Если пройти вглубь соснового леса, туда, где за высокими корявыми стволами уже и не разглядеть своего дома, можно услышать тихую трель. Мелодия льётся из коряг и чёрных кустов, звенит под пушистыми кронами и уходит в прозрачный ручей. Кажется, ритмичные напевы, то угасающие, то вновь расцветающие, пульсируют, подобно сердцу, бьются в жилах леса, уводя всё дальше в чащу.
4 мин, 13 сек 19009
Ты говорила мне, что не так давно у тебя пропал младший брат, верно? Что же, следуй за песней, беги за ней следом в этот прекрасный лес!
Ночью холодно, в босые ноги впиваются острые еловые иглы и прочий сор. Но если забыть про лёгкий мороз, крадущийся по голым рукам, о густой туманной мгле, что, подобно паутине, натянута между стволами, о тревожном чувстве всепоглощающего одиночества… Если с головой нырнуть в эту чудесную мелодию, ты найдёшь их.
Они никогда не прячутся, просто никто не пытается их увидеть. На тёмной коре застыли огоньки — маленькие, не больше твоего сердечка. Подойдёшь ближе — и увидишь человеческие очертания: тело, лица, руки. Только на конце каждого пальца у этих существ длинные острые когти, ноги больше похожи на козьи копытца, а в раскосых глазах горят могильные огоньки. Широкий, почти во всю челюсть, рот, ритмично открывается, высвобождая звонкую трель, за которой ты шла всё это время.
Протянешь руку к ним, и вот, из-за спин созданий показываются маленькие крылышки. Они поднимают незнакомок высоко над головой, и ты закрываешь глаза, страшась густой тьмы, застывшей в кронах.
Певуньи летят глубже в чащу, и тебе кажется, что они манят за собой, называют твоё имя и имя твоего брата. Ты бежишь за ними, на душе так легко и безмятежно. Ты уже успела дать каждой феечке собственное имя. Ведь это же прекрасные создания из сказок, верно?
Ветер гулко ревёт, шатает вековые сосны, и те гудят, стонут под его напором, бросая на тебя свысока свои ветки и иголки. Феи ведут тебя, смеются и время от времени легонько дёргают за волосы. Их размер просто не позволит сделать тебе больно, да и нет в разноцветных головках таких чудных мыслей, верно?
Становится всё холодней и темней. Лишь тусклый свет от новых спутниц позволяет видеть ближайшие стволы и дорогу. Молочный пар вырывается изо рта, ты останавливаешься, закрывая нос рукой. Кислый запах гнили кружит голову, и ты едва сдерживаешь рвотные позывы. Феи уселись на обломанные сосновые ветки, тихо хихикая и тыча в тебя пальцем.
Песня затихла, и тебе вновь стало не по себе. Ты ходишь вокруг одной феи, пытаешься спросить у неё, не видела ли она твоего брата, но существо смотрит стеклянным взглядом сквозь тебя.
Нога натыкается на что-то холодное, скользкое, и кости под ступнёй со звоном ломаются. Ты вскрикиваешь и опускаешь взгляд.
Там, под ступнёй, алеют обглоданные свежие кости. Стоит присмотреться, как глаз находит ещё десятки жёлтых останков. Что же это?
Во тьме, между соснами, что-то движется. Ты слышишь, как оно злобно фыркает и принюхивается. Воображение любезно вырисовывает огромную пару влажных ноздрей, которые раздуваются, втягивая морозный воздух с твоим запахом. В ночи лишь горят нездоровой белизной глаза существа, и ты пятишься назад, не в силах произнести ни звука.
Проклятые феи громко хохочут, раскрывая слепому чудищу твоё местоположение. Ты прижимаешься спиной к сосне, пытаясь залезть на неё, но мелкие твари дёргают за волосы, тянут вниз за подол платья. Теперь в их лицах ты видишь животный оскал, а острые коготки оставляют тонкие кровавые полоски на коже.
Зверь, глухо хрюкая, подходит всё ближе. Теперь ты можешь разглядеть его: в тусклом свете мелких монстров видна облезлая шерсть цвета гнилой листвы, большие, бесполезные глаза, выпирающую нижнюю челюсть, из которой торчит пара дырявых клыков. У существа были человеческие руки. Ими оно подтягивало себя вперёд, тогда как задними обрубками еле отталкивалось. Ты ясно видела в его глазах свою смерть, а жуткое хихиканье лишь приближало конец.
Ты не стала спрашивать, что случилось с твоим братом — это было ясно даже тебе. Ноги сами понесли тебя прочь, да так быстро, что и феи не успели вновь запеть гипнотизирующую мерзкую мелодию. Сосны проносились перед глазами, тьма гоготала над головой, скрипела сухими кронами. Перед глазами стоял образ зверя: дыра вместо носа, вдавленная внутрь верхняя челюсть…
Когда ты подбегала к деревне, начало уже светать. Сердце колотилось так гулко, что ты не могла ничего расслышать. Ноги болели и ныли, щёки пылали, но лёгкий багрянец на небе придавал тебе силы. Это был просто сон! Сейчас ты ляжешь спать и обо всём позабудешь!
Чуть поодаль, за одним из стволов, краем глаза ты уловила движение. Это насторожило тебя и заставило остановиться. Ты не хотела проверять, что это было, но нужно было точно знать, опасность ли это, или лишь игра теней.
В глазах немного двоилось, но даже сейчас ты могла видеть, что за стволом прячется ребёнок. Он был маленьким, примерно как твой брат.
Неужели?!
Имя родного человека само сорвалось с губ. Ты, обрадовавшись, что разноцветные твари не сожрали его, бросилась обнять и увести домой глупого… Бросилась, не замечая стеклянных безжизненных глаз, широко открытого рта и неестественного положения головы, словно и не было шеи у ребёнка.
Ночью холодно, в босые ноги впиваются острые еловые иглы и прочий сор. Но если забыть про лёгкий мороз, крадущийся по голым рукам, о густой туманной мгле, что, подобно паутине, натянута между стволами, о тревожном чувстве всепоглощающего одиночества… Если с головой нырнуть в эту чудесную мелодию, ты найдёшь их.
Они никогда не прячутся, просто никто не пытается их увидеть. На тёмной коре застыли огоньки — маленькие, не больше твоего сердечка. Подойдёшь ближе — и увидишь человеческие очертания: тело, лица, руки. Только на конце каждого пальца у этих существ длинные острые когти, ноги больше похожи на козьи копытца, а в раскосых глазах горят могильные огоньки. Широкий, почти во всю челюсть, рот, ритмично открывается, высвобождая звонкую трель, за которой ты шла всё это время.
Протянешь руку к ним, и вот, из-за спин созданий показываются маленькие крылышки. Они поднимают незнакомок высоко над головой, и ты закрываешь глаза, страшась густой тьмы, застывшей в кронах.
Певуньи летят глубже в чащу, и тебе кажется, что они манят за собой, называют твоё имя и имя твоего брата. Ты бежишь за ними, на душе так легко и безмятежно. Ты уже успела дать каждой феечке собственное имя. Ведь это же прекрасные создания из сказок, верно?
Ветер гулко ревёт, шатает вековые сосны, и те гудят, стонут под его напором, бросая на тебя свысока свои ветки и иголки. Феи ведут тебя, смеются и время от времени легонько дёргают за волосы. Их размер просто не позволит сделать тебе больно, да и нет в разноцветных головках таких чудных мыслей, верно?
Становится всё холодней и темней. Лишь тусклый свет от новых спутниц позволяет видеть ближайшие стволы и дорогу. Молочный пар вырывается изо рта, ты останавливаешься, закрывая нос рукой. Кислый запах гнили кружит голову, и ты едва сдерживаешь рвотные позывы. Феи уселись на обломанные сосновые ветки, тихо хихикая и тыча в тебя пальцем.
Песня затихла, и тебе вновь стало не по себе. Ты ходишь вокруг одной феи, пытаешься спросить у неё, не видела ли она твоего брата, но существо смотрит стеклянным взглядом сквозь тебя.
Нога натыкается на что-то холодное, скользкое, и кости под ступнёй со звоном ломаются. Ты вскрикиваешь и опускаешь взгляд.
Там, под ступнёй, алеют обглоданные свежие кости. Стоит присмотреться, как глаз находит ещё десятки жёлтых останков. Что же это?
Во тьме, между соснами, что-то движется. Ты слышишь, как оно злобно фыркает и принюхивается. Воображение любезно вырисовывает огромную пару влажных ноздрей, которые раздуваются, втягивая морозный воздух с твоим запахом. В ночи лишь горят нездоровой белизной глаза существа, и ты пятишься назад, не в силах произнести ни звука.
Проклятые феи громко хохочут, раскрывая слепому чудищу твоё местоположение. Ты прижимаешься спиной к сосне, пытаясь залезть на неё, но мелкие твари дёргают за волосы, тянут вниз за подол платья. Теперь в их лицах ты видишь животный оскал, а острые коготки оставляют тонкие кровавые полоски на коже.
Зверь, глухо хрюкая, подходит всё ближе. Теперь ты можешь разглядеть его: в тусклом свете мелких монстров видна облезлая шерсть цвета гнилой листвы, большие, бесполезные глаза, выпирающую нижнюю челюсть, из которой торчит пара дырявых клыков. У существа были человеческие руки. Ими оно подтягивало себя вперёд, тогда как задними обрубками еле отталкивалось. Ты ясно видела в его глазах свою смерть, а жуткое хихиканье лишь приближало конец.
Ты не стала спрашивать, что случилось с твоим братом — это было ясно даже тебе. Ноги сами понесли тебя прочь, да так быстро, что и феи не успели вновь запеть гипнотизирующую мерзкую мелодию. Сосны проносились перед глазами, тьма гоготала над головой, скрипела сухими кронами. Перед глазами стоял образ зверя: дыра вместо носа, вдавленная внутрь верхняя челюсть…
Когда ты подбегала к деревне, начало уже светать. Сердце колотилось так гулко, что ты не могла ничего расслышать. Ноги болели и ныли, щёки пылали, но лёгкий багрянец на небе придавал тебе силы. Это был просто сон! Сейчас ты ляжешь спать и обо всём позабудешь!
Чуть поодаль, за одним из стволов, краем глаза ты уловила движение. Это насторожило тебя и заставило остановиться. Ты не хотела проверять, что это было, но нужно было точно знать, опасность ли это, или лишь игра теней.
В глазах немного двоилось, но даже сейчас ты могла видеть, что за стволом прячется ребёнок. Он был маленьким, примерно как твой брат.
Неужели?!
Имя родного человека само сорвалось с губ. Ты, обрадовавшись, что разноцветные твари не сожрали его, бросилась обнять и увести домой глупого… Бросилась, не замечая стеклянных безжизненных глаз, широко открытого рта и неестественного положения головы, словно и не было шеи у ребёнка.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 1 из 2
