Фандом: Гарри Поттер. В 7-й книге, из письма Лили, написанного Сириусу, Гарри узнал, что у его родителей был кот. Здесь рассказывается история этого кота.
65 мин, 27 сек 14052
— Лучше не вмешивайся, трусливый книззл.
Конечно. Вот мой личный дементор.
Вчера я весь день не находил себе места. Может, Гарри это заметил, а может — ему самому хотелось выговориться.
— Послушай, Косолап, — начал он, поглаживая мне шерсть, — я понимаю, что ты переживаешь за Гермиону и вообще волнуешься насчёт завтрашнего. Но у меня предчувствие, что всё кончится хорошо. Ну вот, заговорил как Трелони… Понимаешь, только хозяин палочки сможет исправить то, что она натворила. А Рон… Наверное, ему придётся нелегко, но мы же все будем рядом. Да и сам он — далеко не слабак…
Гарри долго говорил, убеждая не столько меня, сколько себя. А я всё сильнее убеждался в том, что завтра мой кошмар сбудется. И чем больше я об этом думал, тем отчётливее понимал: я не должен избегать того, что произойдёт.
Впрочем, сегодня моей решимости поубавилось. И зачем я только решил остаться в комнате? Рыжий совершенно точно не справится с этой чудовищной палочкой. И не потому, что трус. Просто он слишком восприимчив к тёмной магии. Как и я. Может, именно поэтому я пытаюсь его оправдать, вместо того, чтобы сделать что-нибудь самому?
А что я могу? Тем более, сидя на шкафу. Броситься на эту палочку? В принципе, не так уж и сложно. Главное — рассчитать траекторию и красиво упасть Рыжему на руку. Он выронит палочку и освободится от её влияния. Вроде бы, должно получиться. Я уже приготовился к прыжку, как вдруг:
— Лучше не вмешивайся, трусливый книззл.
Она говорит в моей голове?
— Да, книззл. Не советую изображать из себя героя. Тебе со мной не справиться.
Я прыгну. Прыгну. Прямо сейчас. И не буду её слушать.
— Ты ничего не сможешь мне сделать. И ты это знаешь.
— Но почему ты не подчиняешься Рыжему? Ведь он — твой хозяин?
— Он никогда не станет для меня настоящим хозяином, сколько бы ни пытался. Я служу только своей Госпоже.
— Но как же…
— О, да. Этот предатель чистокровных произнёс формулу владения, и я не могу действовать вопреки его воле. Зато я могу внушить ему то, что нужно мне. Он сам захочет отомстить за гибель моей Госпожи.
— Отомстить? Кому? Гермионе?
— Госпожа, конечно, предпочла бы начать с неё. Но не грязнокровка убила Беллу. И не её мать.
Мать… Ну, конечно! Гарри рассказывал, что одну из главных помощниц тёмного волшебника победила мать Рыжего. Но тогда…
— Ты собираешься убить Джинни?!
— А ты не так уж и глуп, книззл. Хоть и труслив.
— Слушай внимательно, сбрендившая палка! Я не позволю тебе никого убить. Как только я выбью тебя из руки Рыжего, ты потеряешь над ним власть.
— Малютка-книззл… Забыл, как не смог даже приблизиться ко мне несколько месяцев назад?
— Сегодня — смогу.
— Только попробуй — одним книззлом станет меньше.
Зачем я с ней спорю? Прыгнуть. Мне нужно только прыгнуть. Даже проще. Правильно упасть. Давай же, Косолап, действуй по плану!
Нет, только не это… Откуда взялся ненавистный страх? Я же помню, что прыгнул в том сне. Она убьёт меня? Пусть убьёт! Хватит дрожать и прятаться!…
Почему же тогда я до сих пор остаюсь на шкафу?
— Что и требовалось доказать. Моя магия сильнее. Похоже, я могу забыть о твоём существовании и вернуться к своим планам.
— Ты не заставишь Рыжего убить сестру!
— Поверь, книззл, заставлю. У моей Госпожи был опыт расправы над родственниками. Она убила своего кузена — Сириуса Блэка. При моём непосредственном участии…
В комнате гаснет свет. А может, это у меня темнеет в глазах.
ЭТА ДРЯНЬ УБИЛА СИРИУСА?!
Неведомая сила бросает меня прямо на убийцу. Зубы клацают по пальцам Рыжего, и я вижу, что палочка вылетает из его руки, а затем — всё заливает свет зелёной вспышки.
«Вот и конец», — успеваю подумать я и отключаюсь.
Довольно долго я словно блуждал в тумане, из которого доносились знакомые голоса. Меня тормошили, пытались напоить, о чём-то спрашивали, будто я мог им ответить… Кажется, все выжили. Иначе вряд ли у них было бы время заниматься мной. А самое удивительное, что и я выжил! Но что-то было не так. Не хватало… я не мог понять чего…
Когда я окончательно пришёл в себя, вокруг было намного тише.
— Гарри, Косолап очнулся! По-моему, ему надо дать ещё воды.
— Сколько угодно. Агуаменти!
Вот оно! Магия. Дом всегда был наполнен магией — Блэков, Поттеров, тёмной, светлой… Раньше я ощущал её каждой шерстинкой. Но не сейчас. Я лишился этой способности. Палочка всё-таки убила книззла. Теперь я — просто кот. Как это у магов называется — сквиб? Как-то печально звучит…
А с другой стороны… Я хотел победить в себе книззла? Хотел. Вот и получил. Пусть и не так, как рассчитывал. Чего ещё желать?
— Как-то он неохотно воду лакает. Может ему сметаны дать, Гарри? И побольше. Косолап у нас сегодня герой. Он меня спас.
— Он нас всех спас. Ты хоть понимаешь, Косолап, что совершил героический поступок? Ты — молодец! Если бы… Косолап, что с тобой? Подавился?
— Да, нет. Скорее уж, задумался.
Блох мне в шерсть! Это же…
«Похвалить может любой из нас. И Гарри — тоже»…, — всплыли в голове слова Лили. Я ведь уже и забыл про свои три похвалы. И вдруг — такое знакомое тепло.
Конечно. Вот мой личный дементор.
Вчера я весь день не находил себе места. Может, Гарри это заметил, а может — ему самому хотелось выговориться.
— Послушай, Косолап, — начал он, поглаживая мне шерсть, — я понимаю, что ты переживаешь за Гермиону и вообще волнуешься насчёт завтрашнего. Но у меня предчувствие, что всё кончится хорошо. Ну вот, заговорил как Трелони… Понимаешь, только хозяин палочки сможет исправить то, что она натворила. А Рон… Наверное, ему придётся нелегко, но мы же все будем рядом. Да и сам он — далеко не слабак…
Гарри долго говорил, убеждая не столько меня, сколько себя. А я всё сильнее убеждался в том, что завтра мой кошмар сбудется. И чем больше я об этом думал, тем отчётливее понимал: я не должен избегать того, что произойдёт.
Впрочем, сегодня моей решимости поубавилось. И зачем я только решил остаться в комнате? Рыжий совершенно точно не справится с этой чудовищной палочкой. И не потому, что трус. Просто он слишком восприимчив к тёмной магии. Как и я. Может, именно поэтому я пытаюсь его оправдать, вместо того, чтобы сделать что-нибудь самому?
А что я могу? Тем более, сидя на шкафу. Броситься на эту палочку? В принципе, не так уж и сложно. Главное — рассчитать траекторию и красиво упасть Рыжему на руку. Он выронит палочку и освободится от её влияния. Вроде бы, должно получиться. Я уже приготовился к прыжку, как вдруг:
— Лучше не вмешивайся, трусливый книззл.
Она говорит в моей голове?
— Да, книззл. Не советую изображать из себя героя. Тебе со мной не справиться.
Я прыгну. Прыгну. Прямо сейчас. И не буду её слушать.
— Ты ничего не сможешь мне сделать. И ты это знаешь.
— Но почему ты не подчиняешься Рыжему? Ведь он — твой хозяин?
— Он никогда не станет для меня настоящим хозяином, сколько бы ни пытался. Я служу только своей Госпоже.
— Но как же…
— О, да. Этот предатель чистокровных произнёс формулу владения, и я не могу действовать вопреки его воле. Зато я могу внушить ему то, что нужно мне. Он сам захочет отомстить за гибель моей Госпожи.
— Отомстить? Кому? Гермионе?
— Госпожа, конечно, предпочла бы начать с неё. Но не грязнокровка убила Беллу. И не её мать.
Мать… Ну, конечно! Гарри рассказывал, что одну из главных помощниц тёмного волшебника победила мать Рыжего. Но тогда…
— Ты собираешься убить Джинни?!
— А ты не так уж и глуп, книззл. Хоть и труслив.
— Слушай внимательно, сбрендившая палка! Я не позволю тебе никого убить. Как только я выбью тебя из руки Рыжего, ты потеряешь над ним власть.
— Малютка-книззл… Забыл, как не смог даже приблизиться ко мне несколько месяцев назад?
— Сегодня — смогу.
— Только попробуй — одним книззлом станет меньше.
Зачем я с ней спорю? Прыгнуть. Мне нужно только прыгнуть. Даже проще. Правильно упасть. Давай же, Косолап, действуй по плану!
Нет, только не это… Откуда взялся ненавистный страх? Я же помню, что прыгнул в том сне. Она убьёт меня? Пусть убьёт! Хватит дрожать и прятаться!…
Почему же тогда я до сих пор остаюсь на шкафу?
— Что и требовалось доказать. Моя магия сильнее. Похоже, я могу забыть о твоём существовании и вернуться к своим планам.
— Ты не заставишь Рыжего убить сестру!
— Поверь, книззл, заставлю. У моей Госпожи был опыт расправы над родственниками. Она убила своего кузена — Сириуса Блэка. При моём непосредственном участии…
В комнате гаснет свет. А может, это у меня темнеет в глазах.
ЭТА ДРЯНЬ УБИЛА СИРИУСА?!
Неведомая сила бросает меня прямо на убийцу. Зубы клацают по пальцам Рыжего, и я вижу, что палочка вылетает из его руки, а затем — всё заливает свет зелёной вспышки.
«Вот и конец», — успеваю подумать я и отключаюсь.
Довольно долго я словно блуждал в тумане, из которого доносились знакомые голоса. Меня тормошили, пытались напоить, о чём-то спрашивали, будто я мог им ответить… Кажется, все выжили. Иначе вряд ли у них было бы время заниматься мной. А самое удивительное, что и я выжил! Но что-то было не так. Не хватало… я не мог понять чего…
Когда я окончательно пришёл в себя, вокруг было намного тише.
— Гарри, Косолап очнулся! По-моему, ему надо дать ещё воды.
— Сколько угодно. Агуаменти!
Вот оно! Магия. Дом всегда был наполнен магией — Блэков, Поттеров, тёмной, светлой… Раньше я ощущал её каждой шерстинкой. Но не сейчас. Я лишился этой способности. Палочка всё-таки убила книззла. Теперь я — просто кот. Как это у магов называется — сквиб? Как-то печально звучит…
А с другой стороны… Я хотел победить в себе книззла? Хотел. Вот и получил. Пусть и не так, как рассчитывал. Чего ещё желать?
— Как-то он неохотно воду лакает. Может ему сметаны дать, Гарри? И побольше. Косолап у нас сегодня герой. Он меня спас.
— Он нас всех спас. Ты хоть понимаешь, Косолап, что совершил героический поступок? Ты — молодец! Если бы… Косолап, что с тобой? Подавился?
— Да, нет. Скорее уж, задумался.
Блох мне в шерсть! Это же…
«Похвалить может любой из нас. И Гарри — тоже»…, — всплыли в голове слова Лили. Я ведь уже и забыл про свои три похвалы. И вдруг — такое знакомое тепло.
Страница 17 из 18
