Тёмная сторона луны

— Вы ведь выяснили, что случилось, — ответил Бирн, и на его лице мелькнула боль. — Процесс станет очередным триумфом аврората — и ударит по нам снова. По тем, кто ещё остался. Не будет процесса — не будет ни того, ни другого, — жёстко проговорил Бирн, глядя, наконец, на Поттера. — Пресса написала бы, конечно, что-то, вы бы дали интервью — но это всё не то. Люди всё равно запомнили бы оборотня, напавшего на магглов, и то, что он был вашим выдвиженцем. Данн и Спук могли бы умереть и сами — они… мы все знаем, как быстро это сделать — но Винд… — он покачал головой.

— Но вы не хотите стать убийцей, — утвердительно проговорил Поттер.

— Не хочу, — ответил Бирн резко. — Не хочу. У этого Винда тоже есть дочь — я её видел, она ждёт ребёнка. И он делает не самое плохое дело, этот Винд. И я… я не хочу терять семью. Не хочу их оставлять.

— Что и как вы должны были сделать? — спросил Поттер.

— Выпить оборотное зелье с волосом Арвида Долиша, — быстро, словно опасаясь передумать, сказал Бирн. — В этом виде я должен был в канун процесса их убить — а затем явиться к его дому уже в виде его матери, вывести из дома и убить. Вынудив сперва написать письмо с признанием в убийстве и в том, что жить с этим он не может. Это должно было бы выглядеть как самоубийство.

— Вы владеете легилименцией на таком высоком уровне? — Поттер вновь не стал скрывать своё удивление.

— Зачем? — пожал плечами Бирн. — Империо достаточно.

— Справедливо, — Поттер проглотил куда более резкий комментарий и просто кивнул. И похвалил: — Хороший план. Могло сработать.

— Я так не хочу, — твёрдо сказал Бирн. — Не хочу лишать детей отца, и мужа — женщину. Не хочу становиться убийцей сам. Я понимаю, что отправлюсь в Азкабан, — сказал он с болью. — Но ведь не навечно.

— За что именно? — мягко и почти сочувственно спросил Поттер, чуть подавшись к нему.

— За то, что испортил взятые у Винда воспоминания, — ответил Бирн.

Поттер ответил ему не сразу — некоторое время он сидел, решая, что же ему делать. С одной стороны, Бирн был идеальным свидетелем — но с другой… Выступление Бирна может поднять в обществе волну подозрительности или даже травли в отношении любых сирот или просто ирландцев, живущих за её пределами — что уже само по себе скверно, а уж в преддверии возможных неприятностей, связанных с тем, до чего договорились Моран с Данн, это было уж совсем не к месту.

Не говоря уже о том, что признание Бирна само по себе мало что меняет. Данн и Спука всё равно осудят навсегда — какой смысл ломать жизнь Бирна и его семьи?

Если это, конечно, не очередной сложный ход. Просчитать реакцию Поттера не так уж сложно — можно и рискнуть. Выгорит — отлично, нет — ну… как там сказал Спук? Мы все пешки? Нет, как-то иначе, но смысл был таким.

— Ваши слова противоречат тому признанию, что у меня есть, — сказал Поттер, наконец.

— Какому признанию? — растерянно нахмурился Бирн. — Кто-то… есть кто-то ещё, кто должен был всё это сделать?

— Мистер Бирн, — тщательно взвешивая каждое своё слово, проговорил Поттер, — для начала, я бы попросил вас дать письменные показания.

— Да, я напишу, — кивнул он, похоже, слегка успокаиваясь. — Но вы не ответили — кто-нибудь ещё должен был всё это сделать?

— Я вам не могу ответить, — мягко сказал Поттер. — Не сейчас, по крайней мере. Понимаете?

— Да… Наверное, да, — подумав, снова кивнул Бирн. — Что со мной будет? Сколько лет дают за это? — спросил он на удивление спокойно.

— Ваша жена знает что-нибудь? — ответил вопросом на его вопрос Поттер.

— Я оставил ей письмо, — по лицу Бирна вновь мелькнула боль. — Полагаю, она отыщет его вечером, когда станет расстилать постель.

Поттер его слова комментировать не стал и сказал лишь, поднимаясь:

— Вам сейчас принесут бумагу и чернила — напишите подробно всё, что вы мне рассказали. Чем детальнее — тем лучше. А потом возвращайтесь на работу — вас там, вероятно, потеряли.

— Я предупредил, что меня не будет, — в светлых глазах Бирна вновь возникла растерянность. — Я не понимаю… вы меня не арестуете?

— Пока нет, — ответил Поттер. — А после работы вы вернётесь домой — и, надеюсь, сделаете это до того, как ваша супруга найдёт письмо.

— Вы хотите поймать тех, кто велел мне это сделать? — сумрачно спросил Бирн.

— А вы нет? — поинтересовался Поттер — и, сев обратно, положил руки на стол и, подавшись к Бирну, заговорил: — Вы же понимаете, вам жить теперь спокойно не дадут. Когда станет известно, что вы ослушались, к вам придут и зададут вопросы — и хорошо, если отвечать придётся только вам. — На лице Бирна заиграли желваки, и Поттер понял, что попал в точку. — Вы ведь понимаете, что для того, чтобы защитить свою семью, вам придётся нам помочь. Причём так помочь, чтобы больше некому было угрожать вам и вашим детям.