Фандом: Гарри Поттер. Когда прошлое и настоящее сплелись в клубок, тогда все чаще приходят воспоминания
51 мин, 57 сек 10275
Гарри все же попытался встать, опираясь на плечо отрешенно глядящего в сторону окна Снейпа, но сил не хватило. Между тем Рон и Гермиона кричали друг на друга: Уизли пытался доказать, что «эту мерзкую слизеринскую гадюку» следует тотчас отправить вслед за хозяином, девушка пыталась его образумить. Конец их спору положил Снейп.
— Мисс Грейнджер, — вроде бы негромко сказал он, однако его голос перекрыл крики Рона, в которых уже стали проскальзывать истерические нотки. — У вас есть восстанавливающее зелье?
Гермиона тут же начала рыться в своем ридикюле, осадив снова заладившего свое Рона:
— Рональд Уизли, прекрати истерику. Твоему другу требуется помощь, а ты тут скандал устроил!
Убедившись, что Гарри падать не собирается, Снейп отошел к окну, встал там, скрестив руки на груди и повернувшись спиной к присутствующим. Гермиона выудила несколько склянок, одну протянула Рону, вторую вручила Гарри, проследила, чтобы парни выпили все. А вот третью почти насильно вручила Снейпу.
— Мисс Грейнджер, порой с вами легче согласиться…
— Особенно когда она права, — закончил за него Гарри.
Уже потом, лежа в тишине Больничного крыла, почти не пострадавшего в ходе битвы, Гарри вспоминал сегодняшний день. Рона, скептически выслушивающего сухое сообщение о том, как именно была убита Нагини («К счастью, у меня при себе был клык василиска, именно им я и воспользовался, когда змея на меня кинулась»), и косые взгляды от всех присутствующих в сторону Гарри, который изо всех сил старался сделать вид, что он тут не при чем. Перед глазами вставала Гермиона, сердито отчитывающая находящихся в комнате и убеждающая, что им всем просто необходимо обратиться к мадам Помфри. И то, как он, Гарри, ругался с Кингсли, едва только аврор заикнулся об аресте Снейпа.
— О-о-о, так в этом я могу помочь!
И Гарри, невзирая на протесты Снейпа, впрочем, довольно вялые, коротко изложил суть взаимоотношений Рона Уизли и Маркуса Флинта. И то, что в Хогвартсе все было нормально — за исключением того, что страстный болельщик Рон крайне негативно относился ко всем игрокам команд-противников, и то, что именно из-за Маркуса Рон не попал в Хижину вместе с Гарри.
— На нас напали как раз, когда мы бежали, и Рон с Гермионой остались. Она потом сказала, что применялись только оглушающие… Точнее, ничего смертельного не применялось, но… В общем, они оглушили нападавшего, связали, Рон сорвал с него капюшон и… Ну, ты помнишь, что было на суде…
— Помню.
Порою Гарри казалось, что война все еще продолжается. Да так и было на самом деле — победители судили побежденных.
— Я устал, — признался как-то он Гермионе.
Она сочувственно обняла его, погладила по спине. Гарри был искренне благодарен Гермионе за участие, за то, что она поддержала его решение: он был настроен сделать так, чтобы были осуждены только те, на ком было слишком много крови.
— Я не знаю, что мне делать. Каждый сейчас говорит, что его принуждал Волдеморт.
Гарри бессильно уронил голову на руки.
— Значит, ты должен решить, кому стоит верить, а кому нет, — тихо произнесла Гермиона.
— Верить?
Из глубин памяти всплыла сцена — он сам, взъерошенный и негодующий, кричит, сжимая палочку, задыхаясь от ненависти:
— Снейп! Он верил тебе! Сражайся, ты, трус!
Выражения глаз противника не понять, виден лишь черный силуэт на фоне горящей хижины Хагрида…
— Гермиона, ты гений! Я знаю, к кому могу обратиться!
И Гарри выскочил за дверь.
Снейпа не упекли в тюрьму: Кингсли поверил Поттеру, горячо защищавшему профессора, но и на свободе не оставили — Снейп пребывал под домашним арестом. Гарри прекрасно об этом знал и сразу же аппарировал к дому в Паучьем тупике. Дом был тих и производил впечатление нежилого. Гарри постучал в дверь, потом еще раз.
— Деваться ему все равно некуда, — тихо ворчал он себе под нос, колотя в дверь уже без остановки.
— Ну конечно, — дверь распахнулась так резко, что Гарри чуть не упал. — Кто еще мог столь бесцеремонно ломиться ночью в чужой дом. — Голос Снейпа сочился ядом.
— Простите, профессор, — Гарри почувствовал себя виноватым, но лишь на пару секунд. — Мне нужна ваша помощь.
— Ночью? — ехидно уточнил Снейп. — И что же я должен делать? Бросить все и греть вам… Впрочем, не важно.
— Нет. Вы мне можете рассказать, кто из приспешников Волдеморта не заслуживает наказания? Или, — предвосхищая возражения Снейпа, быстро добавил Гарри, — кто заслуживает его менее других?
— Проходите.
Они сидели в уже знакомой Гарри гостиной, и Снейп, полузакрыв глаза и откинувшись на спинку кресла, все говорил и говорил. Пламя горящих свечей отбрасывало резкие тени вокруг, и Гарри не отводил глаз от лица собеседника, глядя на сменяющие друг друга призрачные маски.
— Мисс Грейнджер, — вроде бы негромко сказал он, однако его голос перекрыл крики Рона, в которых уже стали проскальзывать истерические нотки. — У вас есть восстанавливающее зелье?
Гермиона тут же начала рыться в своем ридикюле, осадив снова заладившего свое Рона:
— Рональд Уизли, прекрати истерику. Твоему другу требуется помощь, а ты тут скандал устроил!
Убедившись, что Гарри падать не собирается, Снейп отошел к окну, встал там, скрестив руки на груди и повернувшись спиной к присутствующим. Гермиона выудила несколько склянок, одну протянула Рону, вторую вручила Гарри, проследила, чтобы парни выпили все. А вот третью почти насильно вручила Снейпу.
— Мисс Грейнджер, порой с вами легче согласиться…
— Особенно когда она права, — закончил за него Гарри.
Уже потом, лежа в тишине Больничного крыла, почти не пострадавшего в ходе битвы, Гарри вспоминал сегодняшний день. Рона, скептически выслушивающего сухое сообщение о том, как именно была убита Нагини («К счастью, у меня при себе был клык василиска, именно им я и воспользовался, когда змея на меня кинулась»), и косые взгляды от всех присутствующих в сторону Гарри, который изо всех сил старался сделать вид, что он тут не при чем. Перед глазами вставала Гермиона, сердито отчитывающая находящихся в комнате и убеждающая, что им всем просто необходимо обратиться к мадам Помфри. И то, как он, Гарри, ругался с Кингсли, едва только аврор заикнулся об аресте Снейпа.
04. У меня отнять можно только страх
— Боюсь, что я не могу постичь весь ужас… или комизм ситуации, в которой оказался младший Уизли, — сказал Снейп несколькими днями позже, когда Гарри, то ли желая вызвать сочувствие к Рону, то ли желая рассмешить самого Северуса, рассказывал о бурной жизни спортивного отдела.— О-о-о, так в этом я могу помочь!
И Гарри, невзирая на протесты Снейпа, впрочем, довольно вялые, коротко изложил суть взаимоотношений Рона Уизли и Маркуса Флинта. И то, что в Хогвартсе все было нормально — за исключением того, что страстный болельщик Рон крайне негативно относился ко всем игрокам команд-противников, и то, что именно из-за Маркуса Рон не попал в Хижину вместе с Гарри.
— На нас напали как раз, когда мы бежали, и Рон с Гермионой остались. Она потом сказала, что применялись только оглушающие… Точнее, ничего смертельного не применялось, но… В общем, они оглушили нападавшего, связали, Рон сорвал с него капюшон и… Ну, ты помнишь, что было на суде…
— Помню.
Порою Гарри казалось, что война все еще продолжается. Да так и было на самом деле — победители судили побежденных.
— Я устал, — признался как-то он Гермионе.
Она сочувственно обняла его, погладила по спине. Гарри был искренне благодарен Гермионе за участие, за то, что она поддержала его решение: он был настроен сделать так, чтобы были осуждены только те, на ком было слишком много крови.
— Я не знаю, что мне делать. Каждый сейчас говорит, что его принуждал Волдеморт.
Гарри бессильно уронил голову на руки.
— Значит, ты должен решить, кому стоит верить, а кому нет, — тихо произнесла Гермиона.
— Верить?
Из глубин памяти всплыла сцена — он сам, взъерошенный и негодующий, кричит, сжимая палочку, задыхаясь от ненависти:
— Снейп! Он верил тебе! Сражайся, ты, трус!
Выражения глаз противника не понять, виден лишь черный силуэт на фоне горящей хижины Хагрида…
— Гермиона, ты гений! Я знаю, к кому могу обратиться!
И Гарри выскочил за дверь.
Снейпа не упекли в тюрьму: Кингсли поверил Поттеру, горячо защищавшему профессора, но и на свободе не оставили — Снейп пребывал под домашним арестом. Гарри прекрасно об этом знал и сразу же аппарировал к дому в Паучьем тупике. Дом был тих и производил впечатление нежилого. Гарри постучал в дверь, потом еще раз.
— Деваться ему все равно некуда, — тихо ворчал он себе под нос, колотя в дверь уже без остановки.
— Ну конечно, — дверь распахнулась так резко, что Гарри чуть не упал. — Кто еще мог столь бесцеремонно ломиться ночью в чужой дом. — Голос Снейпа сочился ядом.
— Простите, профессор, — Гарри почувствовал себя виноватым, но лишь на пару секунд. — Мне нужна ваша помощь.
— Ночью? — ехидно уточнил Снейп. — И что же я должен делать? Бросить все и греть вам… Впрочем, не важно.
— Нет. Вы мне можете рассказать, кто из приспешников Волдеморта не заслуживает наказания? Или, — предвосхищая возражения Снейпа, быстро добавил Гарри, — кто заслуживает его менее других?
— Проходите.
Они сидели в уже знакомой Гарри гостиной, и Снейп, полузакрыв глаза и откинувшись на спинку кресла, все говорил и говорил. Пламя горящих свечей отбрасывало резкие тени вокруг, и Гарри не отводил глаз от лица собеседника, глядя на сменяющие друг друга призрачные маски.
Страница 6 из 15
