Тихий Холм 1865

Лишний раз Твинс восхитился ее совершенно не американской красоте. И в большом городе Дженифер бы обязательно выделялась из толпы, а в этом царстве теней она просто была подобно алмазу из императорской короны, лежавшего в окружении грязных стекляшек.

— Что вам от меня нужно? Говорите быстро, пожалуйста, у меня мало времени — недовольно спросила она.

— Я только хотел узнать как мне встретиться с шерифом.

— Извините, я не могу вас проводить, — ее холодные прекрасные глаза захлопнулись, и на одной из длинных пушистых ресниц Твинс заметил капельку слезы. Она уже собирался повернуться и уйти прочь, но Твинс не дал ей этого сделать задав еще сразу несколько вопросов.

— А кто может мне в этом помочь? И чем это вы занимались пока я спал? И наконец… Почему вы плачете? — собственный хриплый голос и грубый тон, показался Твинсу вороньим карканьем в сравнении с голосом девушки. Та мелко задрожав кинулась в путанные объяснения о древнем русском обычае поминания усопших, в котором она недавно принимала участие. Сказала, что о шерифе можно спросить любого прохожего. Последний же вопрос Дженифер проигнорировала. «Как же… Древний обычай. С участием бумаги и цветных мелков фирмы» Кохинор«. Я не настолько глуп, как ты полагаешь, прекрасная русская принцесса.»

— Вы врете, — спокойно произнес Твинс.

— Вру, — не стала отпираться Дженифер подавив накатившиеся непонятно от чего слезы. — но в любом случае это не ваше дело. А сейчас мне нужно навестит могилу дочери, и мне менее всего на свете хочется вместо этого общаться сейчас с вами! — не прощаясь она развернулась и быстро ушла.

Билл стоял как в воду опущенный. Да, за времена пятилетнего странствия он сильно огрубел, в придорожных кабаках Дикого Запада не очень то ценятся манеры, но вот так, буквально за несколько минут нагрубить ни за что ни про что и доктору и его сестре… Новый приступ стыда и… отчаянно подавляемой похоти. Биллу хотелось видеть Женю, вдыхать ее аромат, заглядывать ей в глаза… «Безумие! Я уже болен этой чертовой чумой! Скоро изо рта пена повалит, мать ее! Никогда такого не было, чтобы после двух минут общения мне захотелось бабу так сильно… Я определенно схожу с ума» — жестко чеканил слова внутренний голос, но упрямое сердце не желало с ним соглашаться.

За раздумьями Билла застал Капитан Гудбой, отпечатывающий строевой шаг войск образца первой войны. Его парадные ленты порвались, испачкались и колыхались грязными обрывками на ветру. Ружье у психа так никто и не забрал. Он поставил его к ноге, прямо как на военном смотре. Движения его были слишком резкие, но действительно точные. Неизвестно как он тут оказался, возможно ждал возвращения Билла уже давно.

— Она не будет тебе помогать, Бандит. У нее в сердце мертвый кусок льда. Капитана Гудбоя она тоже совсем не любит. И никого не любит. Всю любовь она отдала мужу и дочери. Капитану Гудбою ее жалко, а ей не жалко Капитана Гудбоя.

Его настырное, шепелявое бессмысленное бормотание сильно раздражало Твинса. Но кроме него, доктора, шерифа и Жени он никого в городе так и не успел узнать. Значит помощи нужно попросить именно у этого чокнутого старикашки.

— Капитан… Как чувствуешь себя?

— Спасибо, бандит, не жалуюсь. Если б не ты, был бы уже Капитан Гудбой разрезан как лягушка в морге этого русского. А потом в Озеро. А капитан Гудбой не хочет в Озеро. Капитан Гудбой не любит воду.

— Ты не знаешь как найти Шерифа?

Гудбой покачал головой.

— Я знаю, но тебе пока к нему идти и с ним общаться нет ни малейшей надобности. Ты Капитана Гудбоя слушай, он дело говорит Все равно не поймешь ты чего ждать, от этого Бандита со звездочкой. Тебе нужен совсем другой человек.

— Кто же?

— Винсент. Наш Бандит-библиотекарь. Он знает о Городе больше чем кто бы то ни было. Даже больше чем капитан Гудбой, хотя он сам их приезжих…

— Ну тогда веди меня к Винсенту, Капитан, — рот старика расплылся в беззубой туповатой улыбке. Отсалютовав и подняв ружье по всем правилам строевой подготовки, он двинулся куда-то в туман все тем же нелепом чеканным шагом. Билл был участником парада дураков. Псих с ружьем и его друг безоружный мститель — замечательная парочка.

Библиотека была старинным внушительным зданием в готическом стиле. Словно переброшенное через океан поместье английского лорда или пражского алхимика, оно смотрелось удивительно вызывающе среди приземистых хибарок. Количество грамотных жителей Тихого Холма превышало все разумные пределы. Бедно одетые люди: молчаливые мужчины и некрасивые женщины, старики и люди среднего возраста (совсем нет молодых) стояли в очереди перед дверью особняка. У всех в руках были какие-то свертки, люди несли в библиотеку не то еду, не то свои скромные пожитки.

— Неужели они все читающие? — недоуменно спросил Твинс.

— Они за Клаудией — прошептал Капитан Гудбой не прекращая громко шагать.

— А что такое Клаудия? И кстати кто такой Мафусаил?

— Придет время, все узнаешь. Лучше тебе обо всем этом расспросить Винсента. Он знает об этом все. А вот, кстати, и он!