The Lost Time

Не могу понять, Бакаев рад, что его отец приехал или как? Да ну, рад конечно, кота своего же он не бросит.

— Спасибо, пап, — улыбается он, выходя в прихожую. — Егор, благодарю, что приютил. Я пойду, во второй половине дня у меня еще встреча назначена.

— Иди уж, деловой ты наш, — бурчу я. Вот не может не педалировать своим положением.

— Пап, — говорит он, — я к тебе заеду вечером? — и, дождавшись утвердительного кивка, добавляет. — С сестрой хочется подружиться.

Блин… Говорил же Лорке, что надо рассказать ему, еще в самом начале, когда Верка совсем мелкой была, говорил… Наступив себе на горло, между прочим. Но не, сестра уперлась рогом и ни в какую. Дура. И с Лешей они сильно из-за этого ссорились. Нет, Верочку он не просто любит — души в ней не чает, и Лорку любит, несмотря на все ее закидоны и взбрыки. Но ему, как патологически честному человеку, тяжело обманывать собственного сына… Сестрица моя упертая… Капец просто.

Нет, сегодня же поеду ей мозги вправлять. Мне такое положение вещей крайне не нравится, и я полностью поддерживаю Лешу. Доносчиком быть не хочу, пусть сама расскажет.

Пожимаю Леше руку на прощание и закрываю за ними дверь.

За спиной тут же раздается какой-то странный звук, оборачиваюсь и натыкаюсь на внимательный взгляд Сереги.

— Чего? — возмущаюсь я.

— Да нет, ничего. — тушуется он. Но тут же добавляет. — Молодец.

— А что, считаешь, что я должен был его на улицу выгнать?!

— Все нормально. — Серый уходит в комнату.

— Что такого?!

— Ничего-ничего…

Вот и поговорили.

— Лор, а тебе не кажется, что ты поступаешь непорядочно? — спрашиваю я в лоб.

— По отношению к кому? Ты о чем вообще? — сестра недоуменно хлопает глазами.

— К Косте, к кому же еще. Он уже неделю как в городе, а ты ему так про Верочку ничего не рассказала.

— Егор, сколько раз тебе повторять, — вскидывается сестра, — Вера — моя дочь, выносить и родить ее было только моим решением.

— А, значит, Верку тебе ветром надуло, да? Или скажешь, что не он тебя трахнул?

— Не смей со мной разговаривать в таком тоне! — повышает она голос, да так, что весь двор на нас оборачивается. — Я не собираюсь ему о ней рассказывать.

— А о Коте ты подумала? Или о муже своем? Один ничего не знает, а другой должен глаза отводить, когда Костя с таким восторгом начинает говорить про свою «сестру»! О Леше хотя бы позаботься, он же любит тебя, дура! Он женился на тебе, прекрасно зная, от кого ты залетела. И Верку он обожает, растит ее как дочку родную.

— Она ему и так родная.

— Ага, только внучка. Незначительная поправочка, не так ли?

— Егор, задолбал! Честно! — ее голос начинает дрожать. — Вот зачем ему об этом рассказывать? Мне не нужны алименты. Пусть лучше думает, что Верочка… И вообще, ты о ребенке моем подумал? Представляешь, какого ей будет узнать, что ее любимый папа и не папа вовсе, а очень даже дедушка?!

— Да лучше пусть сейчас узнает, чем потом! Возраст у нее пока такой, она это примет, потому что мама так сказала и все. А потом вопросы пойдут из цикла: «Мамочка, значит, ты меня не любишь?». Тебе сейчас надо показать дочке, что ты ее обожаешь, и то что вы с отцом ее не планировали, никак не влияет на твои чувства к ней.

— Я, вообще-то, так и делаю!

— Где? Не вижу! Пока Верка в садике, ты ее не видишь, она возвращается — ты отправляешь ее играть, а сама садишься ваять свою гейскую херню. Сейчас же ты вообще второго ждешь и не вылазишь из больницы. Когда ты матерью нормальной-то станешь?

— Ты рассказы мои не трогай. Сам педик, а еще что-то мне говорить смеешь. А своего ребенка я сама разберусь как воспитывать.

— Ну ты и сука, сестренка, — вырывается у меня. — Значит сама меня всеми руками и ногами пихала Косте в постель, потом всячески поощряла отношения с Мишей, а теперь еще что-то говоришь про мою ориентацию? Да у тебя уже бзик на этой почве. Чему ты детей научишь?!

— Иди ты знаешь куда?! — кричит Лора и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, уходит со двора в здание.

Черт… И ведь хотел просто поговорить… Почему каждый наш разговор на эту тему заканчивается скандалом?

Да мне Лешу жалко, видно же, что человек страдает. А Лора, блин, дура. Блондинка… Так, все, забыли… Нужно успокоиться и ехать домой статью дописывать, а то скоро срок сдачи номера подойдет, а у меня рубрика еще не готова.

Константин

Честно говоря, совсем не хотелось переться на эту встречу, но пришлось. Вот теперь приходится сидеть и слушать тот сладкий бред, что Брент несет перед инвесторами. Он так перед ними растекается, что впору блюдечко подставлять. Я предпочитаю более сухой стиль общения, поэтому он меня к таким важным переговорам не подпускает. Отшучивается, что я своей серьезностью всех спонсоров распугаю.

Наконец этот нудный ужин подходит к концу, правда, времени уже десять вечера и ехать к отцу сейчас уже смысла нет. Лучше завтра. Поэтому я отсылаю ему сообщение с извинениями, и мы отправляемся в номер Брента.

— Выглядишь уставшим, — говорит друг, закрывая дверь.

— Чувствую себя не лучше. Выпивкой угостишь?