раз в тот момент, когда она объясняла ученицам, что их кошки — это не просто домашние животные и должны вести себя соответственно. Конечно, в этом не было бы ничего такого, если бы ее собственная кошка в этот момент не заскочила на стол, и не принялась играть с игрушкой, будто двухмесячный котенок.
Убедившись, что все в порядке, Амелия пересекла кабинет и открыла дверь. Она почувствовала, что сердце ее упало, увидев Милдред Хаббл и Мод Муншайн сидящих в коридоре. Она никогда особо не радовалась, видя кого-либо сидящими на этих стульях, но начинала уставать от того, что видела одни и те же лица по два раза на неделе.
— Что на этот раз, девочки? — спросила она, тяжело вздохнув.
— Мисс Хардбрум поймала нас за разговорами в классе, — сказала Милдред.
— И кто дал мисс Хардбрум возможность поймать вас?
— Мисс?
— Вы говорите так, будто все было бы прекрасно, если бы только мисс Хардбрум обращала на это поменьше внимания! А правда в том, что вы двое в первую очередь не должны были разговаривать во время урока!
Амелия посмотрела на удрученные лица и еще раз вздохнула. Ей не нравилось наказывать учениц, а девочки никак не облегчали ей задачу. Она знаком пригласила их войти в кабинет.
— Итак, что же все-таки произошло? — спросила она, усаживаясь за свой стол.
Мод смотрела вниз на свои ботинки и жалела о том, что совершенно не умеет врать.
— Я говорила с Милдред о мистере Харрингтоне, — призналась она.
— Ах! — мисс Кэкл посмотрела на них поверх очков. — Я так полагаю, вы уже встретили наших посетителей?
Мод и Милдред кивнули.
— Мисс Дрилл попросила нас помочь им обосноваться — объяснила Милдред.
— Я вижу.
— У нас так редко бывает кто-то новый, что мы не можем не говорить о них, — продолжала объяснять Милдред.
— В общем-то разговаривала только я, — призналась Мод, не желая, чтоб у ее подруги были проблемы.
— А я всегда полагала, что для разговора нужны хотя бы двое, — сказала мисс Кэкл. — Но я ценю лояльность по отношению к твоей подруге, Мод.
Директриса откинулась на стуле и задумчиво сцепила пальцы. Милдред и Мод переглянулись, задаваясь вопросом, какое наказание назначит им мисс Кэкл.
— Мы могли бы извиниться перед мисс Хардбрум, — сказала Милдред.
Мисс Кэкл подняла бровь.
— Сколько раз ты уже просила прощения у мисс Хардбрум за этот учебный год, Милдред?
Милдред открыла было рот, чтобы ответить, но поняла, что понятия не имеет о том, сколько раз ей приходилось извиняться перед наставницей.
— Мы действительно сожалеем, — сказала Мод.
— Он удивительный! — Мод посмотрела на свою подругу. — Я не понимаю, как вы не видите этого!
Милдред равнодушно пожала плечами.
— Ну хорошо, — уступила она, — у него приятная улыбка.
— Хорошо? — громко воскликнула Мод, разочарованная недоверием Милдред.
— Мод Муншайн и Милдред Хаббл! Что же такого важного произошло, что вы решили на моем уроке не работать и предаваться пустой болтовне?
Милдред и Мод молчали, главным образом потому, что все еще пытались вникнуть в смысл слов, сказанных мисс Хардбрум.
Учительница тяжело вздохнула.
— Я полагаю, ваше молчание можно трактовать как понимание того, что на уроке зельеварения не может быть ничего, важнее зелий?
— Да, мисс Хардбрум! — покорно ответила Милдред. — Извините.
— Очень хорошо!
Когда мисс Хардбрум отвернулась к доске, Мод легонько толкнула Милдред.
— Ты недооцениваешь его, — шепнула она. — Когда тебе представится случай поговорить с ним, ты сама все поймешь.
— Мы можем поговорить об этом позже? — Милдред нервно взглянула на мисс Хардбрум.
— Милдред Хаббл, Мод Муншайн! Я была к вам более чем терпелива, но вы кажется, полны решимости провести взаперти по крайней мере один из вечеров на этой неделе! Если это ваше единственное желание, то так тому и быть! И не говорите потом, что я стою на пути ваших надежд и стремлений! А теперь отправляйтесь к мисс Кэкл, и объясните ей, что такого важного вы обсуждали, вместо того, чтоб работать на уроке! — рявкнула мисс Хардбрум.
— Ну и что теперь? — Милдред в замешательстве взглянула на Мод. Они обе оказались на стульях перед кабинетом мисс Кэкл.
— Ничего себе! — Мод не знала, что и сказать.
— Я и не думала, что она сделает это! — призналась Милдред.
— Не ты одна. Мисс Кэкл поставила пустую чашку из под чая на блюдце, так как услышала голоса за дверью своего кабинета. Для голосов за дверью могла быть масса причин. Но когда эти голоса сопровождались стуком деревянных ножек стула о каменный пол замка, причина была вполне конкретная.
Директриса стряхнула крошки пирога с коленей и поднялась на ноги. Бросив беглый взгляд на свой стол, она убедилась, что там нет ничего такого, чему там быть не полагалось. Это был установленный порядок, который женщина заставила себя соблюдать несколько последних месяцев, после инцидента с игрушкой из кошачьей мяты.
Игрушка была на ее столе как раз в тот момент, когда она объясняла ученицам, что их кошки — это не просто домашние животные и должны вести себя соответственно. Конечно, в этом не было бы ничего такого, если бы ее собственная кошка в этот момент не заскочила на стол, и не принялась играть с игрушкой, будто двухмесячный котенок.
Убедившись, что все в порядке, Амелия пересекла кабинет и открыла дверь. Она почувствовала, что сердце ее упало, увидев Милдред Хаббл и Мод Муншайн сидящих в коридоре. Она никогда особо не радовалась, видя кого-либо сидящими на этих стульях, но начинала уставать от того, что видела одни и те же лица по два раза на неделе.
— Что на этот раз, девочки? — спросила она, тяжело вздохнув.
— Мисс Хардбрум поймала нас за разговорами в классе, — сказала Милдред.
— И кто дал мисс Хардбрум возможность поймать вас?
— Мисс?
— Вы говорите так, будто все было бы прекрасно, если бы только мисс Хардбрум обращала на это поменьше внимания! А правда в том, что вы двое в первую очередь не должны были разговаривать во время урока!
Амелия посмотрела на удрученные лица и еще раз вздохнула. Ей не нравилось наказывать учениц, а девочки никак не облегчали ей задачу. Она знаком пригласила их войти в кабинет.
— Итак, что же все-таки произошло? — спросила она, усаживаясь за свой стол.
Мод смотрела вниз на свои ботинки и жалела о том, что совершенно не умеет врать.
— Я говорила с Милдред о мистере Харрингтоне, — призналась она.
— Ах! — мисс Кэкл посмотрела на них поверх очков. — Я так полагаю, вы уже встретили наших посетителей?
Мод и Милдред кивнули.
— Мисс Дрилл попросила нас помочь им обосноваться — объяснила Милдред.
— Я вижу.
— У нас так редко бывает кто-то новый, что мы не можем не говорить о них, — продолжала объяснять Милдред.
— В общем-то разговаривала только я, — призналась Мод, не желая, чтоб у ее подруги были проблемы.
— А я всегда полагала, что для разговора нужны хотя бы двое, — сказала мисс Кэкл. — Но я ценю лояльность по отношению к твоей подруге, Мод.
Директриса откинулась на стуле и задумчиво сцепила пальцы. Милдред и Мод переглянулись, задаваясь вопросом, какое наказание назначит им мисс Кэкл.
— Мы могли бы извиниться перед мисс Хардбрум, — сказала Милдред.
Мисс Кэкл подняла бровь.
— Сколько раз ты уже просила прощения у мисс Хардбрум за этот учебный год, Милдред?
Милдред открыла было рот, чтобы ответить, но поняла, что понятия не имеет о том, сколько раз ей приходилось извиняться перед наставницей.
— Мы действительно сожалеем, — сказала Мод.
Страница 8 из 70
