Тёмная сторона луны

А ведь есть ещё и оборотень — причём посторонний или же под оборотным. Но скорее посторонний — потому что, если свой, зачем бы ему прятаться? Эти двое не скрывались, а ему с чего? Нет, скорее всего, оборотень был сторонний — но откуда? Из той стаи, что в «Лес» не пошла? Но почему теперь, и чем Винд так им насолил? Или уж тем более он, Поттер.

А ещё Гарри мучила мысль о гоблинах. И, хотя у него не было ни единого свидетельства того, что они имеют к этому какое-то отношение, мысль эта Поттера не отпускала — только вот подходов к ним у него не было. Даже с этими ирландцами было в некотором смысле проще: здесь, по крайней мере, у них были МакМоахиры. А тут — стена.

Хотя…

Мысль, пришедшая ему в голову, была до того простой и в то же время почти абсурдной, что Гарри тихо рассмеялся. Ну а что… Почему хотя бы не попробовать?

Написав ещё одно письмо, он отправился в спальню и, решительно раздевшись, лёг в постель — потому что шанс на то, что этой ночью у него получится поспать, был довольно призрачен.

…Люциус Малфой встретил Гарри прямо у камина.

— Я надеюсь, поводом для нашей с вами встречи стала не сегодняшняя статья мисс Скитер? — спросил он, приветственно пожимая ему руку. — С днём рождения вас.

— Спасибо, — отмахнулся Гарри. — Нет, статья тут ни при чём. У меня совсем иное дело… я ищу легиллимента.

— Ну, — сказал Малфой, — я не могу назвать себя блестящим специалистом, но кое-что умею… а что, у вас все в отпусках? — пошутил он.

— Если бы, — вздохнул Гарри. — У нас… я не помню, говорил ли вам — кто-то испортил воспоминания Винда. Поэтому я просил мистера Мальсибера взять их ещё раз.

— Помню, да, — кивнул Малфой и спросил с сомнением: — Полагаете, моё появление у вас ни у кого не вызовет вопросов?

— Я хотел просить о помощи не вас, — возразил Гарри и добавил с едва ощутимой полуулыбкой: — Не обижайтесь. Но я не могу позволить вам копаться в головах моих сотрудников.

— Ну какие тут обиды, — улыбнулся Малфой. — Я вполне вас понимаю — и, признаюсь, удивился бы, если б вы меня об этом попросили. Однако почему же вы пришли ко мне? У нас в доме больше никто легиллименцией не владеет… вам снова нужен Ойген?

— Мистер Мальсибер и так делает намного больше ожидаемого, — вежливо ответил Гарри. — Впрочем, вы почти что угадали. Я хотел вас попросить помочь мне поговорить со Снейпом, — сказал он, с трудом в самый последний момент прикусив язык, чтобы не назвать того профессором.

И давя в себе острое и горькое сожаление о том, что снова пришёл искать помощи именно сюда — а не к тому, к кому действительно хотел бы. Да, конечно, Сириус в данном деле был бесполезен — но ведь, даже если бы он мог помочь, как его просить теперь? Он, возможно, даже согласился бы — только ближе бы они от этого не стали всё равно.

К дракклам. Не сейчас.

— А хорошее решение, — покивал Малфой. — Я определённо хочу видеть, как вы станете его просить, да ещё и в такой день… шучу, — он улыбнулся. — Полагаю, проще всего это будет сделать лично — вы сейчас свободны?

— Нет, — признался Поттер. — У меня сегодня в восемь встреча — полагаю, что не слишком долгая. Часов в десять я наверняка освобожусь — вам это удобно?

— Да, вполне. Я пока что с ним свяжусь и предупрежу о том, что мы придём. Или нет… не знаю, — протянул он задумчиво. — Я подумаю, как будет лучше.

— Мне кажется, не слишком вежливо будет явиться вот так, без предупреждения, — полувопросительно сказал Гарри, однако спорить не стал. И в который раз подумал, действительно ли никак не может обойтись без Снейпа — или просто ухватился за эту ситуацию, чтобы наконец-то пообщаться. Зачем только? Что он скажет? Между ними давным-давно выяснено всё — однако почему-то же именно это имя всплыло у него в сознании, едва он задался вопросом, к кому обратиться. Да, бесспорно, Снейпу можно было доверять — но Гарри очень бы хотел понять, было ли это единственной причиной принятого им решения.

Глава 29

Дверь открыл сам Вейси, и секунды три они с Поттером молча изучали друг друга. Гарри для себя отметил, что тот выглядит вполне здоровым — и очень нервничает. Это было ожидаемо, конечно, просто непривычно — и, сказать по правде, не добавляло очков Вейси. Впрочем, Гарри всё прекрасно понимал — а его чувства к делу отношения не имели.

Стоящий рядом с Гарри Причард сказал что-то, разряжая атмосферу, и Вейси словно отмер: отступил назад и, пригласив войти, представил Поттеру свою жену. Вот она ему понравилась, и не красотой, а общим ощущением, располагающим и уютным. Что-то было в ней от Молли Уизли — может быть, фигура, может, цвет волос, а может, общая мягкость силуэта, бывшая, правда, в случае с миссис Уизли весьма обманчивой. Гарри пожалел, что не принёс с собой цветов — он не сделал этого умышленно, желая подчеркнуть исключительно деловой характер своего визита, но теперь подумал, что букет бы был сейчас уместен. Положение несколько спас Причард, вручивший Лорелей Вейси коробку с пирожными и тут же ненавязчиво поведший её вглубь дома, оставляя их с Леопольдом наедине.