Тишина внутри

В ответ на стук из дома послышались шаги:

— Что вам нужно? — раздался женский голос из-за закрытой двери.

— Здравствуйте… — было неловко говорить в занавеску, но Данте продолжил. — Я хотел бы задать несколько вопросов о вашем сыне…

— У… Убирайся! — зло крикнули с той стороны. — Когда же вы оставите меня в покое! А ну иди отсюда! Я кому сказала!

— Но я не журналист… Я только хочу разобраться в том, что тогда случилось. Я встретил вашего сына в тюрьме, когда навещал отца…

Некоторое время царило молчание, будто женщина размышляла:

— Ты не слишком молод, чтобы заниматься такими вещами?

— Я… — юноша растерялся, не зная, как ответить. — Не знаю…

Снова воцарилась тишина, затем с той стороны завозились и стали открывать замки.

Дверь повернулась на петлях, и в проеме показалась маленькая сморщенная старушка.

— Как он?

— … директор Донован рассказал, что все это были дети-инвалиды, — юноша поведал историю с шахматами, опустив лишь три вопроса и послание в мусорке, и принялся описывать известные ему детали.

Они сидели на небольшой чистой кухне. Перед Данте воздвиглась чашка чая, грозившая новой порцией работы почкам.

— Может, вы вспомните еще что-нибудь?

— Негодный мальчишка! — грустно покачала головой женщина и, в который раз, посмотрела укоризненно на покрытые шрамами руки Данте.

— Что? Простите, если…

— Не про тебя я. Кайл Донован… Сейчас его все называют «Господин директор». А я его знаю еще с тех пор, как они учились в школе. После пропажи автобуса этот подлец говорит так, будто и не знал моего сына. А они с детства дружили. Кайл, Иеремия и Кристофер. Не разлей вода были…

— Подождите. О… Одну секунду, — Данте зарылся по карманам в поисках распечатки из Интернета. — Вот! Кристофер Холандер?!

— Да, он самый.

— Который тоже пропал за несколько месяцев до автобуса?

— Да…

— А… Не было чего-то особенного в его исчезновении?

— Ну что вы от меня хотите, молодой человек? — сокрушенно развела руками женщина. — Я не полицейский. Помню только, что была какая-то вечеринка у них. После нее, кажется, он и пропал.

— Ох… — обхватил голову руками Данте. — Были еще исчезновения людей?

— Знаете, да… — и сама, по всей видимости, удивленная старушка посмотрела на него. — Жена Кайла.

— Жена? Но я был у них — она… На месте.

— Нет, не эта. Первая жена — Лаура.

— Ну и городок! И когда это случилось? — в нетерпении подался вперед Данте.

— Тогда же, когда и дети… Но все искали детей, на ее пропажу почти не обратили внимания. Тем более она была… Ведьмой. Все только радовались, когда она исчезла.

— Ведьмой? Вы серьезно?

— Вполне. Все считали, что эта она напустила порчу на ферму Бойда. Хромая Ведьма…

Данте в отчаянии пытался сопоставить факты. За один год в городе пропало 18 человек. Случайность? Нет. Но ведьма… И третий мужчина, Кристофер… Как они связаны с детьми? Если только… Дети не понадобились для какого-то сатанинского обряда?! И Иеремия украл их для них! Ведь это так просто — угнать автобус с больными детьми.

— Как вы думаете, ваш сын способен на то, в чем его обвинили?

— Не знаю… — женщина опустила глаза на свои сжатые морщинистые руки. — Я воспитывала Иеремию 20 лет. И, видит Бог, я была хорошей матерью. Но… Тот человек, что сидит в тюрьме… Это, будто, не мой сын…

От миссис Слейт Данте направился к родителям Эбигейл Уорнсмит. На прощание он обещал сообщить, если узнает что-нибудь.

Но вопросы только множились… По крайней мере, хоть один дом из кандидатов на «ту спальню» он мог исключить. В ответ на прямой вопрос мать Иеремии сказала, что гостей у нее давно уже не бывает, а если бы таковые появились, то спали бы в зале на первом этаже.

В доме Уорнсмитов Данте встретили довольно холодно. Выслушали, напоили третьим за день чаем и попросили больше не приходить. Тем не менее, он узнал, что гостевая спальня на втором этаже там есть.

Один дом-кандидат и еще три возможных. Но как проникнуть внутрь? Взламывать замки Данте не умел, да и не стал бы…

Бывший дом четы Кори-Смит стоял на пустыре чуть в отдалении от города. Старое заброшенное здание, немного покосившееся, с рваными проемами окон. Порывы ветра пускали волны по высокой траве, на крыше скрипел флюгер. Без обычных для города голосов и звуков машин дом, словно, парил в окружающем безмолвии.

Данте прошел по почти скрытой в зарослях дорожке. Скрипнула засохшим деревом дверь, и перед ним предстало пыльное помещение с затянутой серыми простынями мебелью.

Пустые остовы кроватей обнаружились сразу в нескольких помещениях, и было абсолютно непонятно, какая из комнат нужна. Учитывая быстрый отъезд владельцев дома после пропажи детей и его заброшенность, он пока был основным кандидатом на «гостевую спальню». Но то ли Данте искал не там… то ли не знал, как искать. И, главное, что?!

Злясь на самого себя и на Иеремию, юноша отправился в Фредериктон, к Ребекке Пакстон.