Тёмная сторона луны

На сей раз фыркнул уже Поттер — а потом и Вейси, и Гарри похвалил себя за идею привести с собою Причарда. В принципе, можно было бы уже и уходить — но стол был накрыт на четверых, его ждали… ничего — не первая это трапеза в его жизни, что пройдёт не в самой дружелюбной атмосфере. А уж если вспомнить все официальные обеды, на которых он присутствовал, здесь и вовсе весело и мило.

Собственно, обед прошёл, вопреки опасениям Гарри, не так уж тяжело — главным образом, конечно, благодаря стараниям Причарда, развлекавшего их целый вечер, и мягкому обаянию хозяйки дома. Поттер смотрел на неё — и не понимал, как и почему она выбрала такого мужа. Мягкая, красивая той очень женственной и мягкой красотой, которая иногда встречается лишь у полных женщин, она, казалось, была до краёв наполнена безмятежностью и светом — и что могло её связать с человеком резким и авторитарным, он не понимал. Жалость, может быть? Но почему? Чтобы пожалеть, нужно подойти поближе — как так вышло? Было, впрочем, в этой Лорелей ещё что-то — что-то смутно знакомое, но ускользающее от идентификации. Взгляд, наверное, понял ближе к чаю Гарри. Он бы мог поклясться, что её прозрачные зелёные глаза видели намного больше, чем можно было бы вообразить, глядя на то, как она раскладывает еду в тарелки, и слыша её мягкий голос. Или, может быть, любовь: для того, чтобы её увидеть между этими двумя, достаточно было просто иметь зрение.

Впрочем, это было всё равно: личная жизнь Вейси была его личным делом, и разузнавать что-либо о его супруге Гарри не собирался. Допив чай, он попрощался, поцеловав руку хозяйке и пожав — хозяину, и ушёл.

Пора было приниматься за куда более сложное и, сказать по правде, интересное и важное дело.

Когда он ушёл, маленькая гостиная Вейси словно стала больше. Причард наконец-то замолчал и, оглядевшись, позвал:

— Кис-кис-кис… а где Барни?

— Я его закрыла в спальне, — сказала Лорелей, и оба мужчины удивлённым хором спросили:

— Почему?

— Поттер — человек, конечно, сложный, — добавил Грэхем. — Но я не могу представить, чтобы он обидел кота, тем более такого.

— Я подумала, что это будет выглядеть… слишком, — слегка покраснела Лорелей. — Ну зачем ему об этом знать? Ты против? — встревоженно спросила она Леопольда.

— Да нет, — он сжал её ладонь. — Нет, конечно… ты права, возможно, — он взмахнул палочкой, открывая дверь их спальни, и через несколько секунд в комнату вбежал, забавно топая, белый с серо-пегими отметинами крупный кот, у которого не было левой задней лапы и обоих ушей.

— Иди сюда, — Грэхем похлопал себя по коленям и, когда кот с неожиданной лёгкостью на них запрыгнул, протянул ему крохотный кусочек пирожного, который тут же исчез в розовой зубастой пасти.

— Ему нельзя сладкое! — мягко упрекнула его Лорелей.

— Это компенсация за заточение, — авторитетно заявил Грэхем, почёсывая устроившегося на его коленях кота под подбородком. — Как поговорили? — спросил он, искоса поглядев на Леопольда.

— Я не думаю, что Уильямсон меня возьмёт, — ответил тот, отщипнув кусочек бисквита и скатывая из него шарик, который начал беспорядочно катать пальцем по столу. — Нет, не из-за Поттера, а просто.

— Давай поспорим? — предложил Грэхем.

Вейси усмехнулся и, потянувшись через край стола, сжал руку Лорелей. И спросил:

— На что?

— На поездку на континент на Рождество, — нахально отозвался тот. — Кто выигрывает — тот всех нас везёт в Вену.

— Почему именно в Вену? — удивился Леопольд.

— У меня приятель там живёт, — бессовестно рассмеялся Грэхем. — А ещё там один из самых крупных магических кварталов и зимой есть снег. Мы, конечно, остановимся в гостинице, но мой приятель нам с радостью там всё покажет.

— Так, если меня примут на работу, я же буду занят, — возразил Леопольд.

— Так каникулы же, — удивился Грэхем. — И я тоже пару дней возьму. Мы ненадолго — скажем, на уикенд плюс день-другой.

— Ну договорились, — Леопольд протянул ему руку и, пожимая ладонь Грэхема, предупредил:

— Готовь деньги.

— Сам готовь, — Грэхем подмигнул Лорелей и, отщипнув от остатков своего пирожного ещё кусочек, решительно отдал его громко заурчавшему коту.

Глава 30

Малфой Поттера уже ждал — в лёгких светлых брюках и без сюртука, в одной рубашке, он выглядел, на взгляд Поттера, немного… неодетым.

— Там жара, — предупредил он.

— Переодевайте, — махнул рукой Поттер, позволяя Малфою трансфигурировать его одежду. Он нервничал и волновался — и сам над собой смеялся из-за этого, потому что ощущал себя слегка мальчишкой, школьником, вызванным… нет — самостоятельно идущим напроситься на отработки у самого ужасного профессора. А вот интересно, как воспринимали Снейпа на нейтральных факультетах? Фоссет, что ли, расспросить? Только надо будет как-то объяснить столь странные вопросы.

— Отправляемся? — Люциус подбросил на ладони фигурку какой-то птицы.

Поттер кивнул — и через секунду на него обрушилось яркое горячее солнце, тёплый ветер, крики чаек и шум моря. Океана, поправил он себя. Это Тихий океан.