Фандом: Гарри Поттер. Жарким летним вечером оборотень нападает на загородный спа-салон, устраивая там форменную резню. Оборотень арестован, дело раскрыто — впереди суд и вечный Азкабан. Всё просто. Вроде бы.
Добавить в моё избранное
782 мин, 47 сек 19645
Полагаю, объявлять голосование по воздержавшимся нет необходимости, — сказал он довольно и обратился к Скабиору: — Мистер Винд, вам придётся подождать окончательного оглашения приговора. Мистер Поттер, кто ваш следующий обвиняемый?
— Аврорат обвиняет мисс Туали Данн в…
Скабиор не слушал. Цепи всё ещё удерживали его в кресле, но он почти не ощущал их. Он вообще не чувствовал сейчас собственное тело, да и думать ни о чём не мог — лишь смотрел на счастливо ревущую на плече Гвеннит, не отрывающую от него своих мокрых глаз, и совершенно по-идиотски улыбался. Он и сам отлично это понимал, но ничего не мог с собой поделать — да и не хотел. Плевать! Посмотрел бы он на того, кто бы на его месте смог сдержаться — а хотя и смог бы. Да насрать! На всех тех, кому он сейчас покажется смешным — потому что эту ночь он проведёт дома, так же, как и все последующие!
— Не реви, — прошептал он, улыбаясь, и Гвеннит, всхлипнув, закивала, продолжая улыбаться чуть не до ушей, и прижалась боком к такому же счастливому Арвиду. Скабиор нетерпеливо дёрнулся, больше инстинктивно, чем сознательно, и недовольно зашипел. Вот зачем его держать сейчас? Он-то какое отношение имеет к тем, другим? Гвеннит замахала на него руками, и он, фыркнув, постарался успокоиться. Ведь ещё совсем немного! Ещё два голосования — и всё! Или нет, не два — там же по каждому три проводится! Значит, шесть… или какие-то уже прошли?
Скабиор прислушался:
— …признать мисс Туали Данн виновной в означенных преступлениях?
На сей раз поднялся буквально лес рук, и Скабиор почувствовал злорадное удовлетворение. Значит, эту гадину посадят! И она, а не он, будет гнить в Азкабане — может, даже до конца своих дней. Он снова поглядел на судей — и вдруг вспомнил. Вспомнил и красотку — которую ему теперь вроде и неловко было называть так, зная, кто она. Морриган Моран. И сидевшую через пару рядов от неё старуху — Хель, а он не помнил, как она проголосовала! И ведь и не вспомнит же теперь! Вроде «против»… или всё же нет? А ещё он вспомнил Белби, и ту эффектную блондинку, что сидела рядом со средних лет мужчиной с узким породистым лицом. Как он умудрился забыть их? И почему вдруг сейчас вспомнил? Чары, что ли, здесь стоят какие? Или это лично его так заколдовали? В другой момент он бы, вероятно, разозлился, но сейчас Скабиор был слишком счастлив для такого. Ну чары и чары… в этом можно даже логику найти: вдруг бы на него нашло что-то, и он ляпнул что-то неудачное — например, вызвал бы их в свидетели, сославшись на фонд. Если б его осудили, вероятно, у этих троих начались бы неприятности. Или, может, их бы вообще выгнали, всплыви тут сейчас их связь с фондом и, косвенно, со Скабиором? Или ещё что. Нет, определённо, он не в силах был сейчас о чём-нибудь серьёзно думать. Да когда же всё это закончится?!
Скабиор едва дождался, покуда суд признал виновной сперва Данн, а затем и Спука. Почему-то он был почти уверен в том, что едва пройдёт последнее голосование, его отпустят, и совсем забыл про официальный приговор. И если б мог, наверное, уже изъёрзался бы весь, но цепи крепко прижимали его к стулу, и Скабиору оставалось лишь переглядываться с Гвеннит, Долишами и даже Поттером, нетерпеливо улыбаться и сжимать и разжимать кулаки. Сидеть с каждой секундой становилось всё сложнее, и Скабиор едва не зарычал, когда председательствующий на суде министр со скоростью глубоко беременного ленивца начал вписывать результаты голосования в протокол. Однако, в конце концов, председатель всё-таки закончил и, ударив своим молоточком в гонг, провозгласил:
— Оглашается приговор! Решением Визенгамота мистер Винд признаётся невиновным и подлежит немедленному освобождению, — он взмахнул палочкой, и удерживающие Скабиора цепи, наконец, спали. — Решением Визен…
Дальше Скабиор уже не слышал ничего, кроме поднявшегося в зале шума, показавшегося ему, по большей мере, радостным. Потому что Гвеннит уже висела у него на шее, покрывая его лицо поцелуями и слезами, шепча его имя, а он всё никак не мог примериться и так её обнять, чтобы не прижать слишком сильно выпирающий живот. Кто-то хлопал его по плечам — вроде Долиши, но оба или кто-нибудь один, Скабиор не мог сообразить. Вдруг Гвеннит выпустила его и порывисто обняла ещё кого-то… Поттера. Вот когда он подошёл?
— Спасибо-спасибо-спасибо! — выдохнула она скороговоркой и расцеловала его так горячо, что он, кажется, смутился.
— Не за что и обращайтесь, если что, — ответил Поттер и добавил в шутку: — Мы работаем для вас ежедневно при любой погоде. Но сейчас я вынужден у вас похитить мистера Винда ещё на несколько минут — впрочем, если вы хотите, можете дойти до моего кабинета вместе.
— Зачем? — Гвеннит так резко побледнела, что все четверо мужчин, стоящих рядом с ней, переполошились.
— Нужно уладить одну формальность, — быстро сказал Поттер. — Мелочь, но её нужно сделать сейчас: мистер Мальсибер возвращается в Штаты и…
— Аврорат обвиняет мисс Туали Данн в…
Скабиор не слушал. Цепи всё ещё удерживали его в кресле, но он почти не ощущал их. Он вообще не чувствовал сейчас собственное тело, да и думать ни о чём не мог — лишь смотрел на счастливо ревущую на плече Гвеннит, не отрывающую от него своих мокрых глаз, и совершенно по-идиотски улыбался. Он и сам отлично это понимал, но ничего не мог с собой поделать — да и не хотел. Плевать! Посмотрел бы он на того, кто бы на его месте смог сдержаться — а хотя и смог бы. Да насрать! На всех тех, кому он сейчас покажется смешным — потому что эту ночь он проведёт дома, так же, как и все последующие!
— Не реви, — прошептал он, улыбаясь, и Гвеннит, всхлипнув, закивала, продолжая улыбаться чуть не до ушей, и прижалась боком к такому же счастливому Арвиду. Скабиор нетерпеливо дёрнулся, больше инстинктивно, чем сознательно, и недовольно зашипел. Вот зачем его держать сейчас? Он-то какое отношение имеет к тем, другим? Гвеннит замахала на него руками, и он, фыркнув, постарался успокоиться. Ведь ещё совсем немного! Ещё два голосования — и всё! Или нет, не два — там же по каждому три проводится! Значит, шесть… или какие-то уже прошли?
Скабиор прислушался:
— …признать мисс Туали Данн виновной в означенных преступлениях?
На сей раз поднялся буквально лес рук, и Скабиор почувствовал злорадное удовлетворение. Значит, эту гадину посадят! И она, а не он, будет гнить в Азкабане — может, даже до конца своих дней. Он снова поглядел на судей — и вдруг вспомнил. Вспомнил и красотку — которую ему теперь вроде и неловко было называть так, зная, кто она. Морриган Моран. И сидевшую через пару рядов от неё старуху — Хель, а он не помнил, как она проголосовала! И ведь и не вспомнит же теперь! Вроде «против»… или всё же нет? А ещё он вспомнил Белби, и ту эффектную блондинку, что сидела рядом со средних лет мужчиной с узким породистым лицом. Как он умудрился забыть их? И почему вдруг сейчас вспомнил? Чары, что ли, здесь стоят какие? Или это лично его так заколдовали? В другой момент он бы, вероятно, разозлился, но сейчас Скабиор был слишком счастлив для такого. Ну чары и чары… в этом можно даже логику найти: вдруг бы на него нашло что-то, и он ляпнул что-то неудачное — например, вызвал бы их в свидетели, сославшись на фонд. Если б его осудили, вероятно, у этих троих начались бы неприятности. Или, может, их бы вообще выгнали, всплыви тут сейчас их связь с фондом и, косвенно, со Скабиором? Или ещё что. Нет, определённо, он не в силах был сейчас о чём-нибудь серьёзно думать. Да когда же всё это закончится?!
Скабиор едва дождался, покуда суд признал виновной сперва Данн, а затем и Спука. Почему-то он был почти уверен в том, что едва пройдёт последнее голосование, его отпустят, и совсем забыл про официальный приговор. И если б мог, наверное, уже изъёрзался бы весь, но цепи крепко прижимали его к стулу, и Скабиору оставалось лишь переглядываться с Гвеннит, Долишами и даже Поттером, нетерпеливо улыбаться и сжимать и разжимать кулаки. Сидеть с каждой секундой становилось всё сложнее, и Скабиор едва не зарычал, когда председательствующий на суде министр со скоростью глубоко беременного ленивца начал вписывать результаты голосования в протокол. Однако, в конце концов, председатель всё-таки закончил и, ударив своим молоточком в гонг, провозгласил:
— Оглашается приговор! Решением Визенгамота мистер Винд признаётся невиновным и подлежит немедленному освобождению, — он взмахнул палочкой, и удерживающие Скабиора цепи, наконец, спали. — Решением Визен…
Дальше Скабиор уже не слышал ничего, кроме поднявшегося в зале шума, показавшегося ему, по большей мере, радостным. Потому что Гвеннит уже висела у него на шее, покрывая его лицо поцелуями и слезами, шепча его имя, а он всё никак не мог примериться и так её обнять, чтобы не прижать слишком сильно выпирающий живот. Кто-то хлопал его по плечам — вроде Долиши, но оба или кто-нибудь один, Скабиор не мог сообразить. Вдруг Гвеннит выпустила его и порывисто обняла ещё кого-то… Поттера. Вот когда он подошёл?
— Спасибо-спасибо-спасибо! — выдохнула она скороговоркой и расцеловала его так горячо, что он, кажется, смутился.
— Не за что и обращайтесь, если что, — ответил Поттер и добавил в шутку: — Мы работаем для вас ежедневно при любой погоде. Но сейчас я вынужден у вас похитить мистера Винда ещё на несколько минут — впрочем, если вы хотите, можете дойти до моего кабинета вместе.
— Зачем? — Гвеннит так резко побледнела, что все четверо мужчин, стоящих рядом с ней, переполошились.
— Нужно уладить одну формальность, — быстро сказал Поттер. — Мелочь, но её нужно сделать сейчас: мистер Мальсибер возвращается в Штаты и…
Страница 176 из 214
