Миллиардер Джон Фэррингтон одержим идеей оскорбить Бога настолько, чтобы тот пожелал явиться к нему лично. Фэррингтон похищает священников и монахинь и вовлекает в сексуальные оргии с участием самых тяжелых генетических калек, каких ему только удается найти.
119 мин, 54 сек 9614
Вода нагревалась. В бассейне не было легковоспламеняющихся поверхностей. От стен до потолка все было покрыто 40-сантиметровой мраморной плиткой «Джало Антиква», привезенной из Италии, которая мешала огню распространяться. Но остальная часть дома полыхала, и температура воды быстро приближалась к точке кипения.
Окна лопнули от жары. Двое журналистов выскочили из бассейна и со всех ног бросились наружу. Из-за сильной жары кожа у них покрылась волдырями. Глаза слезились, отчего все казалось размытым. Зажмурившись, они нырнули вперед головой в разбитые окна.
Уэстмор пролетел сквозь ряд кустов и выкатился на полукруглую подъездную дорожку, где по-прежнему стоял лимузин, доставивший их в этот дурдом. Он огляделся в поисках Брайанта, но того нигде не было видно. Затем посмотрел на окно, из которого только что выпрыгнул и увидел коллегу. Тот сидел, скорчившись на подоконнике… опутанный щупальцами. Глаза у журналиста вылезли из орбит, а из ушей торчали мозги. Щупальца медленно сжимались, ломая и дробя ему кости.
— Джеймс! Неееет! — закричал Уэстмор, увидев, как тело Брайанта исчезает в огне. Спустя несколько мгновений весь особняк рухнул.
Прошло больше года, прежде чем Уэстмор вернулся на то место, где когда-то стоял особняк Фэррингтона. Все это время его осаждали просьбами об интервью о кровожадном фанатике и запредельными предложениями о покупке сделанных им в особняке снимков. Но Уэстмор всем отказал. Он не мог заставить себя как-то наживаться на произошедшем здесь. И более того, не хотел, чтобы была обнародована история этого безумца. Именно ради этого тот привез их сюда. Чтобы рассказать свою историю. Вот почему погиб Брайант. Уэстмор не доставит этому сумасшедшему удовольствие. Он заберет эту историю с собой в могилу. И все же он хотел сделать один последний снимок. Это будет единственное, опубликованное им фото этого места.
Ричард Уэстмор осторожно пробирался через щебень и пепел, оставшиеся от поместья Фэррингтона. В конце концов, он нашел место, где держали калек, где творились неописуемые зверства. И там, как и сказал ему ангел, цвел белый лотос. Солнце выглянуло из-за туч, и Уэстмор обратил свой взор к небу. Улыбнувшись, он вытер с глаза слезу, опустился на колени и сделал снимок.
Окна лопнули от жары. Двое журналистов выскочили из бассейна и со всех ног бросились наружу. Из-за сильной жары кожа у них покрылась волдырями. Глаза слезились, отчего все казалось размытым. Зажмурившись, они нырнули вперед головой в разбитые окна.
Уэстмор пролетел сквозь ряд кустов и выкатился на полукруглую подъездную дорожку, где по-прежнему стоял лимузин, доставивший их в этот дурдом. Он огляделся в поисках Брайанта, но того нигде не было видно. Затем посмотрел на окно, из которого только что выпрыгнул и увидел коллегу. Тот сидел, скорчившись на подоконнике… опутанный щупальцами. Глаза у журналиста вылезли из орбит, а из ушей торчали мозги. Щупальца медленно сжимались, ломая и дробя ему кости.
— Джеймс! Неееет! — закричал Уэстмор, увидев, как тело Брайанта исчезает в огне. Спустя несколько мгновений весь особняк рухнул.
Прошло больше года, прежде чем Уэстмор вернулся на то место, где когда-то стоял особняк Фэррингтона. Все это время его осаждали просьбами об интервью о кровожадном фанатике и запредельными предложениями о покупке сделанных им в особняке снимков. Но Уэстмор всем отказал. Он не мог заставить себя как-то наживаться на произошедшем здесь. И более того, не хотел, чтобы была обнародована история этого безумца. Именно ради этого тот привез их сюда. Чтобы рассказать свою историю. Вот почему погиб Брайант. Уэстмор не доставит этому сумасшедшему удовольствие. Он заберет эту историю с собой в могилу. И все же он хотел сделать один последний снимок. Это будет единственное, опубликованное им фото этого места.
Ричард Уэстмор осторожно пробирался через щебень и пепел, оставшиеся от поместья Фэррингтона. В конце концов, он нашел место, где держали калек, где творились неописуемые зверства. И там, как и сказал ему ангел, цвел белый лотос. Солнце выглянуло из-за туч, и Уэстмор обратил свой взор к небу. Улыбнувшись, он вытер с глаза слезу, опустился на колени и сделал снимок.
Страница 34 из 34
