Мерзкий звук истерично воющего будильника выдернул меня в реальность из царства Морфея. Разлепив непослушные глаза, первым делом я бросил взгляд на ненавистный будильник и тяжело вздохнул. Нет, обозначенные цифры на табло не сулили мне лишних минут отсрочки от ежедневной повинности.
Приглушённый свет, барная стойка, негромкий гомон разгорячённых посетителей… Парень за стойкой усердно протирает и без того чистые бокалы, хотя и отчаянно косится в мою сторону. В голове предельно ясно, но не помню ничего. Абсолютно. В руках держу бокал виски со льдом. Заметил, что одет в «Аляску», точно такую же, как у тех двоих из сквера. Ага, как же, в точно такую же… Теперь понятно удивление бармена: мужик в грязных классических ботинках, брюках, пиджаке (его не видно, но явно сидит на мне) и в совершенно неуместной куртке заказал виски. Здесь должен быть туалет… И верно, клозет нашёлся быстро. Мои руки были в засохшей крови, хотя было видно, что их тщательно оттёрли. Попытался привести себя в порядок, но затея позорно провалилась. Ополоснул лицо. Всё было в порядке: ни порезов, ни дыры в животе. Сработал-таки хвалёный препарат.
Чёрт знает, уже сколько потеряно времени. Варя, наверное, меня по всем моргам уже ищет. В карманах ничего не было, кроме той бумажки, что сунула Лизка, и немного мелких денег, видимо, принадлежавших хозяину вещи. В бесполезной записке, пахнущей духами, был всего лишь номер телефона. Пора срочно рвать когти домой.
Я вышел из заведения и попытался сориентироваться. По всем признакам, моё местоположение было достаточно далеко от родного дома. Некогда удивляться, на улице стояла глубокая ночь. Надеяться на транспорт было глупо ввиду того, как отвратно я выглядел и не имел денег. Пришлось двигаться пешком, причём как можно быстрее. Скорым шагом, временами переходящим на бег, я поспешил к дому. Никакой боли я не испытывал: казалось, недавнее нападение и смертельная рана были лишь сном.
Неожиданно в глазах потемнело и снова тут же пришло в норму, как будто неумелый режиссёр «склеил» кадры дешёвого фильма. Я находился на безлюдном крытом недострое, мои руки шарили в карманах лежащей лицом вниз молодой женщины. Длинный кровавый развод на бетоне свидетельствовал о том, что жертву тащили волоком довольно долго. Этого просто не могло быть… Я не чувствовал контроля над собой, ни один член не подчинялся командам шокированного мозга. Тем временем пальцы нашарили искомый предмет, моё тело перевернуло мертвеца лицом вверх. Все лицевые кости были сломаны и раздроблены, длинные светлые волосы испачканы кровью, ногти сорваны с мясом, некоторые пальцы неестественно изогнулись. Со стороны могло бы показаться, что маньяк наслаждается содеянным. У меня же была истерика — горло сдавил спазм, свистящий хрип вырывался из плотно сомкнутых губ, дыхание было сбивчивым и поверхностным. Волна мерзкого ужаса разливалась по жилам. Даже глаза не подчинялись моей воле, а неотрывно смотрели на обезображенный труп когда-то безусловно красивой девушки. Я поднялся с колен и направился точно по пути кровавого развода. Под ногами хрустнули то ли зубы, то ли ногти — разобрать не было возможности, но в природе звука сомнений не было. Правая рука подняла к взору модный смартфон, найденный у несчастной жертвы. В левой руке уже лежала развёрнутая записка Лизы. По разбитому дисплею «яблочного» девайса последней модели побежал ряд набираемых цифр, большой палец уверенно надавил на вызов. Из динамика гаджета донёсся удивлённый и заспанный голос секретаря босса…
Не помню, что произошло дальше. Должно быть, снова отключился. Моё тело уверенно вышагивало по пустой улице. В голове было всё так же ясно и пусто. Снова провал в памяти. Я уже поднимался по вонючей лестнице многоквартирного дома. Дошёл до железной двери площадки шестого этажа, остановился, постучал в дверь. Через минуту дверь открыла Лиза в шикарном чёрном кружевном белье, так соблазнительно обтягивающим шикарные формы молодой брюнетки.