Три галлеона

— Тебе показалось, Малфой, — щёлкнув пальцем слизеринца по носу, сказала девушка. — Только что мы первый раз помирились.

Парень тут же притянул к себе девушку и поцеловал. Они оба понимали, что правы, что у них помимо своих личных эмоций и чувств есть ещё обязательства и они были не намерены отступать от борьбы. Хотя Гермионе показалось, что она в состоянии вернуть Малфоя на путь истинный, если очень постараться. Для этого она была намерена приложить все усилия.

Глава десятая

— Сегодня хорька выписывают из Больничного крыла, Гермиона? — активно пережевывая завтрак, спросил Рон.

— Откуда я знаю! — раздражённо бросила девушка. Она почему-то не хотела рассказывать об интрижке с Малфоем (более серьёзного статуса их «отношениям» она сознательно не давала). — Если так за него беспокоишься, то пойди и спроси!

— Я спрашивал у Макгонагалл, — сообщил уже Гарри, отпивая тыквенный сок. — Сегодня после обеда, если всё будет в порядке.

— Если кусок метеорита не упадёт на ту часть замка, где он лежит, — пошутил Рон, все улыбнулись. — Кстати, Гермиона, что ты делаешь сегодня вечером?

— Уроки, — ответила она и продолжила листать Пророк, новостей было не очень много, но люди пропадали стабильно. Министерство подписало ряд законопроектов, которые не очень активно работали.

— Я подумал, что если ты не будешь сильно занята, то может мы… — Рон так хорошо начал, но смутился под сосредоточенным взглядом Гермионы. Гарри поджал губы и наблюдал за сценой приглашения на свидание. — Может прогуляемся?

— С чего вдруг? — мигом спросила Гермиона, хотя лёгкое волнение посетило её душу.

— Ну вы с Гарри вечно напряжённые такие, — смущённо начал объяснять Рон. — Да ещё и пропадаете на этих собраниях у Слизнорта.

— А почему ты не позовёшь гулять Гарри? — поинтересовалась Гермиона, сдерживая улыбку, Гарри закатил глаза.

— Ему вроде как есть с кем гулять, — стушевался Рон, он не понимал, почему она упрямится, ведь между ними всегда была симпатия, он это чувствовал, но в этом году её глаза стали гореть ярче и он не мог смотреть на неё равнодушно.

— А с чего ты взял, что мне гулять не с кем? — Гермиона прищурилась и сверлила Рона напряжённым взглядом. — Если Лаванда перестала с тобой обжиматься, это не значит, что можно пока со мной погулять.

Она сама не поняла, почему так груба и резка с другом, но наверно всему виной детские и уже подростковые обиды. Она ведь всегда была рядом, но он предпочёл подкатить к ней только тогда, когда она уже выбрала кое-кого другого, когда уже знала, с кем сравнить.

Стол Слизерина зло поглядывал на своих главных врагов.

— Надо заканчивать этот бедлам, — проворчала Пенси. — Не могу смотреть на её довольную физиономию.

— Прекрати, Пэнси, — лениво осадил Нотт. — Драко в больничном крыле. Эти дни не считаются.

— Паркинсон права, — вступил Флинт. — Мы не будем ждать вечно. Или завтра всё решится, или придётся написать Люциусу Малфою, какой его сын размазня.

— Зачем тебе это, Маркус? — Теодор презрительно посмотрел на капитана команды по квиддичу.

— Надоело слышать каждый раз, какой Драко обалденный, — ядовито проворил Флинт. — Хочу, чтобы у мальчика упала корона. Грядёт война и места поближе к Лорду возрастают в цене.

Тео не стал спорить, а молча поднялся из-за стола и покинул Большой зал, так вышло, что одновременно с Гермионой.

Он думал о том, какие люди всё-таки тщеславные, не знающие цену дружбе и доверию. Этот спор был затеян не просто так. Маркус изначально не верил в победу Драко, у него были свои цели. Что же теперь делать? Похоже, три галлеона это была действительно всего лишь условная цена.

Они столкнулись, едва вышли из Зала.

— Простите… Нотт?

— Грейнджер!

— Смотри, куда…

— Сама смотри.

Гермиона фыркнула и собиралась уже идти дальше, когда Тео взял её за локоть.

— Что за…

— Помолчи и послушай, — сдвинув брови, сказал он, девушка напряглась, но вырываться перестала. — Что бы тебе ни говорили про него, не верь.

— О чём ты? — гриффиндорка посмотрела ему прямо в глаза. Что-то было не так во всей этой ситуации с самого начала, поэтому Гермионе не составило труда напрячься.

— Просто верь ему, — настойчивее проговорил Нотт, из Зала стали выходить люди. Он отпустил девушку и ушёл, она даже не успела возмутиться. Неприятное предчувствие накрыло с головой. Вчера она снова ходила в лазарет и опять виделась с Драко. Они снова говорили о разных вещах, избегая темы сторон и прочего. К тому же, в конец устав спорить с девушкой на предмет какого-то заклинания, он заставил её замолчать самым известным способом. Гермиона, впрочем, была не против. А сегодня странный Нотт, слизеринский стол в напряге. Неужели Драко всё им рассказал? Хотя если её спросят, она всегда может всё отрицать.

После обеда Малфой вернулся в подземелья. Товарищи окружили его и завалили расспросами, но он не собирался посвящать их в подробности своей внезапной «болезни».

— Ну что, Драко, признаёшь поражение? — ехидно спросил Флинт. Тео ещё не успел рассказать другу об истинном плане однокурсника.