The Lost Time

А тема-то понравилась народу. Три девицы из модных журналов тут же попытались выяснить подробности личной жизни мистера Беккета, одна даже попыталась назвать его Стеном, но Костя быстро их обломал, заявив, что не собирается разглашать детали. Дальше разговор перешел на обсуждение коллекций и дизайнеров фирмы. И тут выяснилась одна интересная подробность. Оказывается, Кот в скором времени планирует зарегистрировать Jhon's как модный дом и самолично создать эскизы к новой весенней коллекции. Удивил, нечего сказать. Даже я об этом не знал. Ну ничего, на нем я еще дома отыграюсь.

Пресс-конференция заканчивается только через полтора часа и то, не все успокоились и продолжали задавать вопросы даже после того, как ведущий объявил, об окончании. Мы все плавно переместились в другой зал, где уже в центре возвышался подиум. Да неплохо они ремонт сделали. И ведь не скажешь, что еще месяц назад здесь были только голые стены и груды мусора по углам. Мы рассаживаемся. Мне достается место рядом с Михом и Инной. Шеф молчит и старается вообще на меня не смотреть. Его дражайшая супруга о чем-то трещит не замолкая. Не вслушиваюсь даже, для меня ее голос просто раздражающий шум, с которым ты ничего не можешь поделать. Но нервы сдают у Миха и он рычит на нее, чтобы была потише. До меня доносится ее возмущенный дундеж. Вот, спрашивается, зачем он притащил ее сюда? А ну да, крутым бизнесменам ведь положено приходить на светские рауты вместе с женами.

В зале гаснет свет и начинает играть музыка. Как там в песне было? The show must go on? … Тогда будем наслаждаться. Модели бодро отбивают чечетку каблуками, принимают красивые позы, а наш фотограф бодро скачет рядом, пытаясь сделать как можно больше удачных кадров. На самом деле коллекция неплохая, насколько я могу судить, стиль Jhon's поменялся в лучшую сторону, раньше была махровая классика: рубашки поло, свободные блузки и юбки-карандаши. Сейчас же она больше похожа на коллекцию Ив Сен Лорана «Le Smoking». Мужской крой женских костюмов на субтильных телах манекенщиц выглядит даже соблазнительно, придавая плоским фигуркам легкий налет андрогинности. А уж когда на подиум выходят парни я готов просто слюной захлебнуться. Они такие… Даже слов не подобрать. Особенно мне нравятся пиджаки на обнаженных мускулистых торсах. Финальный аккорд, модель в вечернем платье закрывает показ и на сцену выходят дизайнер и Кот, раскланиваются, а я все еще сижу с открытым ртом и не могу перевести дыхание. Это ж надо было так… Возбудиться. Действительно в этой коллекции присутствует своя особая энергетика, от которой захватывает дух.

Нас приглашают на экскурсию по магазину. На самом деле я впечатлен. Это даже не бутик, это какой-то торговый комплекс на три этажа выходит. Тут и повседневная и вечерняя одежда представлена, к тому же есть свадебный зал и одежда для детей. Костя действительно серьезно подошел к расширению бизнеса. И я уверен, что у него все получится, уж я приложу к этому все свои усилия.

— Что скажешь? — рядом со мной возникает виновник торжества.

— Я поражен, — а что тут еще можно сказать?

— Надеюсь, в хорошем смысле?

— Не то слово. Ты действительно постарался.

— А были сомнения?

— Никогда, — отвечаю я, улыбаясь.

Он кивает и молча уходит. А нас тем временем приглашают на фуршет. За что люблю такие мероприятия — еда и алкоголь за счет заведения. Наблюдаю, как Костю окружила толпа журналистов и тихо радуюсь, что избавлен от этой проблемы. Эксклюзив у меня уже есть, а подробней о показе я и дома расспросить смогу. Снимаю с подноса официанта бокал с виски и делаю осторожный глоток. Я не планирую напиваться, но видимо машину придется оставить в городе. Ну что ж, возьму такси, а завтра либо сам за ней съезжу, либо Лорку попрошу. Ей как раз нужно было в город.

Курить хочется ужасно, поэтому я иду к выходу на улицу, попутно пытаясь нащупать в кармане пачку. Прохладный ветерок, слишком теплый для конца октября, приятно освежает. Чиркает зажигалка и легкие наполняет горький дым.

— Я присоединюсь? — оборачиваюсь на голос — ну кто бы сомневался.

— Ты босс. Делай что хочешь, — пожимаю плечами.

— Так не пойдет. Мы же друг другу не чужие, — говорит Мих, опираясь на стену и глядя вверх на небо. И не жалко ему дорогого костюма? Испортит ведь.

— А ты об этом когда-нибудь вспоминал? — а ведь мне действительно интересно, что он чувствует. Ведь все три года, что мы были вместе, он никогда не позволял себе проявлять лишних эмоций.

— Всегда. Егор, не злись на меня, ладно? — непривычно, аж мурашки по спине пробежали от звука его голоса.

— А за что мне на тебя злиться? — у меня даже получается казаться спокойным. — Ты же изначально очертил границы. Я тебе никто. Ты просто меня трахал, а на чувства я права не имел никогда.

— Только не передергивай.