Рассказ содержит откровенные сцены насилия и жестокости, граничащие с извращением. Любителям околомистических произведений рекомендуется закрыть эту работу, либо не удивляться. Прошу не обвинять меня в сумасшествии и каких-либо психических расстройствах.
54 мин, 28 сек 15335
— Леха… — Давай еще стакан!
— Леха… Я снова проваливаюсь в пустоту. Эта лихорадка меня добьет. Агония.
— Сколько… — Актер-р-р…
— Сколько таблеток ты выпил?
— Четыре. И еще половинку сам.
— Дурак!
— Это не я.
— Дэнс-мьюзик нон-стоп!
Боль жалом пронзает тело. Судороги. Спазмы. Давящая темнота.
Я открыл глаза и прислушался к тишине. Тикали часы. По стеклам окон сбегали капли дождя, я видел небо, затянутое тучами.
— Леха, — в пол голоса позвал я. Стоит ли описывать свое состояние? — Лех!
Из родительской спальни показалась серая фигура, и я не сразу распознал в ней своего старинного друга. Как же изменился он за то время, что я находился в бреду!
— Очнулся? — голос его звучал глухо и неприветливо.
— Тебе родители звонили.
Я попытался приподняться на локте, но не смог.
— Ты им ответил?
— Да. Сказал, что ты забыл у меня телефон.
— Спасибо. Леха, скажи… Он резко вскинул руку, тем самым заставив меня оборваться на полуслове, тяжело опустился в кресло и зарылся ладонями в волосах.
— Леха… — Помолчи немного!
— Лех… — Я сказал, заткнись! — рявкнул он и посмотрел на меня взглядом, полным ненависти и отвращения.
— Заткнись! Хочешь воды? Я принесу тебе. Хочешь курить? Дам и сигарету. Только умоляю, не разговаривай со мной. Молчи, молчи, если считаешь меня другом.
Я втянул голову в шею и спрятал нос под одеяло. Я даже немного обиделся на товарища за такую реакцию, но еще больше я был напуган. Что должно было произойти, чтобы крепкий духом, жизнерадостный Леха превратился в затравленного зверя, прячущего взгляд? Не смея дышать, я свернулся под одеялом в клубок и постарался ни о чем не думать. Леха закрыл лицо руками и сидел так около часа, лишь время от времени содрогаясь всем телом. Я не шевелился и испуганно ждал, что будет дальше. Наконец, он встал и, немного помедлив, ушел на кухню. Оттуда он вышел со стаканом воды, сигаретами и спичками.
— Пей, — он протянул стакан. Я послушно выпил.
— На, кури.
Он бросил сигареты на одеяло и собирался отойти, но я остановил его, схватив за рукав.
— Не прикасайся ко мне! — взвизгнул Леха почти девчачьим голосом и отдернул руку.
— Никогда больше ко мне не прикасайся!
— Помоги мне сесть! — взмолился я.
— Я не смогу сам. Я слишком слаб.
Некоторое время Леха молча смотрел на меня. В его взгляде читалось все: и презрение, и гнев, и животный ужас. А еще усталость.
— Это ты сейчас слаб, — проговорил он.
— Но иногда… Иногда ты бываешь сильным. Очень сильным.
— Я прошу… Я пытался встать сам, но ничего не получалось. Руки разъезжались в стороны, тело мотало, как при сильной качке, мышцы онемели. На глаза навернулись слезы.
— Пожалуйста. Мне больно. Пожалуйста… Я упал на подушку и заплакал от бессилия и страха. В этот момент руки товарища подняли меня за плечи.
— Леха, я… Я не знаю… Прости… Я не знаю, что мне… — Перестань реветь, — проговорил он сухо. Руки его по прежнему сжимали мои плечи.
— Смотри на меня и слушай.
Невероятным усилием я заставил себя успокоиться и посмотрел на друга.
— Старик, — почти сочувствующе сообщил Леха, — позапрошлой ночью ты убивал людей… Я вздрогнул. На тело накатила волна жара. Перед глазами все поплыло и я, кажется, снова отрубился.
— Леха, расскажи, что случилось, — попросил я.
Я так и лежал на кровати, когда сознание вернулось. Друг сидел рядом, скрестив пальцы в плотный замок. Дождь усилился и, кажется, вечерело. Только сейчас я обратил внимание, что на Лехе моя одежда. А на моем правом запястье тугая повязка с проступающими пятнами крови.
— Нет.
— Прошу тебя.
— Вряд ли ты захочешь это услышать.
— Я готов ко всему.
Тот с сомнением помотал головой.
— Не думаю, что ты готов к такому.
Но все же, спустя несколько минут, он заговорил; медленно и шепотом.
— Два дня назад я пришел навестить тебя. Тем утром я проснулся с дурным предчувствием и оно не подвело меня. Входная дверь была распахнута. Я вошел внутрь и позвал тебя, но ты не отозвался. В какой-то момент я обнаружил, что весь коридор буквально залит кровью. Пол, стены, мебель — все. Представь, что я почувствовал в тот момент. Я быстро захлопнул дверь и забежал в комнату. Квартира оказалась перевернута вверх дном. Под ногами валялась битая посуда, кухонный шкаф повален, шторы сорваны с гардин, кровать не заправлена, цветочные горшки сброшены с подоконников. Ужас! Меня охватила паника. Я звал тебя снова и снова, искал в спальне, на кухне, даже в шкафах. Знаешь, мне почему-то очень не хотелось заходить в ванную комнату. Очень.
Леха помолчал, переводя дух.
— Но ты оказался именно там, — продолжил он.
— Я услышал твой стон и всплески воды. Мне пришла в голову идиотская мысль, что ты принимаешь ванную и… так оно и оказалось. Я медленно зашел к тебе… то что я увидел… это… ты… Парень снова остановился. Его губы задрожали, а из глаз медленно потекли слезы. Он был бледен, как сама смерть. Глаза заморгали вразнобой: то левый, то правый.
— Продолжай, — тихо попросил я.
— Леха… Я снова проваливаюсь в пустоту. Эта лихорадка меня добьет. Агония.
— Сколько… — Актер-р-р…
— Сколько таблеток ты выпил?
— Четыре. И еще половинку сам.
— Дурак!
— Это не я.
— Дэнс-мьюзик нон-стоп!
Боль жалом пронзает тело. Судороги. Спазмы. Давящая темнота.
Я открыл глаза и прислушался к тишине. Тикали часы. По стеклам окон сбегали капли дождя, я видел небо, затянутое тучами.
— Леха, — в пол голоса позвал я. Стоит ли описывать свое состояние? — Лех!
Из родительской спальни показалась серая фигура, и я не сразу распознал в ней своего старинного друга. Как же изменился он за то время, что я находился в бреду!
— Очнулся? — голос его звучал глухо и неприветливо.
— Тебе родители звонили.
Я попытался приподняться на локте, но не смог.
— Ты им ответил?
— Да. Сказал, что ты забыл у меня телефон.
— Спасибо. Леха, скажи… Он резко вскинул руку, тем самым заставив меня оборваться на полуслове, тяжело опустился в кресло и зарылся ладонями в волосах.
— Леха… — Помолчи немного!
— Лех… — Я сказал, заткнись! — рявкнул он и посмотрел на меня взглядом, полным ненависти и отвращения.
— Заткнись! Хочешь воды? Я принесу тебе. Хочешь курить? Дам и сигарету. Только умоляю, не разговаривай со мной. Молчи, молчи, если считаешь меня другом.
Я втянул голову в шею и спрятал нос под одеяло. Я даже немного обиделся на товарища за такую реакцию, но еще больше я был напуган. Что должно было произойти, чтобы крепкий духом, жизнерадостный Леха превратился в затравленного зверя, прячущего взгляд? Не смея дышать, я свернулся под одеялом в клубок и постарался ни о чем не думать. Леха закрыл лицо руками и сидел так около часа, лишь время от времени содрогаясь всем телом. Я не шевелился и испуганно ждал, что будет дальше. Наконец, он встал и, немного помедлив, ушел на кухню. Оттуда он вышел со стаканом воды, сигаретами и спичками.
— Пей, — он протянул стакан. Я послушно выпил.
— На, кури.
Он бросил сигареты на одеяло и собирался отойти, но я остановил его, схватив за рукав.
— Не прикасайся ко мне! — взвизгнул Леха почти девчачьим голосом и отдернул руку.
— Никогда больше ко мне не прикасайся!
— Помоги мне сесть! — взмолился я.
— Я не смогу сам. Я слишком слаб.
Некоторое время Леха молча смотрел на меня. В его взгляде читалось все: и презрение, и гнев, и животный ужас. А еще усталость.
— Это ты сейчас слаб, — проговорил он.
— Но иногда… Иногда ты бываешь сильным. Очень сильным.
— Я прошу… Я пытался встать сам, но ничего не получалось. Руки разъезжались в стороны, тело мотало, как при сильной качке, мышцы онемели. На глаза навернулись слезы.
— Пожалуйста. Мне больно. Пожалуйста… Я упал на подушку и заплакал от бессилия и страха. В этот момент руки товарища подняли меня за плечи.
— Леха, я… Я не знаю… Прости… Я не знаю, что мне… — Перестань реветь, — проговорил он сухо. Руки его по прежнему сжимали мои плечи.
— Смотри на меня и слушай.
Невероятным усилием я заставил себя успокоиться и посмотрел на друга.
— Старик, — почти сочувствующе сообщил Леха, — позапрошлой ночью ты убивал людей… Я вздрогнул. На тело накатила волна жара. Перед глазами все поплыло и я, кажется, снова отрубился.
— Леха, расскажи, что случилось, — попросил я.
Я так и лежал на кровати, когда сознание вернулось. Друг сидел рядом, скрестив пальцы в плотный замок. Дождь усилился и, кажется, вечерело. Только сейчас я обратил внимание, что на Лехе моя одежда. А на моем правом запястье тугая повязка с проступающими пятнами крови.
— Нет.
— Прошу тебя.
— Вряд ли ты захочешь это услышать.
— Я готов ко всему.
Тот с сомнением помотал головой.
— Не думаю, что ты готов к такому.
Но все же, спустя несколько минут, он заговорил; медленно и шепотом.
— Два дня назад я пришел навестить тебя. Тем утром я проснулся с дурным предчувствием и оно не подвело меня. Входная дверь была распахнута. Я вошел внутрь и позвал тебя, но ты не отозвался. В какой-то момент я обнаружил, что весь коридор буквально залит кровью. Пол, стены, мебель — все. Представь, что я почувствовал в тот момент. Я быстро захлопнул дверь и забежал в комнату. Квартира оказалась перевернута вверх дном. Под ногами валялась битая посуда, кухонный шкаф повален, шторы сорваны с гардин, кровать не заправлена, цветочные горшки сброшены с подоконников. Ужас! Меня охватила паника. Я звал тебя снова и снова, искал в спальне, на кухне, даже в шкафах. Знаешь, мне почему-то очень не хотелось заходить в ванную комнату. Очень.
Леха помолчал, переводя дух.
— Но ты оказался именно там, — продолжил он.
— Я услышал твой стон и всплески воды. Мне пришла в голову идиотская мысль, что ты принимаешь ванную и… так оно и оказалось. Я медленно зашел к тебе… то что я увидел… это… ты… Парень снова остановился. Его губы задрожали, а из глаз медленно потекли слезы. Он был бледен, как сама смерть. Глаза заморгали вразнобой: то левый, то правый.
— Продолжай, — тихо попросил я.
Страница 10 из 15
