Темнота

Полуденное солнце сморило меня и придя домой, я быстро уснул. Сон мой был беспокойным, то и дело возникали разные видения и образы. Дети водили хороводы и пели песни на зеленых лужайках, освещенных ярким солнцем. Затем я видел их уже взрослыми, они пытались вернуться в хоровод новых детей, но какая-то непреодолимая сила мешала им это сделать, и они исчезали, снова превращаясь в детей, — и так по кругу. Став взрослыми, они кричали, почему здесь так темно, они не видели солнца и ходили выставив вперед руки, словно слепые. Среди детей я разглядел ту самую девушку с портрета. Она была обворожительным ребенком. На ее головке красовался венок со сплетенными полевыми цветками. Ей было очень весело, ее возгласы были самыми громкими, а смех самым заразительным. Другие взрослые, не пытавшиеся найти свое потерянное место в хороводе, смотрели на нее издалека и улыбались. Но время шло, один из этих взрослых пытался забрать ее из хоровода. Она плакала и громко кричала. Ей не хотелось уходить. Затем в один миг она сама стала взрослой. И тут картина повторилась. Она стала кричать, что здесь очень темно, пыталась вернуться и играть с остальными детьми. Но они лишь смеялись над ней и отталкивали ее. Затем я видел ее портрет, он висел в темной комнате. Кто-то читал над ним стихи, подобные эпитафии. До меня долетали лишь обрывки. Следом я вновь увидел лужайку с детьми, но ее там уже не было. Зато там был я… Чувство неподдельного ужаса завладело мной, когда я увидел себя ребенком. Собрав всю свою волю, мне удалось наконец проснуться.

Я поднялся с кровати в поту, сердце бешено колотилось. Встав к открытому окну и выпив воды, я пришел в себя. Холодный душ окончательно стряхнул с меня остатки нервного оцепенения, и я вышел на прогулку.

Жара тем временем спала, и я не спеша шел в сторону уединенного озера, где любил сидеть вечером в ожидании огненно-оранжевого заката.

Шум города стих. Все меньше людей попадались мне навстречу. Жаркий день многих утомил. Проходя мимо зеленой аллеи, я увидел, как на лужайке играла группа детей с маленьким щенком. Один из ребятишек одел на себя пустую коробку и пытался в ней ходить, чем вызвал недоумение щенка и его еще как следует не прорезавшийся лай.

Это напомнило мне недавний сон и мне стало не по себе.

Но вот я добрался до места назначения и присел на бревно у берега. Солнце застыло прямо над горизонтом. Я ощущал его прощальные лучи на лице. Целую ночь я не увижу солнце. А именно оно спасало меня от скуки и хандры, во всех смыслах освещало мое существование и давало радость. Застыв над горизонтом, огромный раскаленный шар волнами изливал потоки своего тепла на многоэтажные дома, которые будут разбужены к новому дню появлением на своих крышах первыми его лучами.

Солнце постепенно начало пропадать за домами, становилось прохладнее.

Вдруг я услышал позади себя звук приближающихся шагов. В тот же миг рядом со мной оказался тот мужчина с кафе и сел на бревно рядом со мной.

Казалось, он не обращал на меня внимания. Он смотрел себе под ноги и что-то чертил палочкой на песке.

— Правда, красиво? — спросил он меня, не поворачивая головы.

— Да, очень. — ответил я, продолжая созерцать умирающее в моих глазах исполинское светило.

— Один из древних философов сказал, что он пришел в этот мир, чтобы видеть солнце. Великолепно сказано. Наверное, очень тяжело быть лишенным этой возможности. Как ты думаешь?

— Да, думаю, это непросто — ответил я. Мне становилось не по себе от его слов.

— В кафе я видел, как ты смотрел на одну картину. Она тебе понравилась?

— Вы тоже ее видели? — воскликнул я, обернувшись к нему всем телом.