Тематики

Водитель нашелся после короткого звонка Вика и прибежал в клуб запыхавшийся, будто последние километры за ним гналась свора собак. Он согнулся напополам и начал восстанавливать дыхание, а Игорь Юрьевич уже бежал к выходу.

— Скинь адрес! — крикнул он Вику вместо прощания.

Костик поплелся следом, но Вик схватил его за руку.

— Последи за ним, — попросил он. — Начнет опять ныть — звони. Он безобидный, лезть не будет. Вот, возьми, на первое время, — в руке Вик держал тонкую пачку долларов, завернутых трубочкой, чтоб проще было спрятать в карман.

Костик посмотрел на пачку, потом на Вика, перевел взгляд на Криса и пошел к выходу.

— Я послежу. Бесплатно.

Пересекая порог, Костик услышал смех Вика и обрывок фразы Криса про химкинских спанкеров.

— Они не в своем уме, — сказал Игорь Юрьевич, когда Костик сел в машину.

Игорь Юрьевич сидел сзади, и Костик почувствовал себя неуютно. Не по уставу вышло. Но Игорю Юрьевичу сзади было очень удобно, потому что он погрузился в телефонную книгу смартфона и начал обзванивать всех подряд и задавать им непонятные вопросы: «Завтра как обычно в десять?» и«После пяти послезавтра сможешь?». Костик понял, что проще фильтровать этот разговор и сосредоточиться на собственных проблемах.

Нужно было спланировать следующее посещение Марго и привезти ей гостинец получше.

Спать Костик лег сам и на ночь приготовил себе бутерброды из дорогой нарезки в вакуумной упаковке. Он даже покурил на балконе и успел обдумать весь день, а Игорь Юрьевич в соседней комнате продолжал звонить непонятным людям и разговаривать с ними на зашифрованном языке давних знакомых.

Ночью Костику приснился Крис, который записывал в огромную тетрадь количество апельсинов, которые Костик принес для Марго.

— Двадцать шесть?

Крис погрозил Костику пальцем.

— Двадцать четыре?

Крис покивал и записал в огромную тетрадь крупные цифры, слившиеся в слово «авоська». Проснулся Костик посреди ночи с головной болью, выпил по старой привычке аспирин и лег обратно. Других снов ему не приходило.

Утром, как только взошло солнце, Игорь Юрьевич начал греметь сковородками на кухне. Костик взял сигареты, зажигалку и пошел на балкон курить.

Вчерашний день казался частью ночного бреда про апельсины. Он не мог разобраться, почему не сбежал от Криса, его мерзкого «партнера» и пьяного Игоря Юрьевича. Убеждая себя, что некстати разыгрались совесть и чувство благодарности, он докурил первую и принялся за вторую.

По всему выходило, что он связался с отъявленными геями, которые считали свой образ жизни нормальным, и думать не собирались о том, чтоб прятать это перед случайным человеком, которым был для них Костик. Геев Костик раньше видел и подозревал что-то похожее по поводу дяди Криса, но чтоб всерьез на него подумать или сделать из этого какие-то выводы — нет, такого не случалось. Жизнь Костика вертелась вокруг болезни Марго, а это означало, что помощь от пидорасов, любых, даже пидорасов в прямом смысле, была всегда кстати. Когда приходили фонды снимать на пленку результаты своих кропотливых трудов и баснословных рублевых вложений — он терпел. Когда заезжий депутат решил подарить Маргарите плюшевого слоненка, Костик тоже не возражал. Поэтому помощь Криса, будь он хоть дважды геем, была вроде как нормальным явлением.

Совсем другой вопрос вставал с работой, которую вечером ему навязали в обществе Игоря Юрьевича. Даже денег предложили за то, чтоб он «присмотрел». Костику тошно становилось от мысли, что развязный хамоватый Виктор Степанович считал «присмотром».

— Подрочить ему, что ли, за доллары? — спросил он вслух, и услышал из соседнего окна тяжелый вздох.

— Я бы за доллары подрочил, — добавил незнакомец эхом очередного финансового кризиса.

Костик выбросил сигарету и захлопнул окно.

— Дымишь с утра? На голодный желудок? — Игорь Юрьевич, вооруженный деревянной лопаточкой, поймал его с поличным прямо на балконе. И пока растерянный Костик соображал, в чем дело, хозяин квартиры схватил его за руку и вытащил в комнату, а потом поволок за собой на кухню.

— Вы чего делаете? — возмутился Костик и попытался вырваться из хвата, но Игорь Юрьевич упрямо не пускал.

— Не спорь, я старый, мне виднее, — прокомментировал он. — Тебе надо позавтракать и выпить чаю, Константин. День сегодня сложный, дел полно, так что с твоим больным желудком возиться будет некогда. В обед заедем в больницу, проверим, что к чему, а с утра, сам понимаешь, надо ехать в эти чертовы Химки, смотреть, где ребята наломали дров. Девочкам я уже позвонил, какие-то квелые, хотя вчера договаривались, чтоб они заранее приехали. И вот я думаю, для чего их Крис заранее вытащил с Таганки? Понятное дело, никому не понравится, если тебя из центра в какие-то Химки…

Игорь Юрьевич перемежал слова с делами и выкладывал перед Костиком завтрак из трех блюд и подозрительно крепкий чай, который на вкус оказался горше кофе.