Сборник рассказов, посвящённых теме столкновения людей с дьяволом в его многочисленных обличьях и проявлениях. Враг рода человеческого таится в глубине шахты, найденной на старом кладбище; он же обитает в подвале разрушенного дома, в древней могиле, в человеческом черепе и даже в мелкой безделушке. И предстаёт он то в образе строителя-алкаша, то пожилого добропорядочного горожанина, то утопленника, то предводителя банды молодых вампиров. И это он прячется за дверью с изображением паука, поджидая своего часа, и он же носится по городским улицам в новогоднюю ночь, превращая людей в лёд…
Те послушно выполнили приказ.
Корча гримасы и глумливо гогоча, одержимый спустил с себя штаны…
Через четверть часа, весь в крови, он выглянул в коридор. За его спиной на полу тёмной палаты остались лежать два голых исполосованных трупа.
С автоматом на груди он прошёл по коридору, остановился у следующей двери, огляделся по сторонам и проскользнул в другую палату, более просторную и многолюдную. Из окон на стены, тумбочки и спящих женщин струился желтоватый ночной свет. Одержимый придвинул к двери тумбочку и включил электричество.
— Всем встать, — глухо рявкнул он и спустил с себя штаны до самых щиколоток. — Видите шишку? — Он обхватил рукой свои гениталии. — Всем подходить по одной и брать её в рот! Кто будет увиливать — тому пуля! Ну, быстро!
Какая-то женщина закричала, и почти тут же щёлкнул выстрел. Крик оборвался. Женщина с простреленной грудью откинулась на подушку.
В ужасе вскрикнула её соседка и тоже получила пулю.
— Кто ещё хочет на тот свет? — утробным голосом пророкотал бесноватый и оскалил зубы. — Начали подходить! Ну!… А ты чего лежишь? — И он выпустил короткую очередь в женщину на одной из кроватей.
Затем повернул автомат налево, наставив его на другую женщину. Та проворно соскочила с кровати и, угодливо кивая, направилась к нему.
— Давай, старайся, — бесноватый скривился в сладострастной ухмылке. — А вы все выстраивайтесь в очередь. В тех, кто увиливает, стреляю без предупреждения!
В дверь застучали.
— Что там у вас? — послышался голос дежурной медсестры. — Откройте!
— Хреново сосёшь, — одержимый огрел женщину прикладом.
Из раны в её голове засочилась кровь.
Он отпихнул несчастную и притянул к себе следующую жертву.
— Давай теперь ты. И старайся, слышишь? А то тоже размозжу тыкву!
Удары в дверь усилились.
— Откройте! Откройте! — кричал из-за двери уже мужской голос.
Тумбочка постепенно сдвигалась под градом ударов. Наконец дверь распахнулась и в палату ввалились два омоновца с автоматами.
— Лежать! — закричали они. — Руки за голову!
Одержимый в этот момент дёргался в оргазме, прижимая к своему паху голову очередной жертвы. Он всё же развернул автомат и нажал на крючок. Треснула очередь. Омоновцы рухнули как подкошенные.
Одержимый загоготал.
— Следующая подошла! — проревел он с пеной на губах.
Он схватил за волосы подползавшую к нему женщину и рывком притянул к себе.
— Давай, взяла за щёку, и старайся как следует! Если через полминуты не кончу — проломлю башку, поняла?
В коридоре зазвучали шаги и встревоженные голоса. В дверь палаты просунулись сразу двое в касках. Одержимый развернул ствол в их сторону, но те открыли огонь раньше. Одна пуля вошла насильнику в голову, вторая — в шею. Хрипя и давясь кровью, он повалился на пол. Женщины с визгом бросились врассыпную.
Одержимый жил ещё целую минуту, дёргался, хрипел и стискивал автомат. Его палец судорожно искал спусковой крючок. Вбежавшие в палату стражи порядка ещё несколько раз выстрели, и он затих, раскинув голые волосатые ноги, измазанные кровью и спермой.
Омоновцы подошли к нему, вгляделись в лицо.
— Это же Савельев, — негромко заговорили они. — Точно, Пашка Савельев… Охренеть можно… Что на него нашло?…
В коридоре громко кричали, требуя врача и носилки. Прибежал перепуганный доктор. Из палат выглядывали больные. Оставалась закрытой дверь только одной палаты, от которой тянулась цепочка кровавых следов. Эту дверь открыли и раздались крики ужаса.
Один из омоновцев, воровато озираясь, зашагал прочь по коридору. Его лицо покрывала испарина, глаза лихорадочно блестели. В суматохе на него никто не обратил внимание и ему удалось незамеченным выскользнуть на лестницу.
Никого не встретив, он взбежал на два этажа выше и сразу юркнул в одну из палат. Закрыл за собой дверь, привалился к ней спиной и огляделся.
— Ну, девочки, подъём! — рявкнул он громко. — Физзарядка! Вас ждёт здоровое молодое тело, член стоит как кол! Ты, — он показал пальцем на женщину лет тридцати, привставшую на кровати. — Быстро разделась догола и подошла ко мне! Быстро, я повторять не люблю!
Послышались испуганные крики и вслед за ними — выстрелы. Три женщины, получив по пуле, затихли, остальные сразу стали сговорчивее.
Одержимый избавился от штанов и трусов.
— Становись рачком, — злорадно засмеявшись, приказал он первой подошедшей женщине. — Остальным не двигаться и молчать, а то пуля!
В разгар «скачки» он внезапно остановился, вскинул автомат и выстрелил в девушку, пытавшуюся прошмыгнуть в дверь.
— Так будет с каждой, кто рыпнется без моего приказа! — гаркнул он.
Закончив с одной жертвой, он приступил к второй.
Но и её ему было мало.
Он насиловал третью, когда дверь раскрылась и загремели выстрелы. Насильник выставил свою жертву в качестве живого щита, а затем саданул очередью по омоновцам, появившимся в дверном проёме. Те скрылись.