Всеволод Кравнин возвращался домой уже заполночь. Транспорт уже не ходил, а таксистов он на дух не выносил, поэтому шел пешком. Пройти оставалось немного — пол пути уже было позади. Теперь предстояло прошагать узенькими кривыми улочками через двух-и трехэтажные трущобы полузаброшенных бараков и он был бы в своем квартале.
Жена замдира наподдала и завизжала еще истошнее в ответ на что услыхала тихий обиженный вой. Но об этом она вспомнила потом.
Очнулась она только перед дверями мужниной работы когда охрана попыталась задержать странно выглядящую и вопящую что-то нечленораздельное женщину в которой они с удивлением опознали жену Ивана Сергеевича. Немного успокоившись Лидия Степановна спросила не появлялся ли на работе ее мужлелея отчаянную и бесполезную надежду и получив в ответ отрицательное покачивание головой тихо заплакала.
Вызвали милицию. Но и расследование ничего не дало. Не было найдено даже тело. В кустах откуда выметнулось нечто так перепугавшее Лидию Степановну были обнаружены небольшая лужица крови совпавшая по группе с кровью Ивана Сергеевича и клок шерсти из-за чего следователь ведущий дело предположил что пропавшего загрызли уличные собаки (с чем никто кроме жены потерпевшего и не спорил) и закрыл дело. Только Лидия Степановна четко знала что зверь преследовавший ее тем утром ничего с собакой общего не имел но испытавшей стресс женщине никто не верил и чтобы не попасть в психиатрическую клинику она замолчала смирилась ведь особого важным это как ей казалось не было.