Тёмная сторона луны

— Нет, я помню, — Гарри даже не пытался сдержать удивления — и от того, что это имя вообще вдруг всплыло, и от того, что Снейп, оказывается, так хорошо помнит всех своих учеников. Или же не всех? — При чём тут она?

— Она ни при чём, — Снейп нахмурился. — Вы мне скажете, что произошло?

— Это долго, — вздохнул Гарри. — Как вы про неё узнали?

— От мисс Фоссет, — коротко и почти предсказуемо ответил Снейп. — Итак?

Поттер чуть вздохнул — и начал рассказывать. Говорил он долго — Снейп слушал, не перебивая и не задав ни одного вопроса. И, лишь когда Гарри закончил, вдруг сказал:

— Я бы посмотрел её. Возможно, я смогу что-нибудь сделать.

Гарри замер, буквально ощущая, как его сердце пропускает удар — а потом начинает быстро-быстро колотиться.

— Я вас провожу, — сказал он, старательно давя охватившую его надежду. — Вас ведь знают в Мунго — вряд ли они станут возражать… хотя, знаете — будет лучше, если это сделает Фоссет. Её знают — и она единственная, кого подпускает к себе Риона. Сандра наверняка сможет убедить её родителей.

— Так пойдёмте, — Снейп поднялся. — Полагаю, для осмотра довольно согласия ведущего её целителя или заведующего отделением.

— Спасибо вам, — искренне проговорил Гарри. — Если б вы смогли… они ничего не могут сделать, — тихо признал он. — Стараются — но мы же видим, что от этого нет толку.

— Я ничего не обещаю, — резковато напомнил Снейп. — Пока просто посмотрю.

— Подождите минуту — я сейчас приведу Сандру, — Поттер буквально вылетел за дверь — и увидел сидящих в приёмной Причарда и Фоссет, тут же с любопытством на него воззрившихся. — Забирай воспоминания, — велел Гарри Грэхему. — А мы с тобой сейчас пойдём в Мунго, — сказал он Сандре. — Мистер Маузо предложил посмотреть О'Нил.

— Но откуда… — начала было Фоссет, вскакивая, но махнула рукой, — а, неважно. Думаешь, он сможет?

— Он известный целитель, — ах, как же сейчас Гарри жалел, что не может сказать правду! Фоссет бы поверила — она-то знала Снейпа даже лучше, чем он сам, потому что дольше у него училась. — Я сам попросил его, — солгал он. — По крайней мере, хуже он не сделает.

— Спасибо, — она стиснула его руку и порывисто распахнула дверь кабинета.

В Мунго было пустовато и довольно тихо. Большинство как посетителей, так и врачей уже ушли, и Гарри, бессовестно используя собственное служебное положение, пришлось срочно добиваться вызова заведующего и ведущего О'Нил целителя. И, пока они их ждали, он отвёл Снейпа-Маузо в сторону и, наложив заглушающие чары, спросил:

— Как вы всё-таки узнали? Вы должны были смотреть один вечер и ту ночь — О'Нил там и близко не было.

— Это вы так полагаете, — после некоторой паузы ответил Снейп. — Она думала о ней — и делала это достаточно ярко для того, чтобы это отразилось в памяти. Пришлось поинтересоваться. Вы предъявите претензию?

— Нет, конечно, — вздохнул Гарри. — Фоссет я сказал, что сам вас попросил — я надеюсь, вы поддержите эту версию при случае.

К его удивлению, Снейп кивнул — но больше до появления целителей не проронил ни слова. Впрочем, он и с ними не был слишком разговорчив — хотя нужды в этом не было: никто и не подумал возражать против его кандидатуры. Удивились разве что немного неожиданному появлению — но, как решил Гарри, всё списали на его, поттеровскую, спонтанность и счастливый случай, приведший самого Маузо в Лондон.

Наконец Маузо-Снейп скрылся в палате О'Нил — предварительно остро глянув на Поттера и остальных и предупредив:

— Никаких прозрачных стен и прослушивающих чар. Не мешайте.

Когда он ушёл, Фоссет села на скамью возле двери и сказала Поттеру:

— Я подожду здесь.

— А если он всю ночь работать будет? — спросил Гарри почти безнадёжно, в общем-то, уже зная ответ — и не удивился, когда услышал повторное:

— Я подожду.

Глава 34

Дом, в котором поселился Сириус, стоял в тупике, куда никогда не заходили магглы или кошки, но где с недавних пор полюбили лежать бродячие собаки. Магглов и кошачьих они отпугивали не хуже специальных чар — впрочем, те тоже вполне работали, может быть, в свою очередь защищая псов от возможного отлова.

Подойдя к двери — тяжёлой, старой, с медной ручкой в виде головы козла с красивыми витыми рогами, образовывающими кольцо — Гарри тихо постучал. Было уже почти одиннадцать, но уж чего-чего, а официальности в их отношениях с Сириусом, к счастью, пока не появилось, и Гарри решил, что прийти так поздно лучше, чем вовсе не явиться. И, судя по тому, насколько быстро отворилась дверь, видимо, был прав.

На открывшем ему Сириусе была невозможно яркая, пёстрая рубашка — словно какой-то художник опрокинул на неё всю коробку с красками, а потом беспорядочно их перемешал.

— Привет, — сказал Гарри. — Можно войти?

— Я решил, ты не придёшь, — Сириус отступил назад, впуская его в дом. — Входи.

Внутри было так же пусто, как и прежде: в длинном и довольно узком холле была только вешалка для одежды да обитая вытертой тканью скамейка. Ничего не изменилось здесь с последнего посещения Гарри — когда это было? Месяц назад? Больше?