Сборник рассказов, посвящённых теме столкновения людей с дьяволом в его многочисленных обличьях и проявлениях. Враг рода человеческого таится в глубине шахты, найденной на старом кладбище; он же обитает в подвале разрушенного дома, в древней могиле, в человеческом черепе и даже в мелкой безделушке. И предстаёт он то в образе строителя-алкаша, то пожилого добропорядочного горожанина, то утопленника, то предводителя банды молодых вампиров. И это он прячется за дверью с изображением паука, поджидая своего часа, и он же носится по городским улицам в новогоднюю ночь, превращая людей в лёд…
290 мин, 46 сек 8003
Монстр, оставив бездыханное тело режиссёра лежать в луже крови, в мгновение ока оказался возле одного из осветителей. И тут все увидели, что у чудовища не две руки, а четыре, причём оно их использовало не только как руки, но и как ноги. Тварь перемещалась на шести конечностях по-паучьи, и только когда оказывалась возле очередной жертвы, использовала две передние конечности как руки.
Её скорость и проворство были таковы, что удрать от неё не было никакой возможности. Расправившись с осветителем, держа в одной из своих рук его оторванную голову, она подскочила к Маргарите Павловне.
— Сгинь, сгинь, нечисть! — провизжала та. — На мне божий крест! Отче наш, иже еси на небеси…
Визг перешёл в бульканье, когда когти вонзились ей в горло. Пасть приникла к кровавой ране и выдрала большой кусок мяса вместе с костями.
Затем монстр, оставив ассистентку дёргаться в конвульсиях, оказался возле очень полной пожилой гримёрши. Она получила сильнейший удар лапой в спину и кубарем покатилась по полу. Тварь налегла на неё, зависнув над ней своим круглым животом, обхватила всеми шестью конечностями и с урчанием впилась в ляжку…
Маша цеплялась за руку Владимира.
— Это он запер двери, мы в ловушке, — стонала она.
— Окно! — осенило актёра.
— Оно высоко…
— Дотянешься, если встанешь мне на плечи! Выбей стекло и прыгай вниз! Быстрее!
Труп гримёрши зацепился за заднюю конечность монстра и волочился за ним, оставляя на полу кровавую полосу. Порождение преисподней подбежало к какому-то актёру, вжимавшемуся в угол, обхватило его, притянуло к себе и с хлюпаньем вгрызлось ему в живот.
Маша с плеч Владимира перебралась на подоконник. Их примеру последовали два других актёра, но не успел тот, что стоял на плечах у товарища, дотянуться до стекла, как подскочивший монстр одним ударом свалил обоих.
— Сбежать вздумали? — прорычало страшное создание. — Ваше мясо и внутренности пойдут в мой живот! Смотрите, в нём уже кое-что есть! — И он удовлетворенно похлопал себя по животу, который успел заметно увеличиться. — А скоро будет ещё больше!
Он притянул к себе актёра, вывернул и сломал у него ногу и принялся быстро сгрызать мясо с её филейной части. Клешни его челюстей заработали с удвоенной скоростью.
В этот момент Маша локтем выбила стекло, высунула голову наружу и закричала что было силы. Недалеко стоял автобус их съёмочной группы, в котором находились актёры, не задействованные в сцене. Они должны были услышать.
Чёрная конечность монстра потянулась к ней, но Владимир схватил эту конечность обеими руками и тут же получил удар острым, как сталь, когтем прямо в горло.
Маша, не помня себя от ужаса, принялась расширять кулаком пробоину в стекле и протискиваться в неё.
— Куда? Не уйдёшь!
Тварь схватила её за щиколотку и дёрнула на себя. Девушка с воплем свалилась с подоконника и сразу оказалась в объятиях чудовища.
— Обожаю! — Оно стало рвать на ней одежду, а потом, раздвинув её ноги, всей своей пастью вгрызлось ей в промежность…
Шофёр Михаил Васильевич и два незанятых в съёмках актёра играли в автобусе в карты. Услышав звон стекла, они оглянулись на здание.
— Смотрите, окна темны, — заметил один из актёров. — Опять проблемы с электричеством!
— Чувствую, и завтра нам придётся сюда ехать, — сказал второй актёр. — А я уж надеялся, что сегодня последний день.
Шофёра встревожила не столько темнота в окнах, сколько странный звон стекла. Он приник к окну, вглядываясь в древнюю постройку, украшенную башенками. Но в вечерних сумерках трудно было что-то рассмотреть.
— Не нравится мне это, — сказал он. — Что-то случилось.
— Окно вроде разбили, — сказал один актёр.
— Это, небось, Аркадьич чудит, — отозвался второй. — Снова сценарий переделал!
— Надо пойти глянуть, — Михаил Васильевич бросил карты и решительно вылез из автобуса.
Актёры нехотя последовали за ним.
Вскоре стало ясно, что одно из окон действительно разбито, но хуже всего — это то, что из здания доносился какой-то странный шум. Похоже, там кричали, и эти крики сразу встревожили водителя.
Струхнувшие актёры заметно отстали.
— Где тут вход? — обернулся к ним водитель.
— Там, слева за углом.
Михаил Васильевич ещё только подходил к углу, как вдруг окна озарились электрическим светом. Смолкли и крики.
Шофёр свернул за угол и увидел распахнутую настежь широкую дверь. Сразу приободрившиеся актёры быстро догнали его.
Михаил Васильевич вошёл в галерею.
— А где же люди?
В зале ярко горели софиты, стояли камеры на штативах, но никого не было.
Актёры в недоумении озирались, двигаясь за Михаилом Васильевичем.
Пятидесятипятилетний водитель, много повидавший в жизни, в мистику не верил. Войдя в зал, он громко крикнул:
— Эй, вы где?
В ответ ему лишь летучие мыши вспорхнули под сводами.
Он обернулся к своим спутникам:
— Куда они могли деться?
Те только пожали плечами.
Михаил Васильевич прошёл во вторую галерею, потом по щербатой лестнице поднялся к чердачной двери и обнаружил на ней большой ржавый замок.
Её скорость и проворство были таковы, что удрать от неё не было никакой возможности. Расправившись с осветителем, держа в одной из своих рук его оторванную голову, она подскочила к Маргарите Павловне.
— Сгинь, сгинь, нечисть! — провизжала та. — На мне божий крест! Отче наш, иже еси на небеси…
Визг перешёл в бульканье, когда когти вонзились ей в горло. Пасть приникла к кровавой ране и выдрала большой кусок мяса вместе с костями.
Затем монстр, оставив ассистентку дёргаться в конвульсиях, оказался возле очень полной пожилой гримёрши. Она получила сильнейший удар лапой в спину и кубарем покатилась по полу. Тварь налегла на неё, зависнув над ней своим круглым животом, обхватила всеми шестью конечностями и с урчанием впилась в ляжку…
Маша цеплялась за руку Владимира.
— Это он запер двери, мы в ловушке, — стонала она.
— Окно! — осенило актёра.
— Оно высоко…
— Дотянешься, если встанешь мне на плечи! Выбей стекло и прыгай вниз! Быстрее!
Труп гримёрши зацепился за заднюю конечность монстра и волочился за ним, оставляя на полу кровавую полосу. Порождение преисподней подбежало к какому-то актёру, вжимавшемуся в угол, обхватило его, притянуло к себе и с хлюпаньем вгрызлось ему в живот.
Маша с плеч Владимира перебралась на подоконник. Их примеру последовали два других актёра, но не успел тот, что стоял на плечах у товарища, дотянуться до стекла, как подскочивший монстр одним ударом свалил обоих.
— Сбежать вздумали? — прорычало страшное создание. — Ваше мясо и внутренности пойдут в мой живот! Смотрите, в нём уже кое-что есть! — И он удовлетворенно похлопал себя по животу, который успел заметно увеличиться. — А скоро будет ещё больше!
Он притянул к себе актёра, вывернул и сломал у него ногу и принялся быстро сгрызать мясо с её филейной части. Клешни его челюстей заработали с удвоенной скоростью.
В этот момент Маша локтем выбила стекло, высунула голову наружу и закричала что было силы. Недалеко стоял автобус их съёмочной группы, в котором находились актёры, не задействованные в сцене. Они должны были услышать.
Чёрная конечность монстра потянулась к ней, но Владимир схватил эту конечность обеими руками и тут же получил удар острым, как сталь, когтем прямо в горло.
Маша, не помня себя от ужаса, принялась расширять кулаком пробоину в стекле и протискиваться в неё.
— Куда? Не уйдёшь!
Тварь схватила её за щиколотку и дёрнула на себя. Девушка с воплем свалилась с подоконника и сразу оказалась в объятиях чудовища.
— Обожаю! — Оно стало рвать на ней одежду, а потом, раздвинув её ноги, всей своей пастью вгрызлось ей в промежность…
Шофёр Михаил Васильевич и два незанятых в съёмках актёра играли в автобусе в карты. Услышав звон стекла, они оглянулись на здание.
— Смотрите, окна темны, — заметил один из актёров. — Опять проблемы с электричеством!
— Чувствую, и завтра нам придётся сюда ехать, — сказал второй актёр. — А я уж надеялся, что сегодня последний день.
Шофёра встревожила не столько темнота в окнах, сколько странный звон стекла. Он приник к окну, вглядываясь в древнюю постройку, украшенную башенками. Но в вечерних сумерках трудно было что-то рассмотреть.
— Не нравится мне это, — сказал он. — Что-то случилось.
— Окно вроде разбили, — сказал один актёр.
— Это, небось, Аркадьич чудит, — отозвался второй. — Снова сценарий переделал!
— Надо пойти глянуть, — Михаил Васильевич бросил карты и решительно вылез из автобуса.
Актёры нехотя последовали за ним.
Вскоре стало ясно, что одно из окон действительно разбито, но хуже всего — это то, что из здания доносился какой-то странный шум. Похоже, там кричали, и эти крики сразу встревожили водителя.
Струхнувшие актёры заметно отстали.
— Где тут вход? — обернулся к ним водитель.
— Там, слева за углом.
Михаил Васильевич ещё только подходил к углу, как вдруг окна озарились электрическим светом. Смолкли и крики.
Шофёр свернул за угол и увидел распахнутую настежь широкую дверь. Сразу приободрившиеся актёры быстро догнали его.
Михаил Васильевич вошёл в галерею.
— А где же люди?
В зале ярко горели софиты, стояли камеры на штативах, но никого не было.
Актёры в недоумении озирались, двигаясь за Михаилом Васильевичем.
Пятидесятипятилетний водитель, много повидавший в жизни, в мистику не верил. Войдя в зал, он громко крикнул:
— Эй, вы где?
В ответ ему лишь летучие мыши вспорхнули под сводами.
Он обернулся к своим спутникам:
— Куда они могли деться?
Те только пожали плечами.
Михаил Васильевич прошёл во вторую галерею, потом по щербатой лестнице поднялся к чердачной двери и обнаружил на ней большой ржавый замок.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 27 из 80
