Сборник рассказов, посвящённых теме столкновения людей с дьяволом в его многочисленных обличьях и проявлениях. Враг рода человеческого таится в глубине шахты, найденной на старом кладбище; он же обитает в подвале разрушенного дома, в древней могиле, в человеческом черепе и даже в мелкой безделушке. И предстаёт он то в образе строителя-алкаша, то пожилого добропорядочного горожанина, то утопленника, то предводителя банды молодых вампиров. И это он прячется за дверью с изображением паука, поджидая своего часа, и он же носится по городским улицам в новогоднюю ночь, превращая людей в лёд…
290 мин, 46 сек 8029
— Ну-ка, дорогуша, отвернись, — сказал он девице. — Я должен кое-что сказать корешу на ушко.
Услышав его изменившийся голос, Карим изумленно уставился на него. Девица отвернулась. Шихан быстрым движением намотал на руку прядь её длинных волос и резко дёрнул, погружая её голову в воду. Карим не успел сказать ни слова: Шихан погрузил в воду и его голову, а потом налёг на обоих.
Карим и его подруга забились в воде, пытаясь высвободиться, но оба были слишком пьяны, а Шихан слишком силён и грузен. Лишь однажды девице удалось вынырнуть из-под него и вскрикнуть. Шихан тут же дёрнул её за волосы, снова погружая в воду.
Минуты через три парочка окончательно перестала трепыхаться. Вытираясь большим махровым полотенцем, главарь с ухмылкой поглядывал на их безжизненные тела. А выходя из ванны, не смог отказать себе в удовольствии похлопать обмякшую женщину по ягодицам.
Вскоре его хихиканье послышалось в просторном холле первого этажа. Свет здесь был притушен, всюду валялись пустые бутылки и объедки. Кто-то спал на диване, двое храпели на полу, растянувшись на замызганном ковре, ещё двое о чём-то тихо толковали пьяными голосами. Услышав хихиканье, братки, хоть и были выпивши, удивились: так в банде никто не смеялся. Обнаружив, что это хихикает не кто иной, как сам главарь, они удивились ещё больше.
Один повернулся к другому:
— Допился Шихан… Даже голос изменился…
Шихан стоял в дверях, жестами подзывая их к себе:
— Идите сюда, сейчас поможете мне.
Они с трудом поднялись и, шатаясь, вышли в тёмный коридор, где каждый тут же получил удар ножом.
Добив их, убийца вошёл в холл и без труда расправился со спящими. Двоих он прикончил ножом, а третьего — своим излюбленным способом, затянув на шее петлю.
Затем он вышел на крыльцо и свистнул молодому братку, поставленному у забора охранять дом.
— Слышь, малый, поди сюда!
Тот доверчиво приблизился и через минуту корчился на земле, зажимая руками вспоротый живот.
Шихан вернулся в комнату, где оставалась спящая женщина. Когда он вошёл, она не спала и в страхе разглядывала трупы. Увидев Шихана, она вскрикнула и попятилась. Голый, испачканный кровью, с ножом в одной руке и петлёй в другой, он шёл к ней и самодовольно смеялся. Ослабев от ужаса, она опустилась на пол.
Он присел над ней, обхватил её ногами и приблизил пенис к её лицу.
— Давай, соси, и старайся, сучка, чтоб я был доволен. А то удавлю. Поняла, да?
В качестве доказательства серьёзности своей угрозы он надел ей на шею петлю, намотал на руку конец шнура и затянул петлю туже.
Насмерть перепуганная путана вобрала пенис в рот и принялась торопливо чавкать. Шихан заулыбался, задвигал задом. Наконец он тяжело задышал и сделал несколько особенно сильных движений, вгоняя неимоверно разбухшее удилище в рот по самую мошонку. Женщина закашлялась, подавившись брызнувшей спермой. Вязкая белесая жидкость выплеснулась у неё изо рта и залила губы и подбородок. Шихан извлёк пенис, с конца которого до губ путаны тянулась нитка тягучей спермы, и с силой потянул шнур. Женщина всхрипнула, грудь её изогнулась дугой. Шихан навалился на неё и, сопя, лежал так, пока она не затихла.
Потом он пошёл бродить по дому, всюду гася свет. В бледном сиянии луны всё казалось одинаково серым, мертвеца невозможно было отличить от спящего, и Шихан обеспокоился. Из-за обманчивой игры лунного света и теней он может кого-то оставить в живых, а этого допустить нельзя. Сегодня ночью, повинуясь импульсам ненависти, исходившим откуда-то из самой глубины его существа, он должен расправиться со всеми.
Он ходил ещё целый час, вглядывался в лежащих, пытаясь понять, умерли они или спят, и всаживал в них нож. Где-то далеко в посёлке, не умолкая, выла собака. Лунные блики дрожали в тусклых зрачках мертвецов и в лужах крови на полу. Поскрипывали двери, словно от сквозняка, хотя никакого сквозняка не было. Шихан, весь в крови, оставляя кровавые отпечатки босых ног, шёл, тихо хихикал или напевал себе под нос: «Всё будет хорошо, всё будет хорошо»…, а за его рослой фигурой скользила тень, ломаясь на углах и сливаясь с темнотой дверных проёмов.
Он допивал остатки водки из бутылок, заходил в туалет, ел чипсы, пачку которых обнаружил на полу среди объедков. Его движения становились всё более замедленными, он уже с трудом передвигал отяжелевшие ноги и отдувался, пот стекал с него струями. А когда в посёлке заголосил петух, приветствуя рассвет, он выронил нож, зашатался и опустился на диван, на котором лежал труп какого-то братка. У Шихана даже не было сил сбросить его на пол. Он лёг, опустив голову мертвецу на грудь, и уставился на луну в окне. Собака выла. В соседней комнате трезвонил чей-то мобильник. Глаза Шихана закрылись и он провалился в темноту.
Услышав его изменившийся голос, Карим изумленно уставился на него. Девица отвернулась. Шихан быстрым движением намотал на руку прядь её длинных волос и резко дёрнул, погружая её голову в воду. Карим не успел сказать ни слова: Шихан погрузил в воду и его голову, а потом налёг на обоих.
Карим и его подруга забились в воде, пытаясь высвободиться, но оба были слишком пьяны, а Шихан слишком силён и грузен. Лишь однажды девице удалось вынырнуть из-под него и вскрикнуть. Шихан тут же дёрнул её за волосы, снова погружая в воду.
Минуты через три парочка окончательно перестала трепыхаться. Вытираясь большим махровым полотенцем, главарь с ухмылкой поглядывал на их безжизненные тела. А выходя из ванны, не смог отказать себе в удовольствии похлопать обмякшую женщину по ягодицам.
Вскоре его хихиканье послышалось в просторном холле первого этажа. Свет здесь был притушен, всюду валялись пустые бутылки и объедки. Кто-то спал на диване, двое храпели на полу, растянувшись на замызганном ковре, ещё двое о чём-то тихо толковали пьяными голосами. Услышав хихиканье, братки, хоть и были выпивши, удивились: так в банде никто не смеялся. Обнаружив, что это хихикает не кто иной, как сам главарь, они удивились ещё больше.
Один повернулся к другому:
— Допился Шихан… Даже голос изменился…
Шихан стоял в дверях, жестами подзывая их к себе:
— Идите сюда, сейчас поможете мне.
Они с трудом поднялись и, шатаясь, вышли в тёмный коридор, где каждый тут же получил удар ножом.
Добив их, убийца вошёл в холл и без труда расправился со спящими. Двоих он прикончил ножом, а третьего — своим излюбленным способом, затянув на шее петлю.
Затем он вышел на крыльцо и свистнул молодому братку, поставленному у забора охранять дом.
— Слышь, малый, поди сюда!
Тот доверчиво приблизился и через минуту корчился на земле, зажимая руками вспоротый живот.
Шихан вернулся в комнату, где оставалась спящая женщина. Когда он вошёл, она не спала и в страхе разглядывала трупы. Увидев Шихана, она вскрикнула и попятилась. Голый, испачканный кровью, с ножом в одной руке и петлёй в другой, он шёл к ней и самодовольно смеялся. Ослабев от ужаса, она опустилась на пол.
Он присел над ней, обхватил её ногами и приблизил пенис к её лицу.
— Давай, соси, и старайся, сучка, чтоб я был доволен. А то удавлю. Поняла, да?
В качестве доказательства серьёзности своей угрозы он надел ей на шею петлю, намотал на руку конец шнура и затянул петлю туже.
Насмерть перепуганная путана вобрала пенис в рот и принялась торопливо чавкать. Шихан заулыбался, задвигал задом. Наконец он тяжело задышал и сделал несколько особенно сильных движений, вгоняя неимоверно разбухшее удилище в рот по самую мошонку. Женщина закашлялась, подавившись брызнувшей спермой. Вязкая белесая жидкость выплеснулась у неё изо рта и залила губы и подбородок. Шихан извлёк пенис, с конца которого до губ путаны тянулась нитка тягучей спермы, и с силой потянул шнур. Женщина всхрипнула, грудь её изогнулась дугой. Шихан навалился на неё и, сопя, лежал так, пока она не затихла.
Потом он пошёл бродить по дому, всюду гася свет. В бледном сиянии луны всё казалось одинаково серым, мертвеца невозможно было отличить от спящего, и Шихан обеспокоился. Из-за обманчивой игры лунного света и теней он может кого-то оставить в живых, а этого допустить нельзя. Сегодня ночью, повинуясь импульсам ненависти, исходившим откуда-то из самой глубины его существа, он должен расправиться со всеми.
Он ходил ещё целый час, вглядывался в лежащих, пытаясь понять, умерли они или спят, и всаживал в них нож. Где-то далеко в посёлке, не умолкая, выла собака. Лунные блики дрожали в тусклых зрачках мертвецов и в лужах крови на полу. Поскрипывали двери, словно от сквозняка, хотя никакого сквозняка не было. Шихан, весь в крови, оставляя кровавые отпечатки босых ног, шёл, тихо хихикал или напевал себе под нос: «Всё будет хорошо, всё будет хорошо»…, а за его рослой фигурой скользила тень, ломаясь на углах и сливаясь с темнотой дверных проёмов.
Он допивал остатки водки из бутылок, заходил в туалет, ел чипсы, пачку которых обнаружил на полу среди объедков. Его движения становились всё более замедленными, он уже с трудом передвигал отяжелевшие ноги и отдувался, пот стекал с него струями. А когда в посёлке заголосил петух, приветствуя рассвет, он выронил нож, зашатался и опустился на диван, на котором лежал труп какого-то братка. У Шихана даже не было сил сбросить его на пол. Он лёг, опустив голову мертвецу на грудь, и уставился на луну в окне. Собака выла. В соседней комнате трезвонил чей-то мобильник. Глаза Шихана закрылись и он провалился в темноту.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 51 из 80
