Торжество газовой ярости

Наступила тишина. Я стоял среди десятка трупов в луже крови. Сердце бешено колотилось, дыхание сбивалось. Но мне хотелось продолжать выплескивать свою злость. «Этот газ не травит и не душит. Он вызывает ненависть. Неукротимую ненависть» — прозвучали в голове слова деда. И я решил направить ее на дело. Подойдя к штурвалу на двери, я попытался его открутить. Но он не поддавался, будто прирос к стальному массиву. Собрав всю ярость в кулак, я обрушил ее на штурвал. С ревом я сдвинул его с места, и он начал вращаться. Мощным рывком я открыл дверь и шагнул в темноту. Остатки ярости вылились в то, как сильно я захлопнул ее. В наступившей тишине я сел и закрыл глаза.

В моей голове проносились всевозможные картинки. Что-то было знакомым, что-то было в новизну. Здесь газа не было. Я чувствовал, как постепенно напряжение в теле сменяется бессилием, ненависть вытекает, оставляя после себя пустое равнодушие. Боль возвращается в раны, становясь все более жгучей. Мне стало ясно, что когда она вернется полностью — я рискую не выбраться наружу. А ведь времени оставалось так мало… Постанывая, я поднялся на ноги и пошел вперед.

Узкий проход наконец вывел меня в маленькое подсобное помещение. Здесь был кран с водой, шкафчики, пара ведер. Отыскав тряпку, я попытался по возможности смыть кровь с куртки. Более-менее это удалось. Покончив с работой, я вышел из подсобки. В лицо мне ударил поток холодного воздуха — я вышел в туннель метро! Эта небольшая радость придала мне сил. Я спрыгнул на шпалы и осмотрел туннель. В одной стороне виднелся свет, а значит, что возможно это была станция. Я зашагал вперед. В голове все крутились безумные картины, увиденные мной в подземелье. Шпала за шпалой, тусклые фонари на стенах туннеля, толстые змеи проводов по стенам и легкий гул… Мой путь продолжался.

Вдруг я ощутил порыв ветра в спину. Не придав этому значения, я погрузился в свои мысли. Но через секунду меня ужалила мысль: это ведь поезд! Вздрогнув от неожиданной догадки, я бросился бежать, превозмогая острую боль. Впереди уже четко виднелась освещенная платформа станции. А ветер усиливался. Я заметил рядом с рельсами возле станции служебную дорожку и направился туда. Десять метров, семь… Сзади показался свет фар поезда и грохот тяжелых вагонов. Пара метров… Отчаянный гудок напуганного машиниста. Из последних сил я прыгнул на дорожку и прижался к стене. Спустя мгновение стальная громада промчалась мимо, оглушая и обдавая ураганным ветром.

Поезд замер на платформе и выпустил пассажиров. Я вышел к станции через дверь служебного прохода и постарался слиться с небольшой толпой. Часы на табло показывали пять утра… — Вам нужна помощь? Вы ранены.

— услышал я голос за спиной. Обернувшись, я увидел молодую девушку с маленьким рюкзаком.

— Нет, спасибо. Я живу рядом.

— ответил я и вбежал на эскалатор.

Через пару минут я подбежал к своему дому. На долгий звонок в дверь прибежала сонная жена. Увидев меня, она перепугалась.

— Маркус, что с тобой? Почему… Почему ты ранен и на улице?

— Нет времени объяснять, срочно выводи детей!

— Что случилось, почему… — Быстрее!

Моника помчалась наверх, а я направился к люку в подвал. Схватив коврик на полу и скатерть, я бросился укрывать дырявую крышку. Нос уже улавливал знакомый смертоносный запах. Под крышкой уже слышалось яростное шипение обезумевших крыс. Для надежности я поставил на люк ту самую старую тумбочку. У входа уже стояла жена с детьми.

— Выходите, выходите!

Открыв напоследок окна в доме, я выбежал с семьей наружу. Прохладный утренний воздух бодрил и отгонял сон. Жена потребовала объяснений.

— В подвале нашего дома авария. Бывший хозяин не говорил об этом. Нам нужно уезжать.

— Пирс остался в доме! — воскликнул сын.

Я побежал в дом за котом. Пирса нигде не было видно. А запах становился сильней. Наконец на кухне я услышал злое мяуканье. Заглянув под стол, я увидел кота. Он сердито смотрел на меня, явно готовясь защищаться.

— Пирс, пирс иди сюда!

Я протянул руки. Кот рявкнул и прыгнул на меня. Но побои дали о себе знать, и он беспомощно растянулся на полу. Взяв большое полотенце, я завернул кота туда и выбежал из дома, где меня ждали родные лица.

Я крепко обнял всю свою семью. Еще никогда я не боялся их так потерять.

Дом был продан на аукционе. Решив больше не испытывать судьбу, мы приобрели квартиру в современном жилом комплексе. Конечно, здесь было меньше места, зато можно было спать спокойно.

Спустя неделю, перед выходом на работу я открыл утренний выпуск городской газеты. Скромный заголовок заставил меня содрогнуться.

«В доме по улице Шартгассе был обнаружен труп мужчины. После установления личности было выяснено, что мужчина переехал в дом всего пару дней назад. Причина смерти — самоубийство».