Тот человек

Так что сидеть в большой гостиной, пусть и далеко от Майкрофта, было приятнее всего. Лестрейд закрыл ставни, опустил на окна и жалюзи, и тяжелые шторы, принес из сарая корзину дров и обжил диван. К концу второго дня, когда он, развалившись на нем, читал книгу и примерно раз в полчаса делал глоток прекрасного коньяка, гостиная казалась ему воплощением уюта. Снаружи завывал ветер, а здесь было тепло, в камине трещал огонь, да к тому же внутри Лестрейда, разливая жар по всему телу, подрагивала мысль, что Майкрофт сюда «спустится».

Он знал, что Майкрофт заходил сюда утром, когда он сам еще спал, потому что тот завел часы, стоявшие между книжными шкафами. Непонятно, зачем это понадобилось Майкрофту, но было приятно слышать, как время от времени передвигаются стрелки, а в девять часы издали короткий мелодичный звон.

При этом звуке Лестрейд сел, отложил книгу и, сделав глоток, закрыл глаза и представил другую гостиную, их гостиную, одну на двоих, неважно, в доме Майкрофта или где-то еще. Молчаливых стражей, расставленных по периметру комнаты и у дверей в столовую, корзину с дровами, поверх которых рассыпаны шишки. По стенам висят старинные картины, в том числе несколько портретов различных Холмсов, за большими окнами, забранными решетками, виднеются склоняющиеся от ветра деревья. Лестрейд сидит в кресле, а Майкрофт — между его ногами на коврике, или наоборот, и чуть в стороне, положив голову на лапы, дрыхнет поскуливающий во сне рыжий ирландский сеттер.

Он открыл глаза, сделал еще один глоток и замер — Майкрофт был в комнате, осторожно прикрывал дверь.

— Я не слышал, как ты вошел, — смутившись собственных мыслей, пробормотал Лестрейд.

— У тебя здесь теплее, чем наверху, — Майкрофт прошелся по комнате. Он казался расслабленным и очень довольным, и в то же время немного таинственным, как будто только что совершилось нечто важное, о чем Лестрейду пока не полагалось знать.

У Лестрейда один вид такого Майкрофта, безмятежно опускающего руки в карманы халата, вызывал стояк.

— Что ты читаешь?

— Так, пустяки. Решил вспомнить Толкиена, увлекался им одно время.

— Аллан очень любит его. Даже участвовал раньше в ролевых тусовках. Хранит в своем кабинете большой деревянный меч.

Лестрейд чувствовал, что Майкрофт говорит совсем не о том, о чем пришел поговорить.

— То, что ты здесь… значит ли это, что ты больше не будешь работать сегодня? — спросил он.

Майкрофт посмотрел в его сторону сосредоточенно, но не на него, а как будто в этот момент заглядывал в себя. Заглянул и нашел там не совсем ожидаемый ответ:

— Не буду.

Он подошел к Лестрейду и опустился в кресло напротив. Потом встал и аккуратно вынул бокал из его руки.

Лестрейд как раз думал, есть ли под бордовым халатом белье, когда Майкрофт наклонился и поцеловал его. На губах Майкрофта было варенье, на языке — привкус табака. Должно быть, тот сначала курил на кухне, а потом пил чай. А может, и то, и другое вместе.

Лестрейд застонал, отчаянно пытаясь уловить, впитать этот вкус, огненные зайчики плясали в голове. Майкрофт отодвинулся и одним элегантным движением сбросил халат. Весь перед ним, прямой, белый, со всеми своими веснушками на руках и груди, с редкими рыжими завитками в паху и вокруг сосков. С мягковатым животом и стройными, накаченными ногами, которым позавидовал бы сам Шварцнеггер и которые бы наверняка офигительно смотрелись в чулках.

— Майк, — сглотнув, хрипло прошептал Лестрейд, — ты решил окончательно понизить мой IQ?

Майкрофт усмехнулся и, сделав шаг, уселся прямо на колени Лестрейду, упираясь твердой бледной задницей в рвущийся из бриджей член. И поерзал.

— Да ты меня сейчас убьешь, импотентом сделаешь! — задохнулся Лестрейд. — Майк, слезь немедленно, я от инсульта помру!

Но сам уже облапал эту задницу, подсовывая под нее ладони, сжимая, сминая, впиваясь, дурея от близости Майкрофта, от его запаха, подался грудью вперед к веснушчатой спине. Майкрофт вытянул шею и гортанно, протяжно застонал.

Лестрейд мог бы кончить только от одного подобного звука, но он не собирался делать это в штаны. Наконец ему удалось слегка подвинуть Майкрофта с коленей и стащить бриджи. Он вжал член между его ягодиц, притягивая дразняющую задницу обратно. Рука его скользнула по члену Майкрофта, вверх, вниз, погладила яички. Стон, доставшийся ему в награду, был просто божественным. Лестрейд откинулся назад, пытаясь сделать так, чтобы его член терся о задницу Майкрофта, но Майкрофт неожиданно слез с его колен. На бледных — и Лестрейд готов был поклясться, сейчас очень горячих — щеках расцветали два неровных алых пятна.

— Не так… хочу… больше, — невнятно пробормотал Майкрофт и, развернувшись вновь спиной и присев на корточки, что тут же дало бурную пищу воображению Лестрейда, потянулся за халатом. В кармане обнаружились презерватив и флакон со смазкой.

— Боги… Майк, — Лестрейд поспешно избавился от бриджей и встал, но Майкрофт движением ладони заставил его сесть обратно. — Ты хочешь, чтобы я вниз? — озадаченно спросил Лестрейд.